Загадки Понта Эвксинского: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Введение

Как известно, в VII–VI вв. до н. э. на северных берегах Черного моря появились греческие города и поселения. Они просуществовали около тысячи лет, находясь в тесном контакте с местными племенами: скифами, гетами, фракийцами, сарматами и др., развивая оригинальную материальную и духовную культуру, создавая неповторимые шедевры искусства и архитектуры. В IV в. н. э. почти все античные города Северного Причерноморья прекратили свое существование, были забыты и постепенно превратились в руины. Античный мир Причерноморья ушел в прошлое и был предан забвению на многие века.

Были забыты и произведения античных историков и географов. Большая часть этих трудов погибла во времена средневековья. Но позже вновь появился интерес к изучению античных авторов. В эпоху Возрождения ученые настойчиво отыскивали сохранившиеся рукописи, скрупулезно переписывали их и затем издавали в появившихся к тому времени типографиях. Так до нас дошли ценнейшие сведения по истории, географии, этнографии Причерноморья. Геродот, Псевдо-Скилак, Страбон, Арриан, Анонимный автор, Птолемей и другие античные писатели довольно подробно рассказывают о Черноморском побережье, о городах и поселениях, портах и гаванях, местных племенах, отмечают крупные реки, лиманы, заливы, острова и т. д.

Труды этих авторов многие столетия были единственным источником по античной истории и географии Северного Причерноморья. В конце XVIII в. начались археологические исследования Причерноморья, развернулись поиски упоминаемых древними писателями населенных пунктов. Самые крупные города — Ольвия, Херсонес, Пантикапей — были найдены без особого труда. Их впечатляющие руины сразу же привлекли к себе внимание первых исследователей. А находки среди развалин монет и надписей с названием этих городов не оставляли сомнения в том, что Херсонес — это Херсонес, Ольвия — Ольвия и т. д. Таким образом, никаких споров относительно того, где именно находились эти города, практически не возникало.

Сложнее обстоял вопрос с небольшими городами, поселениями, гаванями, названий которых нет ни на монетах, ни в надписях. Определить их местоположение и отождествить с конкретными городищами можно только на основании сведений древних авторов. Тут-то и начались трудности. Оказалось, что в письменных источниках немало противоречий, неясностей, расхождений в указании расстояний. Нередко один и тот же пункт помещался в разных местах. Например, башня Неоптолема отмечена Страбоном «при устье реки Тиры» (Днестра), а Анонимным автором — в 120 стадиях западнее устья. Расстояние между гаванью истриан и гаванью исиаков равно, по Арриану, 50 стадиям, а по Анонимному автору — 90 стадиям. Город Никоний находился, по данным Страбона, в 140 стадиях от устья Тиры, а Анонимный автор сообщает, что «от местечка Никония до судоходной реки Тиры 30 стадиев»^[1]. Сведения о некоторых поселениях в корне противоречат друг другу. Например, Офиуссу одни писатели называют самостоятельным городом, другие указывают, что это древнее название города Тиры. Подобные расхождения исследователи обычно объясняли ошибкой одного из источников. Так появился и стал традиционным вопрос: кто из античных писателей прав? Чьим сведениям можно верить, а чьи считать ошибочными?

Кроме того, обнаружились несоответствия между сведениями древних авторов и современными данными. Например, Плиний указывает, что на реке Тире «обширный остров населяют тирагеты», а в действительности в наше время никакого острова здесь нет. По сообщению Страбона, река Борисфен (Днепр) судоходна на 600 стадиев, тогда как действительная длина судоходной части реки в несколько раз больше. Нередко в том месте, где античные писатели указывали тот или иной пункт, археологи не находили никаких следов городища. Это еще больше усиливало недоверие к сведениям древних авторов. В результате сложилась традиция недоверия к античным источникам, и вопрос о местоположении многих городов и поселений стал предметом острых дискуссий, которые продолжались не одно столетие. Бывали случаи, что ученые локализовали один и тот же город в пяти-шести и более местах и даже подвергали сомнению существование многих городов, гаваней и островов.

Археологические исследования, особенно широко развернувшиеся в послевоенное время, помогли решить ряд спорных проблем. Материалы раскопок и разведок в основном подтвердили многие сведения древних авторов. К письменным источникам стали относиться с большим вниманием и доверием. Но далеко не все противоречия и неясности, имевшиеся у античных авторов, были решены. Достаточно сказать, например, что только для побережья между устьями Дуная и Днепра остались неясными вопросы о местоположении по крайней мере десяти населенных пунктов, нескольких островов и других географических объектов.

Лишь в последние годы удалось решить или приблизиться к разрешению многих проблем локализации античных объектов.

Ключ к решению этих проблем дала палеогеография, которая сочеталась в комплексе с источниковедением, археологией и картографией. Как выяснилось, большинство несоответствий и расхождений, которые мы обнаруживаем у античных писателей, возникли из-за палеогеографических изменений, происшедших за 2,5 тыс. лет на побережье Северного Причерноморья. Поэтому для решения многих вопросов потребовались палеогеографические реконструкции побережья, а в ряде случаев — и подводные археологические исследования.

