Потерянный кронпринц Франции. Борьба за власть и тайна наследника Наполеона III: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Маленькому принцу часто дарили подарки. Однажды отец подарил ему глобус, на котором экватор был выложен алмазами, два больших рубина обозначали полюса, а меридиан был выполнен из золота. Границы Франции обозначала цепочка сапфиров, такие же камни более светлого оттенка показывали Рим и Мехико. Глобус был особенным – Британские острова автор подарка изобразил в сильно уменьшенном размере, как и Австро-Венгерскую империю; Польшу, Россию и всю Азию закрасил черной краской. Глобус поддерживала фигура Атланта, причем его лицу придали черты императора Наполеона I.

Принц империи в детстве. Фотография 1859–1860 гг.

В один из рождественских праздников император преподнес своему сыну игрушечную коллекцию оружия. В нее входили: пистолеты, мушкеты, снаряды и гранаты, стальная пушка Армстронга, мортира из серебра и амуниция. Все подаренное оружие действовало, оно представляло собой уменьшенные копии реальных пушек и пистолетов. Стоимость коллекции была немалой, она составила 10 тысяч франков. Императрица подарила сыну несколько сотен миниатюрных фигурок испанцев, одетых в национальные костюмы и платья тех лет.

Отношения между Наполеоном III и императрицей Евгенией поначалу были полны любви. Близкий к семье императора доктор Бартез отмечает: «Император любит императрицу и смотрит на нее ласковым взглядом, полным нежности, волнуется, когда что-то беспокоит ее, но при этом он управляет супругой. Я должен сказать, что для него императрица – сильно любимый избалованный ребенок, которому он дает большую свободу и для которого он будет совершать разные глупости, но которым он хорошо управляет в моменты серьезных испытаний»[53].

Далее доктор пишет: «Они оба преданно любят своего ребенка, и в этом нет ничего удивительного. Но оба они совершенно не знают, что хорошо для малыша. Это естественно – он был их первенцем. У них не было никакого родительского опыта. Испанские женщины, как правило, не имеют представления о воспитании новорожденного. Император постоянно нервничает: его бросает в дрожь то от одного, то от другого. Императрица никогда и ничего не боится. Он хочет приучить малыша к различным вещам…».

И если Наполеон III баловал сына, то императрица Евгения считала, что мальчика нужно воспитывать в строгости. На это указывают несколько случаев, оставшихся в истории благодаря очевидцам. Однажды на обеде в Тюильри, когда император вошел в столовую вместе с принцем, пятилетний Луи забыл поцеловать руку принцу Наполеону – мальчик всегда целовал руку матери и присутствующих членов семьи Бонапартов. В этот раз ребенок забыл, на что Наполеон III лишь рассмеялся, а императрица Евгения разозлилась. Она схватила сына, так что он заплакал и закричал: «Папа, она меня зажимает!». Императрица выгнала Луи из столовой с позором[54].

Еще один похожий инцидент произошел весной того же года в Фонтенбло. После завтрака маленький Луи решил похвастаться перед императрицей подаренной ему коробкой шоколадных конфет. Евгения велела сыну обойти гостей и предложить им конфеты. Идя к одному из присутствующих, принц положил одну конфетку себе в рот, но тут же почувствовал, как его кто-то схватил за шею – это была императрица. Она заставила мальчика выплюнуть конфету и забрала у него коробку. Присутствующий на завтраке император не одобрил действий супруги, но промолчал.

Принцесса Мюрат писала, что никогда не забудет выражения боли на лице Наполеона III[55].

Император с сыном. Фотография. 1860-е гг.

Говорят, что позднее, когда Луи Наполеон подрос, многое изменилось в отношениях Наполеона III и Евгении, уже не стало той близости. Писали, что у супругов возникли проблемы в интимной области[56]. Это, возможно, отразилось и на принце. Так, генерал Эмиль Флёри вспоминал, что императрица не раз говорила ему: «Луи будет уродливо выглядеть. У него уже нос, как у мужчины»[57]. Семейная сторона жизни императора и императрицы скрыта от нас. Конечно, как последовательная католичка Евгения придерживалась определенных принципов в семье, тогда как Наполеон III слыл человеком более широких взглядов, в том числе и на интимные отношения. Так что рано или поздно, а проблемы должны были возникнуть.

