От Красного террора к мафиозному государству: спецслужбы России в борьбе за мировое господство (1917-2036): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

В СССР был один руководитель, правивший долго: Иосиф Сталин. Вторым, уже в постсоветской России, стал Владимир Путин. Пробыв президентом восемь лет (2000–2008), да еще и четыре года премьер-министром (2008–2012) при своем же ставленнике Дмитрии Медведеве, Путин обогнал Владимира Ленина, Никиту Хрущева и Леонида Брежнева. Следующим рубежом Путина является правивший Советским Союзом 30 лет (1923–1953) Сталин. Эти 30 лет наступают в 2030 году. Путин намеревается быть президентом до 2036 года.

Привод и приход Путина к власти стал высшей точкой эволюции советских (затем российских) спецслужб. Образованные в декабре 1917 года, прославившиеся своими зверствами и истребившие миллионы и миллионы людей, пережив, вместе со страной, многочисленные пертурбации, они неизменно, как мифическая птица феникс, возрождались после любой катастрофы или кризиса власти, лишь меняя буквосочетания аббревиатур — и так усыпляя бдительность измученного народа: ВЧК, ГПУ, ОГПУ, НКВД, НКГБ, снова НКВД, снова НКГБ, МГБ, КГБ, АФБ (РСФСР), и параллельно МСБ (СССР), на один месяц МБВД, потом МБ, ФСК и, наконец, ФСБ.

Секретность и таинственность, окружавшие эту специальную службу, подчинение внутренней дисциплине и причисление к врагам всех тех, кто не входит в ее состав, больше всего напоминали разветвленный мафиозный клан, перед которым бледнела классическая итальянская мафия. Неизменным оставался возведенный в государственную политику мафиозный стиль расправ с неугодными, когда изощренными способами уничтожались целые семьи «врагов», что тоже было заимствовано у сицилийской мафии, не доходившей, впрочем, до уничтожения групп и сословий, а количественно — до миллионов людей.

До 1991 года коммунистическая партия Советского Союза, осуществлявшая политический контроль спецслужб, то доминировала в вечном состязании с чекистами, то уступала в этой борьбе, и, в конце концов, фактически добровольно, устранилась от власти, оставив ее в руках КГБ, который не гладко, через каскадную серию антиконституционных переворотов, за исторически ничтожный срок — десять лет — сумел возвести своего начальника подполковника Путина в кресло президента России.

Для Путина, собственно, ничего в этот момент не изменилось. Он всю жизнь служил в КГБ под прикрытием тех или иных должностей. С 1985 по 1990 год он служил в резидентуре советской внешней разведки в ГДР и работал в Дрездене под прикрытием должности директора дрезденского Дома дружбы СССР — ГДР. По возвращении в Ленинград продолжал служить в КГБ под прикрытием должности помощника ректора ЛГУ по международным вопросам, затем — под прикрытием должности советника и первого заместителя мэра Ленинграда Анатолия Собчака. С августа 1996 года начал работать в Москве под прикрытием должности заместителя управляющего делами президента РФ, с июля 1998 года — под прикрытием должности директора ФСБ, с августа 1999 года — под прикрытием должности председателя правительства. И, наконец, с 31 декабря 1999 года — полковник Путин стал служить под прикрытием должности сначала и. о., а затем президента России.

В этой книге мы постараемся рассказать, как именно происходил приход советско-российских спецслужб к власти, описать историю их борьбы за власть с доминирующей вплоть до 1991 года КПСС и объяснить, почему отстроенное к 2000 году на месте бывшей Российской Федерации новое уникальное в своем роде государство управляется хунтой, являющейся головой мафии, подобранной по принципу абсолютной личной преданности своему руководителю-президенту, опирающемуся на чекистские структуры.

Функционирующая вне закона и вне контроля, подчиненная лишь своим внутренним нормам и понятиям, мафиозная организация, изначально захватившая в России в 2000 году лишь одну должность — должность президента РФ, — подобно коронавирусу захлестнула собой огромную страну со всеми ее богатствами, приступив затем к следующей фазе распространения: экспансии — присоединению соседних земель, принадлежащих другим народам.

Лишь изучив историю рождения и формирования этого уникального чекистско-мафиозного государства, можно осмыслить произошедее и понять, что именно происходит сегодня в России, кто и как ею управляет, чего нам ждать от засевшей в Кремле хунты, в какой степени жизнеспособным окажется созданный Путиным и спецслужбами режим, насколько непредсказуемыми для России и всего мира будут последствия нахождения Путина у власти, какие глобальные угрозы несет всему человечеству созданный им строй, при каких обстоятельствах нам следует ожидать его крушения и что последует после того, как кремлевско-лубянский мафиозный клан окажется перед необходимостью выбора нового лидера.

