Мы не будем подробно описывать подготовку и ход военных действий – это тема для отдельной книги. Нас интересуют лишь последствия военной авантюры французского правительства.
Император Наполеон III решил лично возглавить свою армию и 28 июля 1870 года в обстановке секретности отправился на фронт из своего дворца Тюильри. Но Париж уже знал об отъезде, и в 5 часов утра вокруг дворца собрались горожане, пели патриотические песни, ораторы выступали с пламенными речами. Императорская карета и экипажи сопровождавших монарха государственных чиновников выехали из главных ворот в 9 часов 30 минут в сторону дворца Сен-Клу.
Наполеон III был в застегнутой с боков тунике и кепи, принц империи отравился на войну в обычной офицерской форме. Их провожали императрица Евгения и принцесса Клотильда. В императорский поезд Наполеон III, его сын и сопровождающие лица сели на маленькой станции Порт-д’Орлеан, расположенной на границе парка в Сен-Клу.
Императрица Евгения. Холст, масло. Худ. Франц К. Винтерхальтер. 1857 г. Оригинал в музее Голливуда
Простившись с императором и принцем, императрица Евгения, уже в статусе регента, вернулась в Тюильри, тогда как императорский поезд медленно отправился на Восточный вокзал Парижа. Здесь императора и принца встречали тысячи радостных парижан, и, когда поезд подошел к перрону, толпа закричала: «Да здравствует Франция! Долой Пруссию!»[61]. Поезд постоял и начал медленно отъезжать от перрона, император в этот момент вышел в тамбур к открытой двери и прокричал: «До скорой встречи!». Радостные горожане бодро отвечали в ответ криками одобрения любимому монарху.
Позднее, когда французская армия начала терпеть поражения от армии Пруссии, императрица Евгения в разговоре с председателем правительства Луи Жюлем Трошю заметила, что император не вернется в Париж живым, а если и вернется, то его убьют[62]. Она видела, что происходит в столице, и чувствовала все возрастающую ненависть к несчастному Наполеону III. Будучи регентом Франции, Евгения формировала правительство, кроме того, ей приходилось решать многие политические проблемы, углубляющиеся с приближением к Парижу солдат Отто фон Бисмарка. Когда император Наполеон III заикнулся Евгении о возвращении в столицу, императрица ответила: «Не думай возвращаться, если не хочешь развязать страшную революцию. Они скажут, что ты покинул армию, так как опасался за свою жизнь»[63]. Какая роковая ошибка! И Наполеона III, и императрицы Евгении! Не супруга пыталась спасти Евгения, а власть и трон для своего сына. Здесь возможно и другое объяснение. Императрица не понимала всей трагичности ситуации и не смогла предвидеть результат своих действий. Какой из двух предложенных вариантов был бы верным, сказать трудно. Скорее всего, оба. Сочетание некомпетентности и опрометчивые решения по сохранению власти привели страну к катастрофе.
Поражение под Седаном и пленение императора прусской армией решили судьбу Второй империи – восстание в Париже смело власть Наполеона III.
Сражение началось 1 сентября 1870 года, уже на следующий день император Франции сдался и попал в плен, а 3 сентября известие о пленении Наполеона III пришло в Париж. В городе начались демонстрации рабочих с требованием о низложении монарха, утром 4 сентября парламент Франции, куда ворвалась толпа протестующих, объявил о прекращении правления Наполеона III и его династии. Речь об этом зачитал Леон Мишель Гамбетта. Республику провозгласили в Бордо, Марселе и других городах.
Забегая вперед, отметим, что большинство французов, особенно в деревне, остались верны монархии – это показали выборы, проходившие в феврале 1871 года. Тогда власть в Париже взяло крайнее крыло республиканцев и социалистов – Парижская коммуна просуществовала до 28 мая 1871 года, а 31 августа парламент Франции внес в Конституцию изменения – отныне глава государства (исполнительной власти) назывался президентом.