Комплексные работы показали, что сведения древних авторов в большинстве своем, в первую очередь в историко-географической части, абсолютно достоверны и не должны вызывать никаких сомнений. Недоверие и обвинения в их адрес оказываются беспочвенными.

Письменные источники в сопоставлении с палеогеографическими реконструкциями и археологическими данными позволяют во многих случаях точно локализовать целый ряд античных городов и отождествить их с конкретными городищами, а также решить и другие спорные вопросы. Полученные результаты наглядно подтверждают меткое выражение знаменитого фламандского географа XVI в. А. Ортелия: «География — глаза истории».

Эта книга посвящена загадочным и часто спорным вопросам античной географии Северо-Западного Причерноморья. В ее основу положены результаты историко-географических исследований, проведенных автором в последнее десятилетие. Не все излагаемое здесь аргументировано с одинаковой полнотой. Некоторые положения подтверждены бесспорными фактами, другие же пока еще остаются гипотезами. Надеюсь, читатель сам разберется в том, какой вывод можно считать установленной истиной, а какой требует еще дополнительных доказательств.

Поставленные в работе задачи определили комплексный характер исследований: всестороннее изучение письменных, археологических, палеогеографических, картографических и других источников. На первом этапе проводились детальный анализ сведений античных авторов и сопоставление с современной географией региона. Берега Северо-Западного Причерноморья обрывистые, активно разрушаются морем. Даже при беглом знакомстве с ними заметно, как море интенсивно наступает на сушу. Это сразу же наводит на мысль о том, что в античное время это побережье выглядело несколько иначе. Эту мысль подкрепляют выявленные противоречия, неясности и несоответствия в расстояниях между данными древних географов и современными измерениями.

На втором этапе исследований необходимо было получить палеогеографическую реконструкцию изучаемого побережья для античного времени. Изучение всего комплекса имеющихся геолого-географических данных в каждом конкретном случае дает возможность выяснить, как выглядел тот или иной участок берега в интересующий нас период. Общая тенденция происходящих изменений ясна — наступление моря на сушу в результате повышения уровня моря, опускания суши и других геологических процессов. В древности береговая линия проходила южнее. За прошедшие 2,5 тыс. лет морем уничтожена довольно значительная полоса берега — от нескольких десятков метров до километра и более.

В процессе разрушения берегов и затопления низменных участков частично или полностью были затоплены многие античные поселения, располагавшиеся у древней береговой линии. Общеизвестно, например, что под водой находится прибрежная часть таких крупных городов, как Ольвия, Херсонес, Фанагория и др. А сколько небольших городов и безымянных поселений поглотило море?!

На следующем этапе работы перед нами стояла задача — выявить по возможности остатки затопленных морем античных памятников и получить наиболее полную картину размещения существовавших здесь населенных пунктов. На протяжении нескольких лет нами проводились тщательные археологические разведки как на современном побережье, так и в прибрежной зоне моря и приморских лиманов.

Для решения наших задач было достаточно проведения общих подводных археологических разведок с целью выявления затопленных античных памятников и сбора необходимого керамического материала для их датирования. Исследования велись с помощью аквалангистов под руководством опытных водолазных специалистов с соблюдением всех правил проведения подводных работ. В интересующих нас местах аквалангисты сплошным прочесыванием обследовали дно моря в поисках остатков затопленных поселений. Работы велись в основном в прибрежной полосе моря, в нескольких сотнях метров от современного берега, на глубине примерно 3–4 м. Видимость в этом районе моря очень незначительная, порой приходилось вести поиск почти на ощупь, вслепую. От разрушенных морем поселений аквалангист находит в основном окатанные волнами обломки амфор, лепной посуды, небольшие камни, которые некогда составляли кладки и другие сооружения. Как правило, эти находки встречаются уже в перемещенном виде и показывают лишь примерное местонахождение поселения, которое существовало здесь, на древнем берегу, а затем было разрушено и затоплено морем.

В результате подводных исследований нам удалось обнаружить целый ряд неизвестных ранее затопленных морем поселений, которые существенно дополняют наши представления о заселенности изучаемого региона в античное время.

И на заключительном этапе исследований, после комплексного изучения имеющихся данных были сделаны конкретные выводы и предположения о местоположении локализуемых античных городов, поселений, островов и других объектов.

В предлагаемой книге письменные источники цитируются в основном по известному сборнику В. В. Латышева «Известия древних писателей о Скифии и Кавказе» (т. 1–2. Спб., 1893–1906; перевод переиздан: ВДИ, 1947–1949, № 1–4). При необходимости даются отрывки из отдельных новейших изданий Геродота, Страбона, Плиния и других античных писателей. В некоторых случаях автору пришлось давать собственный перевод.