Уже в 1996 году, при президенте Борисе Ельцине, начала отстраиваться система, гарантирующая победу кандидату Кремля. В 1996 году таким кандидатом был демократ Ельцин, сражающийся с коммунистом Геннадием Зюгановым. Тогда считалось допустимым мелкое и крупное жульничество, подтасовки, миллионные субсидии на финансирование президентской кампании Ельцина, брошенные в его распоряжение «олигархами», поскольку, как казалось, делалось все это во благо России, во благо свободы, во благо демократии. И отнять голоса у Зюганова в пользу Ельцина — не такой уж и грех. Сколько этих голосов тогда отняли, сегодня вряд ли можно определить. Но Ельцин, вошедший в избирательную кампанию 1996 года с 3 % популярности, вышел из нее (если верить результатам выборов) — победителем. Демократия в России устояла. И за эту успешную пиарную акцию ее организаторы — российские олигархи — на четыре года получили Россию в управление, до следующих выборов.

Именно в эти четыре года Россия окончательно была потеряна для демократии. Олигархи, дружно поддерживавшие Ельцина во время президентской кампании, в погоне за сверхприбылью перегрызлись друг с другом. В ходе этой грызни они эффектно, с применением всех доступных современных пиарных технологий, друг друга же скомпрометировали перед всей страной. Вместе с собой они скомпрометировали демократическое правительство, демократические институты, демократические принципы, идеи, и даже свободу слова.

В 2000 году, как в свое время в 1996-м, перед организаторами президентской кампании не стояла задача победить честно. Была задача победить любой ценой. И эта победа была одержана, в том числе с применением технологий спецслужб — терактов сентября 1999 года и второй чеченской войны. Разные люди и службы в операции по приводу к власти кандидата Кремля и бывшего директора ФСБ Путина были наделены различными функциями. Борис Березовский отвечал за пиар на «Первом», главном канале российского телевидения. Роман Абрамович — за финансирование. Спецслужбы — за теракты и войны…

К 1999 году кандидаты в преемники президента были подтасованы так, что уходящий с поста Ельцин мог назначить вместо себя любого кандидата из выложенной перед ним колоды карт. Но в этой колоде странным образом оказались только три карты с тремя офицерами спецслужб.

Кандидатом № 1 был директор Службы внешней разведки (СВР) Евгений Примаков, избранный премьер-министром России в сентябре 1998 года. Согласно плану, Ельцин должен был уйти в отставку досрочно, 31 декабря 1999 года, назначив премьер-министра своим преемником и исполняющим обязанности президента. На следующем этапе «и. о. президента» выставлял свою кандидатуру на президентских выборах 2000 года и, «победив на выборах», становился президентом без приставки «и. о.».

Но Примаков разочаровал Ельцина. Он заигрывал с Думой и коммунистами, к Ельцину относился пренебрежительно, считая его политическим трупом. Все чаще и чаще в Думе звучало слово «импичмент». Ельцин понял, что Примаков-президент не сумеет обеспечить ему и его близким гарантии неприкосновенности после отставки. Поэтому в мае 1999 года Ельцин сместил Примакова и назначил премьер-министром кандидата № 2, бывшего директора ФСК, архитектора и инициатора первой чеченской войны Сергея Степашина.

Степашин тоже не подошел. Руководителю администрации президента Александру Волошину показалось, что Степашин заигрывает с главным конкурентом Ельцина на власть — с мэром Москвы Юрием Лужковым. Действительно ли Степашин планировал пойти на соглашение с Лужковым и сделать его после выборов премьер-министром или так только показалось Волошину, мы никогда не узнаем. Но в августе 1999 года Ельцин отправил Степашина в отставку и назначил на его место кандидата № 3, последнюю карту имевшейся колоды, директора ФСБ Владимира Путина. Затем, как и планировалось, 31 декабря 1999 года Ельцин ушел в отставку, Путин стал «и. о. президента», и переименование его в «президенты» стало теперь формальностью. 7 мая 2000 года Путин официально стал президентом России.

Он пришел во власть не как представитель олигархического клана или «семьи», по крайней мере — не только и не столько как их представитель, а как представитель той самой системы, в которой проработал всю свою жизнь, — как представитель КГБ. Президентский пост стал очередной должностью прикрытия. Своих коллег из госбезопасности, бывших и нынешних, он должен был теперь ввести в высшие эшелоны власти на соответствующие должности прикрытия и отдать им в управление страну — ее политику, экономику и финансы, вместе с народом.

С помощью ельцинских же олигархов, которых в конечном итоге всегда интересовали только деньги, он переподчинил себе прессу и телевидение, избирательную машину и суд, перья и голоса когда-то независимых журналистов и телеведущих. К 2004 году Путин держал в руках все ниточки управления в государстве, в том числе и прежде ретивый российский парламент, вечно угрожавший бывшему президенту импичментом.