Но вернемся в злополучные для династии Наполеонидов дни августа – сентября 1870 года. Принц империи, которому исполнилось 14 лет, принял участие в бою под Саарбрюккеном (на немецкий манер), или Сарбрюком (на французский), который произошел 31 июля 1870 года. Французская армия пыталась захватить этот приграничный город, но не смогла, да и победа оказалась бы пирровой – стратегического преимущества это французам не принесло бы. В середине августа принц империи вместе с императором отправились в Верден, откуда они выехали на поезде в вагоне 3-го класса в лагерь Шалон и прибыли в него 17 августа 1870 года. Здесь шло формирование новых воинских частей, которые должны были отправиться на помощь гибнущей на войне армии. Сейчас очевидно, что лучше бы император и его сын вернулись в Париж.
Император Наполеон III понимал, что кровопролитие только усилится, и решил оградить наследника от всего этого ужаса – он расстался со своим сыном 28 августа в Ретеле. С другой стороны, еще в начале войны император предчувствовал большие проблемы в войне с Пруссией. Одному из своих генералов император сказал, что война будет долгой и трудной, а в конце разговора заявил, что не знает, вернется ли домой. Так или иначе, император Наполеон III решил уберечь сына от плена или весьма возможной гибели.
В штаб-квартиру прусской армии в Дончерах император Наполеон III прибыл в 6 часов утра 2 сентября 1870 года. Перед победителями он предстал в форме генерала. Императора Франции встретили канцлер Северогерманского союза Отто фон Бисмарк и начальник прусского генерального штаба генерал Хельмут фон Мольтке, которые и продиктовали текст капитуляции. Бисмарк предложил императору подписать предварительный текст мирного договора, но Наполеон III отказался, сказав, что этим должны уже заниматься императрица Евгения как регент и наследник престола, то есть его сын.
Поверженный император в плену у Бисмарка. Акварель. Худ. А.С. Михаэл. 1912 г.
На просьбу Наполеона III о разрешении ему отправиться в Бельгию, канцлер Бисмарк ответил отказом, и плененного императора отвезли во дворец Бельвю в Берлине. Здесь его посетил король Пруссии Вильгельм I, а после окончания разговора Наполеон III написал императрице Евгении письмо: «Невозможно сказать, – сообщал императора Франции супруге, – что мне пришлось перенести… Лучше уж смерть, чем столь катастрофическая капитуляция. При нынешних обстоятельствах это был единственный способ избежать убийства 60 тысяч солдат… Я думаю о тебе, нашем сыне и нашей несчастной родине»[64].
5 сентября 1870 года Наполеон III в окружении 30 слуг отправился из Берлина в замок Вильгельмсхёэ, расположенный недалеко от Касселя. Немцы определили эту резиденцию местом жительства плененного монарха Французской империи.
Захватив императора Франции, премьер-президент фон Бисмарк попал в непростую ситуацию – вести переговоры о капитуляции стало не с кем и приходилось продолжать военные действия. Наполеон III уже не обладал реальной властью, с другой стороны, во Франции не появилось новой властной структуры, чтоб контролировать существенную часть страны.
В течение последних дней августа 1870 года принц империи постоянно перемещался из одного города в другой – отец высылал ему депеши с просьбой направиться в более безопасное место. По свидетельству Августина Филона, принц Луи находился в полном неведении относительно событий на фронте, и это сильно расстраивало наследника. Последним его днем на французской земле оказалось 1 сентября. Принц империи перебрался в Бельгию и прожил там в доме госпожи Маршан несколько дней до получения телеграммы от императрицы 4 сентября 1870 года. В предельно кратком сообщении принц прочел: «Немедленно покиньте Бельгию!». Наследник переоделся в типичную для горожанина одежду, обнял начальника своей охраны Ватрена, вышел через садовые ворота на небольшую пустынную улочку и сел в экипаж. Через пятнадцать минут он покинул город, а спустя некоторое время и Бельгийское королевство, направившись в Великобританию на небольшой яхте.
