– Ладно, пей. Только оставь немного, мне может понадобиться эта зеркальная хрень.
Эстер вытаращилась на меня, не поверив ушам. От неожиданности даже замерла, будто забыла, что секунду назад собиралась покончить с собой. И пока она пребывала в ступоре, я быстро подошел к ней и забрал из ее рук пузырек. Закрыл крышку и сунул его в карман.
– А теперь я тебе поясню, раз ты не понимаешь. Ты натравила на меня своего хозяина и создала проблемы, которых у меня и без того по горло. Это первое. Мне не нужна обуза в виде рунной ведьмы, которая склонна к подставам. Это второе. Сейчас я ухожу, пока Феликс не нагрянул. Это третье.
– А я? – выдохнула Эстер. – По закону, теперь ты мой хозяин и за меня отвечаешь… если ты купил рунную ведьму, значит, ты о ней должен заботиться. А Бартоло уже согласился, что ты меня купил, он видел деньги. У меня таких денег отродясь не было, а тут появились. Эту купюру вся Гвардейская площадь видела. И Линда подтвердит… и все кабаре… ты не можешь отказаться…
Не сдержавшись, я смачно сматерился, после чего Эстер притихла и вжала голову в плечи, будто ожидала удара.
Ах ты ж заноза в заднице, расчетливая стерва…
– Перепродам, – процедил я сквозь зубы. – Перекину тебя другому, прямо сегодня, и как можно быстрее.
Девушка опустила голову.
– Я настолько тебе не нравлюсь?
– Тебя что-то не устраивает, или мне показалось?.. Я сказал, перепродам. Бену Бауму, например. И сделаю это при свидетелях, чтобы ко мне больше вопросов не было. Думаю, он возьмет. Ему помощница в трактир нужна.
Эстер подняла на меня глаза, полные слез.
– Бен Баум – хороший человек.
– Тогда договоримся сразу. Если еще раз выкинешь что-то подобное, шагнешь не туда или руну создашь без разрешения, я тебе шею сверну, даже не задумаюсь. Доберемся до Бена, и там ты от меня отвалишь. При любом раскладе. Вообще забудешь, что я существую, поняла?
Девушка шмыгнула носом и жарко закивала. Даже сквозь одежду проступил свет ее мерцающих рун.
– Рэй… не знаю, как тебя благодарить…
– Ты уже в кабаре отблагодарила, – бросил я.
Интуиция подсказывала, что ничем хорошим для меня это не закончится.
Дождавшись заката, мы отправились в «Адмирал Баум». Шли окольными путями, по безлюдным дворам и закоулкам. И столь странных сумерек я не видел до этого никогда.
Скрываясь за высоченными стенами города, солнце ненадолго озарило дома и улицы розоватыми лучами. А потом свет исчез, будто кто-то задул свечу, и через мгновение все окутала тьма.
Могу поспорить, я четко увидел, как клубы темноты, живые и жадные, заполняют Ронстад, отхватывая территории. И в этом черном тумане кто-то шевелился, рычал и поскуливал…
– Это что за тени? – спросил я у Эстер, не сбавляя шага.
– Харпаги, – прошептала она. – Точнее, это всего лишь их проекции, их бестелесные сущности. Сами харпаги очень большие и сильные. Сейчас они наблюдают, но раз в месяц обретают плоть. В Час Тишины. И когда он наступает, остается только затаиться, чтобы не дать им до себя добраться. Против харпагов сильна только Кай… Великая Гарпия Кай. Мы все поклялись ее кормить.
– А Архитектор? – спросил я с надеждой. Вдруг Эстер про него что-то знает.
Но девушка пожала плечами.
– О нем я слышала только мельком. Говорят, он тоже когда-то сражался с харпагами вместе с Кай, а потом исчез. И никто не знает, куда. Возможно, умер.
– Возможно, что и умер… – задумчиво отозвался я.
– Ты знаешь, а на меня харпаги ни разу не нападали. Мне кажется, это из-за рунного света Мэри, той девушки Феликса, что покончила с собой. Она отдала его мне… весь свой свет… – Эстер приостановилась и раздвинула ворот блузки, демонстрируя маленький кулон в виде прозрачного, идеально ровного круга. Он и вправду мерцал голубоватым светом. – Мэри сказала, что в нем заключен свет нескольких рунных ведьм, – пояснила девушка. – Они передавали кулон друг другу перед смертью.
Я покосился на кулон. Ну да, светится. Но вряд ли эта безделушка способна защищать от монстров.
– Я бы его тебе отдала, если хочешь, – предложила Эстер.
– Нет, спасибо, – отказался я. – Не ношу украшения.