— За кого ты меня принимаешь?
Опасно заманчивый.
Бен улыбается, и ах, да. Он точно знает, что я чувствую. Я уверена в этом.
Он меня не одурачит.
Эта дружба начинает портиться. Нельзя флиртовать, писать и прикасаться так часто, как мы это делаем, не переходя некоторые границы. Неужели он этого не понимает?
Я решаю положить конец этому разговору, отправив его к лестнице, которую я попросила Ленни спустить. Нам нужно работать. Сегодняшняя сказка посвящена зимней стране чудес. Мое платье льдисто-голубого цвета, а в волосах у меня заколка в виде снеговика.
Я хочу подвесить к потолку бумажные снежинки для детей. Они будут переворачиваться, и, к счастью, Бен не против. Он снимает куртку и ставит свой кофе, прежде чем забраться наверх. Я передаю ему несколько снежинок, соединенных нитками, а затем отхожу назад, чтобы посмотреть, как он работает.
Его рубашка задирается вверх, когда Бен тянется, чтобы прикрепить первую, и я улавливаю несколько сантиметров его подтянутого торса. Я чуть не облизываюсь. Хорошо, что он слишком занят, чтобы заметить это.
— Так хорошо? — спрашивает он, обращаясь к снежинке.
Я бормочу что-то невнятное, а затем бегу обратно к своему столику. Я рада, что у меня есть твердая цель, к которой можно вернуться: разложить кучу снежков.
— У тебя есть планы на потом? Энди хочет, чтобы мы все посмотрели фильм у него дома.
— Мы?
— Ты, я, Арианна, Кевин, Илай.
Похоже, у меня нет выбора. Я проведу вечер в компании Бена, страдая, держа свои грязные мысли при себе.
— И я сказал ему выбрать что-нибудь страшное, — продолжает он.
Я оглядываюсь, радуясь, что его рубашка опустилась. Слава богу.
— Почему?
Значит, я буду вынуждена пасть в страхе? Подсесть поближе? Спрятать лицо у него на груди?
Его бровь выгибается дугой.
— Потому что ты хочешь быть плохой, Харт. Кровь и плоть идут рука об руку с этим, не так ли?
Значит, это не имеет никакого отношения к нашим прикосновениям. Отлично.
Я разворачиваюсь и возвращаюсь к своей задаче. Мы работаем в тишине, и я думаю, не стоит ли мне снова поднять вопрос о поиске парня, чтобы проверить, что между нами происходит. Это нечестная тактика, возможно, даже немного детская, но это единственный инструмент, который у меня есть, так что я воспользуюсь им.
— Мне было интересно, — начинаю я. — Как продвигаются поиски моего хорошего парня? — Бен ворчит, но я продолжаю. — Знаешь, с тех пор как Энди отверг меня... я все жду, что ты найдешь кого-нибудь на его место.
— Я был слишком занят в фирме, чтобы думать об этом. — Его тон звучит жестко.
— О? — Я начинаю расставлять таблички с именами. — Это понятно. Знаешь, что? Может быть, ты найдешь кого-нибудь, кого можно пригласить к Энди сегодня вечером, — предлагаю я мило, как бы обнадеживая его. — Что может быть лучше, чем познакомиться с кем-то в групповой обстановке?
— Не сработает, — грубо говорит он, закрывая тему.
— Почему? — Я хмурюсь.
— У Энди в гостиной два дивана и два кресла. С семью людьми кому-то придется сидеть на полу.
— Значит, мы просто принесем стул из кухни.
— Подай мне еще одну снежинку, ладно?