Некоторые близкие к Наполеону III и императрице Евгении люди покинули Париж и Францию еще 20 августа 1870 года. В частности, в этот день с детьми и супругой принцессой Саломе Дадиани выехал ближайший друг императора и принца империи – принц Ашиль Мюрат. Часть Мюратов, включая принцессу Кэролайн, сопровождал в Англию господин Гарден, в имении которого ранее останавливались Ашиль и Саломея. О том, как проходило бегство, записала в своих мемуарах Кэролайн Мюрат. Принцесса вспоминала: «В настоящее время Лондон превратился в Париж. Со всех сторон доносятся разговоры на французском языке. Старая и новая парижская аристократия заполонила лондонские улицы»[65].
Императрица Евгения. Дагерротип. 1870 г.
Положение в столице Франции ухудшалось с каждой минутой, и 3 сентября 1870 года императрица Евгения решила покинуть Париж. Говорят, что, когда она получила известие о пленении Наполеона III, у нее началась истерика. Евгения кричала, что император мертв, что от нее скрывают правду. Если он жив, вопрошала у придворных Евгения, то почему не покончил с собой, ведь его капитуляция – это позор для всей династии[66]. Успокоившись, императрица решила действовать.
Она приказала командующему частей, защищавших дворец, генералу Эмилю Мелине избегать кровопролития и объявила ему, что уезжает. Проститься с императрицей пришли все, кто был в этот момент в Тюильри, многие плакали, некоторые дамы целовали ее руки. Евгения повторяла: «Не оставайтесь здесь, времени осталось слишком мало! Идите! Идите! Умоляю вас!»[67].
У подъезда императрицу ждал экипаж, который отвез ее в дом доктора Томаса Эванса, где было относительно безопасно. Спустя некоторое время Евгения добралась до Довиля и благополучно взошла на борт яхты «Teh Gazelle», принадлежавшей британскому военачальнику фельдмаршалу сэру Джону Бергойну, а 7 сентября 1870 года яхта покинула берега Франции – впереди бывшую императрицу ждала Англия[68].
Она остановилась в Гастингсе, где дожидалась своего сына. Через несколько дней после прибытия на остров императрица Евгения отправила Мюратам телеграмму: «Пошлите вашу горничную со всем, что мне нужно. У меня нет даже носового платка».
Принц империи присоединился к матери 9 сентября, а в конце месяца они поселились в имении Камден Плейс в Чизлхёрсте – небольшой деревне, лежащей в зеленой долине недалеко от Лондона. Как писали газеты того времени, Камден Плейс – самый красивый и самый большой загородный дом Англии. Ежегодная плата за аренду имения составляла приличную по тем временам сумму – 300 английских фунтов.
Двухэтажный дворец из красного кирпича с большими часами над входом состоял из двадцати комнат, часовни и двух отдельных зданий, в которых размещались кухни. Здание окружал обширный парк Камден. Рядом с парком стояли католическая церковь Святой Марии и дом священника отца Исаака Годдара – запомните это имя!
Интересно, что в 1860-е годы интерьеры дворца перестроили в соответствии со стилем, принятым в Париже тех лет. Из Франции, например, привезли дубовую обшивку XVIII века, изготовленную для шато де Берси по эскизам французского архитектора Франсуа Ле Во. Кроме этого, дом обставили французской мебелью и различными украшениями, словно владелец предчувствовал, что у него поселится император Франции.
[61] Le depart de l’Empereur // Le Monde Illustré, 06.08.1870.
[62] Court Life of the Second French Empire. Р. 401. 114 •
[63] Milza, Pierre. Napoleon III. Р. 81. 115 •
[64] Milza, Pierre. Napoleon III. Р. 710. 117 •
[65] Murat, Caroline. My Memoirs. Р. 221.
[66] Milza, Pierr. Napoleon III. Р. 711.
[67] Court Life of the Second French Empire. Р. 408. 119 •
[68] Court Life of the Second French Empire. Р. 408. 120 •