Пользуясь случаем, выражаю глубокую признательность моим учителям, коллегам и товарищам по работе, которые в свое время поддержали мои начинания и оказывают и сейчас различную помощь в проводимых исследованиях: Ю. Г. Виноградову, А. С. Голенцову, Л. И. Грацианской, Ю. М. Десятчикову, Г. И. Иванову, П. О. Карышковскому, Г. А. Кошеленко, И. Т. Кругликовой, С. Д. Крыжицкому, А. А. Масленникову, В. М. Отрешко, С. Б. Охотникову, Б. Г. Петерсу, А. В. Подосинову, М. В. Скржинской, И. Т. Чернякову, Ф. В. Шелову-Коведяеву, К. К. Шилику, В. И. Шмуратко, А. Н. Щеглову и многим другим.

Особенно глубоко я признателен В. В. Погорелой за постоянное многолетнее участие в сборе и изучении историко-географических и картографических материалов, в проведении полевых и подводных археологических исследований.

Греческая колонизация Причерноморья, как известно, сыграла огромную роль в истории античной Греции и причерноморских народов, населявших в древности это побережье. Колонизация вовлекла этот регион в орбиту античной цивилизации, и он стал одним из оживленных районов тогдашней ойкумены. С появлением здесь греческих городов древние авторы связывают переименование Черного моря из Понта Аксинского (Негостеприимное море) в Понт Эвксинский (Гостеприимное море). Страбон, например, пишет, что во времена Гомера «это море было недоступно для плавания и называлось Аксинским из-за зимних бурь и дикости окрестных племен, особенно скифов, так как последние приносили в жертву чужестранцев, поедали их мясо, а черепа употребляли вместо кубков. Впоследствии, после основания ионянами городов на побережье, это море было названо Эвксинским» (VII, 3, 6). Евстафий, знаменитый митрополит фессалоникский, живший во второй половине XII в., в своих комментариях к «Землеописанию» Дионисия говорит об этом подробнее: «Эвксин, неудобный для плавания и потому некогда называвшийся Негостеприимным морем, позднейшие переименовали в Гостеприимное море в виде эвфемизма.

А Негостеприимным он назывался или вследствие того, что не имеет островов с пристанями, или из-за живущих по берегам его скифов, необщительных варваров, которые даже убивали для жертвы чужестранцев и ели их мясо, а из человеческих черепов делали чаши. Другие же говорят, что Геракл очистил здешние места и сделал море из Негостеприимного Гостеприимным. Иные этот подвиг приписывают ионянам, которые основали на побережье много городов» (§ 146; ВДИ, 1948, № 1, с. 243–244).

А само название Понт Аксинский представляет собой переосмысленное греками местное наименование, восходящее к иранскому АКШАЙНА — темный, черный. Так ираноязычные скифы называли это море, сохранившее свое название до сих пор. Греки же вывели из него свое, близкое по звучанию — АКСИН.

И вот во второй половине VII в. до н. э. началась греческая колонизация Северного Причерноморья. Побережье от Истра (Дуная) до Танаиса (Дона), составляющее приморскую часть Скифии, стало одним из главных районов понтийской колонизации. Основным центром переселенческого движения был город Милет, крупный торговый и культурный центр, расположенный на малоазийском побережье. Страбон писал о нем: «Много славных деяний совершил этот город, но величайшее из них — это множество основанных им колоний, потому что весь Эвксинский Понт, Пропонтида и многие другие места были колонизованы милетянами» (XIV, 1, 6; перевод Г. А. Стратановского).

Обращает на себя внимание, что в это время скифские военные отряды находились именно в Малой Азии, в непосредственной близости от Милета. Огнем и мечом скифы прошлись по малоазийским государствам и долгое время господствовали здесь. Яркую характеристику этому господству дает Геродот: «В течение двадцати восьми лет скифы властвовали над Азией, и за это время они, преисполненные наглости и презрения, все опустошили. Ибо, кроме того, что они с каждого взимали дань, которую налагали на всех, они еще, объезжая страну, грабили у всех то, чем каждый владел» (I, 106)^[2]. Разоряя Мидию, Лидию, Киликию и другие страны, скифы, как известно, обходили стороной расположенные на побережье греческие города. Милет не только не пострадал от скифского господства, но и стал основывать свои колонии в самой Скифии. Это наводит на мысль о том, что греки еще здесь, в Малой Азии, заключили договор со скифами об основании колоний на северных берегах Понта Эвксинского.

Проблемы греческой колонизации занимают одно из важных мест в истории античности. Однако вопрос о ее причинах и характере все еще остается дискуссионным^[3]. Ученые выдвинули две основные теории колонизации — торговую и аграрную. Сторонники торговой теории полагают, что основной движущей силой было стремление к новым рынкам сбыта и источникам сырья. А приверженцы аграрного направления считают, что переселенцы покидали родину в поисках новых плодородных земель. В последнее время высказывается мнение о том, что причины колонизации нельзя объяснить только торговой или аграрной теорией: они могли сочетать в себе несколько факторов при ведущей роли одного из них.

[1] Стадий (стадия) — древнегреческая мера длины. В Греции существовало несколько различных по величине стадиев (см. с. 52 сл.).

[2] Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. Тексты, перевод, комментарий. М., 1982, с. 83. По этому изданию цитируются все отрывки из труда Геродота.

[3] См.: Виноградов Ю. Г. Полис в Северном Причерноморье. — В кн.: Античная Греция, т. I. М., 1983, с. 366 сл.