— Не могу сказать.
— Ты вообще что-то можешь сказать? — потребовала я.
— Я сказала много.
Это так. Я действительно многое узнала от неё, но всё ощущалось как частичные ответы, правда с удержанием хороших сочных кусков, дразнилки, призванные приманить меня и заставить желать большего. Снова манипуляции. Я начинала поистине уставать от того, что все дёргают меня за веревочки.
— Итак, ты привела ко мне моего брата, — я скрестила руки на груди. — И что теперь?
— Теперь вы все покинете это место. А дальше дело твоё.
Ривер говорила так, будто у меня есть свобода воли. Мне нравилось думать, что так и есть. Тогда почему мне казалось, что я пляшу под чью-то дудку?
— Прощай, — сказала Ривер Зейну. Затем она посмотрела на меня — точнее, на мой живот. — Защити ребёнка.
Это что за заявление такое? Естественно, я защищу своего ребёнка. Я буду защищать её всеми силами.
— Что тебе известно о моём ребёнке? — спросила я у неё.
Она говорила с нечеловеческим спокойствием.
— Я знаю, что вселенная выйдет на войну из-за неё.
Совсем как в видении, которое Грейс послала Неро.
— Даже сейчас силы плетут замыслы, чтобы эксплуатировать её, — она глянула на Фариса и Грейс.
«Тоже мне, удивила».
— Многие люди хотят использовать её как оружие, — сказала я.
Ривер кивнула.
— Нелегко найти того, кто обладал бы силами богов, демонов и Бессмертных, — сказала я.
— Действительно, хотя это не все причины, по которым они хотят ей контролировать, — сообщила она мне.
— Есть что-то ещё? Что именно?
— Спроси свою мать, — она посмотрела на Грейс.
Я и спросила.
— Что она имеет в виду?
— Она намекает на магию, которую дитя впитало от телепатки Фэйт, — Грейс вздохнула, словно вовсе не хотела это обсуждать. — Силы Фэйт были экстраординарными, выходящими далеко за пределы способностей любого другого телепата, с которым я когда-либо сталкивалась. Она обладала возможностью заглядывать в будущее, весьма могущественной магией.
— Она есть и у тебя, — вспомнила я.
— Но не такая, как у Фэйт, — сказала Грейс. — Иногда я мельком вижу проблески будущего, но Фэйт могла видеть намного больше. И она обладала кое-каким контролем над тем, что видела.
— Видимо, контроля не хватило, иначе она бы никогда не оказалась повержена, — возразила я. — Она бы предвидела то, что случится с ней, и избежала этого.
— Само собой, у магии есть ограничения, Леда. И Фэйт всего лишь смертная. Твоя дочь — нет. Она действительно очень и очень могущественна. Эти лимиты будут ограничивать её намного меньше.
— Или вообще не будут ограничивать?
— Возможно. Посмотрим.