Как уже говорилось, в обществе гувернанток Луи Наполеон оставался до семилетнего возраста, а первым его взрослымшагомсталапоездкававгусте1863 годаввоенный лагерь Шалон, созданный по приказу его отца еще в 1857 году[58]. Этот военный центр на 10 тысяч солдат размещался на территории в 10 тысяч гектаров, недалеко от города Шалон-ан-Шампань на северо-востоке Франции. Конечно, принц и до этого приезжал в Шалон вместе с Наполеоном III, но скорее ради развлечения – он был еще слишком мал. И только в 1863 году наравне с отцом он верхом на лошади принимал участие в больших маневрах. В последующие годы принц Лулу посещал Шалон каждый год, это происходило обычно в августе, и оставался в лагере две-три недели. Еще ребенком принца империи в качестве мальчика-солдата зачислили в роту гренадеров. В честь второго дня рождения наследника батальон промаршировал под окнами дворца под звуки барабанов к большому удовольствию маленького принца. Позднее маленький принц выучил с гренадерами строевой шаг, получил уроки фехтования и умение обращаться со штыком. Довольно рано Луи научился управлять лошадью и с прыжка садился в седло.

К семи годам принц успел получить неплохое домашнее образование, в основном в точных науках и латыни. Кроме того, он свободно говорил на английском языке. Для продолжения образования в марте 1863 года к семилетнему принцу приставили наставника литературоведа Френсиса Монни, который в силу мягкого характера и рассеянности не смог заставить своевольного и нетерпеливого принца Лулу прилежно учиться. Родители сменили наставника, пригласив на эту высокую должность молодого профессора риторики, специалиста по английской литературе Пьера Мари Огюстена Филона. Интересно, что после падения власти Наполеона III профессор Филон покинул Париж вместе с принцем империи и поселился в Англии рядом с императорской семьей.

Принц империи в 1870 г. Фотография. Автор Жозеф Ле Жене. 18 июня 1870 г.

Профессор Филон вспоминал одно любопытное событие, свидетелем которого он однажды стал в Сан-Клу. Зайдя как-то в кабинет к принцу, он увидел, что в комнате никого нет, а мальчик медленно идет по отступу карниза вдоль окон. Профессор не стал окрикивать Луи, так как боялся, что тот потеряет равновесие и упадет со второго этажа. Кроме Филона, к принцу Лулу пригласили еще нескольких преподавателей. Так, различные вопросы, связанные с религией, с принцем обсуждал известный христианский проповедник аббат Гаспар Дегерри. Он приезжал два раза в неделю. В 1871 году парижские коммунары арестуют 74-летнего аббата и расстреляют. Уроки английского языка два раза в неделю проводил Майнард, а немецкий преподавал М. Леви. Лекции по истории принцу читал член Французской академии ученый-историк Эрнест Лависс, прославившийся позднее научными трудами по истории Пруссии, Франции средних веков и всеобщей истории. Профессор письма М. Симонар обучал наследника чистописанию. Но больше всего времени отдавалось латинскому языку – пять уроков в неделю, преподавали латынь М. Эделайн, M. Пояр и M. Гувилье. Луи любил рисовать и имел к этому способности.

Обучение принца проходило во дворце Тюильри, а также в Сен-Клу, Фонтенбло и Компьене. Только в Биаррице он был свободен от учителей и уроков.

О бесстрашии Луи Наполеона говорит одно происшествие, случившееся в Биаррице в 1867 году. Императрица Евгения и принц империи отправились на шлюпке на прогулку по заливу, а вечером, по возвращении, путешественники неожиданно сели на мель. «Не бойся, Луи!» – крикнула Евгения, на что ее сын, которому тогда было 11 лет, ответил: «Наполеоны ничего не боятся».

Глава 2

Путь в Британию

К началу Франко-прусской войны принцу империи исполнилось 14 лет. В 1870 году произошел ряд событий, не только повлиявших на семью императора Наполеона III, но и изменивших мир и определивших судьбу Франции.

В конце апреля 1870 года император издал указ о проведении плебисцита с вопросом об одобрении либеральных конституционных реформ. Голосование, прошедшее 8 мая 1870 года, дало следующие результаты: 7 млн 358 тысяч голосов «за», 1 млн 582 тысячи «против». Император Наполеон III остался доволен результатом и, целуя маленького принца, сказал: «Дитя мое, ты освящен этим плебисцитом. Либеральная империя не я, а ты»[59]. Предлагаемые поправки к основному закону страны должны были облегчить передачу власти в империи. Выступая позднее в парламенте, император заявил: «Мы можем теперь смотреть в будущее без страха».

