- Политика. Наука. Шпионаж, - кивнул Марк, ничуть не смущенно, скорее - довольно, - Так и есть, Алета. Все вместе - стратегия. Наука о том, как в любой ситуации принимать самое выгодное решение. Выгодное не сиюминутно, а в долгосрочной перспективе.
- То есть ты стратег - по зову души?
- Безусловно.
- Счастливец, - вздохнула девушка, - я вот никогда толком не могла сказать, чего мне на самом деле хочется.
- Может быть, тебе просто не дали это выяснить? - спросил Марк и улыбнулся с таким пониманием, что внезапно и до жути напомнил кузена, - Что ты видела кроме детской и классной комнаты? Когда нет выбора - его и не сделаешь. Берешь то, что кладут в руки, а потом проживаешь всю жизнь в смутной тоске по тому, что даже не можешь назвать по имени.
- Откуда ты это знаешь? - выдохнула Алета, - вот так точно... словно прожил рядом со мной всю мою нелепую жизнь.
- Все тот же этикет. Удивишься, когда сообразишь, насколько полезная наука. Женщины в разных странах живут по разным правилам и империя - это не худший вариант, по сравнению с тем же Фиолем. Но и не лучший.
В стране Полуночи, например, девочки могут получить любое образование наравне с мальчиками, в том числе и военное. И поступить на государственную службу. Или открыть свое дело. Там была знаменитая женщина Хаети из дома Эйри. У них очень сложные имена, но ее имя я запомнил: Хаети Као Кин Тиоми Фан Риано Шей Сунио тель Эйри. Женщина - полководец. Она водила в бой армию и не проиграла ни одного сражения.
- И воины подчинялись ей? - изумилась Алета.
- Как императору.
- Звучит как какая-то сказка...
- И тем не менее - это реальность. Которая лежит на полночь от Аверсума, всего в четырех -пяти месяцах езды на хороших лошадях.
Алета рассмеялась, отхлебнула из протянутой фляги ягодный взвар и снова зашлась в нервном, немного истеричном хохоте. Марк не мешал ей, понимая, что девочке нужно как-то выплеснуть страх и напряжение последних дней.
- Такое впечатление, что ты подбиваешь меня на побег. Рассказал, где лежит страна моей мечты и как туда добраться.
- Почему бы нет?
Алета вздрогнула и внимательнее вгляделась в своего спутника. Уже стемнело, и в отблесках костра был виден только его силуэт, руки, ловко нанизывающие на веточки очередные колбаски и лицо, которое ночные тени сделали резче, грубее. Независимее.
- Я наследница Кайоры и невеста Императора, - глухо сказала Алета, в сторону. Сказала -как выплюнула, - Меня никогда не оставят в покое и никогда не позволят решать свою судьбу самой - слишком многое завязано на этой руке, - графиня подняла узкую ладонь и резко сжала ее в маленький, бессильный кулак. - Меня всегда будут искать.
- Все это так, - кивнул Винкер так спокойно, словно обсуждали они не судьбу империи, а меню на завтрак, - но сейчас война. Это плохое время... с одной стороны. А с другой - если захочешь повернуть колесо своей жизни - лучшего и желать нельзя. Столько судеб оборвется и перепутается, что кончик еще одной ниточки вполне может и потеряться...
Он сидел в свободной позе, вытянув длинные ноги и смотрел на нее своими совершенно потрясающими темными глазами-омутами, в которых плясали бесы. Бездна! Так не искушают. Должны же быть какие-то правила, даже для совращения невинных прихожанок храма. Не так открыто, прямо, недвусмысленно.
Искушают так, чтобы можно было в любой момент отойти в тень, состроить невинную мину, сделать вид, что ничего не было и его, беса, просто не так поняли... Жрецы об этом говорили постоянно, мозоли на ушах натерли.
Не бывает на свете демонов-искусителей, которые смотрят прямо в глаза и готовы разделить с избранной жертвой не только сладость греха, но и муки искупления...
- Ты хочешь сказать... - ее голос оборвался, слишком невероятно все это выглядело.
- Я все уже сказал, Алета. Если понадобиться помощь делом - помогу.
- Мне? - сглотнула она, - не империи?
- Тебе, - подтвердил Марк.
- Но почему?
- Это я тоже уже говорил, - он улыбнулся уголком губ, в темноте почти незаметно, но низкий голос стал удивительно теплым, - если хочешь - повторю еще раз, мне не сложно. Я помогу, потому что люблю тебя, Алета.
- А как же ты? Твоя карьера?..
- Разберусь.
Искры взметнулись над костром, осветив на мгновение лицо человека, который только что взвесил на невидимых весах благополучие целого мира и одно единственное сердце... и оно оказалось весомее.