Период путинского правления 2004–2008 годов был посвящен двум проблемам: консолидации власти Путина и ФСБ и выборам следующего президента на теперь уже действительно промежуточный период 2008–2012 годов, когда — по конституции — Путину предстояло уйти от власти, а сил и наглости переписать конституцию еще не было. Кандидатов определилось двое: Дмитрий Медведев, полностью контролируемый Путиным, и генерал КГБ/ФСБ Сергей Борисович Иванов, еще один ставленник госбезопасности. Имевший право решающего голоса в этом важнейшем вопросе Путин остановился на Медведеве, понимая, что ни на кого не опирающегося Медведева он через четыре года легко заменит собой же, а вот старшего по рангу офицера С. Б. Иванова через четыре года снять Путин уже не сможет: генерал С. Б. Иванов оттеснит полковника Путина и сам останется служить под прикрытием должности президента на второй срок, тем более, что с точки зрения ведомства не будет иметь абсолютно никакого значения, кто именно из офицеров госбезопасности руководит страной.

В результате президентом в 2008 году поставили Медведева, которого все эти годы никто — ни в России, ни за ее рубежами — не воспринимал всерьез как независимого лидера великой державы, даже после российского вторжения в Грузию в августе 2008 года. В 2012 году, как и было согласовано еще в 2008-м, Медведев переуступил престол Путину. А в марте 2014 года мир погрузился во тьму: Россия вошла в Крым и объявила этот полуостров своей территорией.

После оккупации Крыма мир разделился на оптимистов и пессимистов. Первые считали, что Путин остановится на полуострове. Вторые — что Крым является только началом реализации нового проекта, намеченного для России Путиным, под названием «Новороссия», по обьединению России с Молдовой (Приднестровьем) через Украину.

Крымский полуостров был сдан фактически без боя. Тогда все этому радовались: и Россия, и Украина, и остальной мир — что обошлось без большого кровопролития1. От европейских и американских лидеров в марте 2014 года слышалось только одно: пусть Путин скажет, что Крымом все ограничится, и мы дружно заживем по-старому. Вместо этого Путин объявил на весь мир, что пришло время исправления исторических ошибок 1991 года, в результате которых распался Советский Союз; что распад СССР является самой большой личной трагедией его жизни; что он русский националист и это хорошо, когда президент России — националист; что есть особый русский ген, который отличает русских от всего остального населения планеты; есть «русский мир», то есть скопление людей, говорящих по-русски, и интересы этого «русского мира», раскиданного по всему свету, должны быть защищены, причем защищать их будет Россия, независимо от того, где эти русские находятся и хотят ли они, чтобы Россия их защищала. И да, желательно, чтобы этот «русский мир» был объединен в пределы одного государства.

Успешный блицкриг по захвату Крыма породил эйфорию в России и окончательно вскружил голову самому Путину. Сразу же после аннексии Крыма началась подготовка полномасштабной агрессии против Украины. Были очевидны несколько компонентов этой подготовки: создание мощного военного плацдарма в Крыму; проведение целого ряда военных учений в приграничных с Украиной районах, в Калининградской области и на Балтике; постоянное тестирование воздушных границ и нарушение воздушного пространства ближних и дальних соседей боевыми самолетами России; беспрецедентная антиукраинская и антизападная пропагандистская кампания, развернутая по всем каналам российского телевидения и в российской прессе; концентрация российских войск вдоль российско-украинской границы; призыв российских резервистов; засылка диверсионных групп в Украину для развертывания в восточных областях страны «гражданской войны» и последующего оправдания вторжения в Украину российской армии. Все это укладывалось в общий стратегический план Путина об исправлении исторических ошибок 1991 года.

Впервые после 1945 года послевоенная Европа столкнулась с попыткой захвата одного европейского государства другим. Были нарушены общеевропейский баланс сил и стабильность, европейский мир и статус-кво.

В 1990-е годы мы стали свидетелями распада империй, воссоединения Германии и даже вмешательства мировых держав в югославский конфликт. Но ни одна великая держава Европы после 1945 года не пыталась изменить границы в свою пользу. Россия предприняла эту попытку в Грузии в 2008 году и вот теперь в Украине. Как однажды проговорился Путин, выступая на Красной площади в годовщину аннексии Крыма 18 марта 2015 года: «Мы будем преодолевать трудности, которые мы с вами так легко создаем сами для себя в течение всего последнего времени».

Все трудности Россия действительно создавала себе сама. Но одновременно она стала глобальной проблемой для мира в Европе.

До марта 2014 года все европейские государства, включая Россию, были партнерами. С марта 2014 года Россия стала стратегическим противником Евросоюза и НАТО.

Оказавшись под западными санкциями, являющимися формальным наказанием за вторжение в Украину и аннексию Крыма, Россия столкнулась с экономическими последствиями всей этой деятельности: рубль обесценился в два раза; в стране усилилась инфляция и рост цен; подешевела недвижимость, россияне стали меньше ездить за границу, так как при упавшем рубле эти поездки стали дорогими. Но широкого протестного движения в самой России замечено не было, и Путин продолжал настаивать на правильности внешнеполитического курса страны, открыто провозглашенного им в марте 2014 года. Изменения этого курса из-за санкций и реакции Запада не последовало.

Сегодня Россия является главным источником агрессии в Европе. Задача Путина — захватить соседние страны, ранее входившие в СССР, по «украинской схеме»: развязывая войну с целью аннексии территорий, утверждать, что Россия в этой войне не участвует. Именно так сегодня Россия ведет войну в Украине.