Действительно, Наполеон III стал популярен как никогда! Но не все шло так гладко, как хотелось бы императору. Против нововведений выступили республиканцы – это понятно: они критиковали все, что исходило от Наполеона III. Неожиданно на сторону критиков конституционной реформы встал герцог Виктор де Персиньи – активный бонапартист, представитель ближайшего круга императора. Дело в том, что с определенного времени герцог с группой бонапартистов-единомышленников стали ярыми противниками либеральных идей Наполеона III и старались склонить его не к облегчению полицейского давления, а к закручиванию гаек в политике и более активной силовой борьбе с оппонентами. Противоестественный альянс республиканцев и бонапартистов выступал яростным противником парламентской монархии.

Убийство Виктора Нуара принцем Пьером Наполеоном. Гравюра с рисунка. Гравер А. Даугель, худ. Гельдо. 17 января 1879 г. Из журнала «Всемирная иллюстрация» № 50

В начале 1870 года произошло трагическое событие, всколыхнувшее Францию. Кузен императора принц Пьер Наполеон Бонапарт, сильно негодовавший по поводу публикаций о его семье в левых и республиканских изданиях, убил выстрелом из пистолета журналиста Виктора Нуара (его настоящее имя – Иван Салмон). Он служил репортером газеты «Марсельеза» и по просьбе редактора Паскаля Груссе направился на встречу с принцем Пьером. Предполагалось, что В. Нуар выступит в роли секунданта и при встрече с Пьером Бонапартом передаст от П. Груссе вызов на дуэль. Но все пошло не по плану с самого начала встречи. Виктор Нуар поехал к принцу Пьеру вместе с журналистом Ульриком де Фонвилем, причем оба вооружились револьверами, а по приезде потребовали встречи с Наполеоном, который отказался принимать незваных гостей. Журналисты прошли в зал, где находился принц. Разговор далее принял непредвиденный оборот. В гневе Нуар ударил принца Пьера по лицу, в ответ Бонапарт выхватил пистолет и выстрелил в обидчика – журналист умер от потери крови в аптеке, в небольшом городке Отёй, пригороде столицы Франции[60].

На похороны Виктора Нуара в Нейи собралось более 100 000 человек – в итоге прощание вылилось в антиправительственную и, что хуже, в антинаполеоновскую демонстрацию, причем власти не нашли ничего лучше, как отправить на похороны полицию и армейские части. Больше всего общественность возмутил суд, который оправдал принца Пьера Бонапарта, а владельца газеты Анри де Рошфора-Люсе приговорил за преступную агитацию к тюремному заключению и денежному штрафу. Решение судей вызвало лишь новые мирные манифестации, которые заканчивались арестами активистов полицией.

От Наполеона III требовали разобраться в ситуации и осудить убийцу. Император промолчал.

В начале войны император оказался не готов к серьезной политической борьбе, а тем более к военному противостоянию. Все чаще он чувствовал усталость от своего правления, молчал, когда нужно было выступать, и ничего не предпринимал, когда важно было действовать. На общую атмосферу при Дворе сильное влияние оказывало обострение болезни императора. В это время его окружение, возглавляемое императрицей, активно вмешивалось во внутреннюю и международную политику. Так, благодаря придворным интригам прошла замена министра иностранных дел – у руля внешней политики встал настоящий ястреб герцог Антуан де Грамон. Как это принято, предстоящая война преподносилась официальной пропагандой как событие «в интересах Франции и ради нужд династии».

События развивались стремительно, и война завершилось быстро. Единственный союзник Наполеона III Британия в войну не вмешивалась, проблем Пруссии не создавала и осталась равнодушной к страданиям французов.

[53] Barthez, Ernest. Teh Empress Eugénie and Her Circle. Р. 117. 104 •

[54] Murat, Caroline. My Memoirs. Р. 272–273. 105 •

[55] Murat, Caroline. My Memoirs. Р. 272–273.

[56] См.: Kelen, Betty. Teh Mistresses: Domestic Scandals of 19th Century Monarchs. New York: Barnes & Noble Inc., 1994.

[57] Court Life of the Second French Empire Р. 93–94. 106 •

[58] Voyage au camp de Châlons // Le Moniteur universel, 17.08.1863. 107 •

[59] Fleury, Maurice, Sonolet, Louis. La societe du second Empire, vol. 4: 1867–1870. Paris: Albin Michel, 1911–1924. 110 •

[60] В 1860 году городок включили в состав столицы Франции. Ныне это 16-й округ Парижа. 112 •