— Я беру назад свои слова о том, что это не романтично — это было очень эротично. Надень мои носки и сними их снова.
Бен пытался сдержать свою улыбку хмурым выражением. Он не собирался поддаваться моему бреду.
— Ложись, — настаивал он, заставляя меня лечь на спину и поднимая ноги на кровать.
У меня была шишка на голове, но для него это выглядело так, будто все мое тело перестало работать. Я даже не пыталась представить это как ужасную травму или что-то в этом роде; Бен сам пришел к такому выводу. Я думаю, это было потому, что он винил себя за то, что фрисби ударил меня, как будто он должен был стоять на страже, как часовой или типа того.
— Тебе что-нибудь нужно? — спросил он, двигаясь к двери. — Я принесу тебе воды.
— Тебе не нужно ухаживать за мной. Я в порядке, клянусь.
Проигнорировав меня, Бен вернулся через пять минут с водой, банкой «Адвила», яблоком и пакетом кренделей. Должно быть, он совершил набег на мой шкаф в ванной и на кладовую.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он, передавая мне таблетку и воду.
Я выпила таблетку и улыбнулась, натянув одеяло до подбородка.
— Нормально. Как я выгляжу? — Я захлопала ресницами, и он нахмурился.
— Ты поправишься. Ты хочешь, чтобы я остался? Я мог бы найти шоу или... — Его взгляд скользнул по книге в мягкой обложке на моем ночном столике. — Почитать тебе.
Моя рука потянулась к его руке, схватив ее так крепко, что, вероятно, нарушила кровообращение. Бен должен был остановиться. Неужели он пытается отправить меня в могилу раньше времени?
— Я в порядке. Клянусь.
Он кивнул и встал. Бен провел рукой по волосам в сотый раз с тех пор, как фрисби врезалось в мой череп.
— Точно. Ну, я всего лишь на расстоянии телефонного звонка, если тебе что-то понадобится.
— Хорошо, когда мой стакан воды опустеет, я тебе позвоню, — поддразнила я.
Он наконец-то улыбнулся и наклонился, чтобы нежно погладить меня по лбу.
— Мне жаль, что наш пикник так закончился.
Не больше, чем мне.
В воскресенье Бен написал мне дважды, один раз утром — как раз перед тем, как отец заметил мою шишку, и мне пришлось впарить ему ложь о том, что я споткнулась в библиотеке, — и один раз вечером, чтобы проверить, как я себя чувствую, и убедиться, что мне не стало хуже. Он думал, что я на смертном одре. От случайного фрисби. Просто моя жизнь не такая интересная, извини, чувак.
Вернувшись в библиотеку в понедельник утром, миссис Аллен сказала, что раз уж я не даю ей вызвать полицию (она имеет в виду скорую помощь), у нее есть отличное оливковое масло, которым я могу натереть голову, чтобы она быстрее зажила.
— Ты имеешь в виду эфирное масло?
— Это одно и то же, я думаю. Это — экстра вирджин.
О, хорошо, экстра вирджин — прямо как я.
Затем она оставила меня наедине с Кэти за моим столом. Нам только что доставили новую партию настольных книг, и мы добавляем их в библиотечную систему. Очевидно, под этим я подразумеваю, что я добавляю их, а Кэти в основном листает Instagram.
Она над чем-то смеется, игнорируя меня, когда я прошу ее передать мне книгу.
— Кэти.
Ничего.
Я пытаюсь снова.
— Кэти.