Голый край: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Брось, – отмахнулась я. – Умнее всех ты, Кира, а не я. Мне просто все подсказывает… Ну, вроде как дух в голове.

– М-м, Дмитрий? – спросила она и спрыгнула с потолка.

– М-гм, – кивнула я. – Это его воспоминание. Арбалет, оружие… Люди его племени делали из сверкающего камня все, что угодно. Они делали из него огромных птиц и летали на них по небу. Делали жезлы, которые могли дышать огнем и убивать с расстояния взгляда. Они даже…

Я вдруг осеклась, понимая, что слишком много рассказываю о том, оставленном позади мире. Но, взглянув на лицо Киры, я увидела лишь чистый восторг – она буквально пожирала меня взглядом, широко улыбаясь с чуть приоткрытым ртом.

– А еще?! – воскликнула она.

– А еще… – вздохнула я. – А еще они могли летать выше самого неба. Могли коснуться луны. Никто из них не голодал, и любой мог поговорить с кем угодно в любой момент, где бы он ни находился…

Рассказывая ей про свою прошлую жизнь, я вдруг почувствовала странное, опустошающее чувство внутри груди. Словно у меня забрали то, что пообещали с самого рождения, и бросили умирать где-то на задворках вселенной. Черт возьми, да я ведь даже не знаю, где нахожусь! Солнце то же, луна все та же, а вот созвездия другие. Ни одной звезды, которую я могла бы вспомнить, даже большой медведицы я так и не нашла.

И все то, что я имела тогда… Я не голодала. Вообще странно было даже подумать о голоде – разве что пошутить про «голодную» студенческую жизнь, а затем пойти в ближайший фастфуд. И фастфуды… А была ли я в них на самом деле? Было ли у меня все это на самом деле? Ведь не бывает так, чтобы ты появлялся в другом мире. Никому не дают второго шанса. Может, это и был просто внутриутробный сон. А может, я и сейчас сплю, и все еще не готова появиться на свет где-нибудь в другом мире, где я опять буду смотреть на чужие звезды.

– Ты скучаешь, да? – тихо спросила Кира, положив руку мне на плечо и присев напротив меня.

– Не знаю, – честно ответила я. – Я знаю что говорила, что Дмитрий это я, но в прошлой жизни… Но не бывает же так, правда?

– Откуда нам знать, Майя? – Кира слегка улыбнулась. – Может, в следующей жизни я буду вспоминать тебя и то, чему ты меня научила. Стану старостой. Буду делать абарлеты.

– Арбалеты, Кир, – невольно усмехнулась я.

– И их тоже! – весело ответила девочка. – Так что не грусти! Ты там, где ты есть сейчас, и ты та, кто ты есть! А теперь возьми себя в руки и скажи всем недовольным, что это Ун придумал им оружие, чтобы сделать слабых сильными.

– Да нет, Кир, я… – начала было я, но вдруг задумалась над ее словами.

А ведь и вправду. Вспоминая механизмы управления общественным настроением из прошлой жизни, заставить людей думать, что Ун не такой уж и плохой, было не так-то сложно.

Мнение любого общества по любому вопросу можно было изменить в несколько шагов:

Во-первых, нужно было поставить вопрос ребром, заставить людей обсуждать то, что мне требуется.

Во-вторых, меняем терминологию. За примером далеко ходить не надо – допустим, меняем «каннибализм» на… Ну, скажем, «хомофагию». Короче говоря, табуируем неудобное слово, у которого заведомо есть неправильный, отрицательный подтекст.

В третьих, приводим истории о людях, связанных с темой вопроса, и рассказываем всем о том, какие они бедные и несчастные, и как их не принимало общество. А там постепенно подтягиваем известных личностей, у которых, например, находится та же самая привычка жрать людей.

В четвертых, приводим альтернативное мнение от авторитетного источника. Например, Хьялдур вдруг начинает говорить, что духи нашептали ему о том, как хорошо и правильно есть людей. Вкупе с предыдущими пунктами они действительно начнут думать об этом.

И, наконец, пятый шаг – делаем из несогласных врагов общества. Все, кто не едят человеческое мясо, теперь якобы угнетают и притесняют хомофагов. О таких людях начинаем негативно отзываться, придумываем термин и для них (обязательно должно быть слово с негативным подтекстом) и вуаля!

Теперь в обществе считается абсолютно нормальным есть себе подобных, а все, кто высказывают альтернативное мнение, тут же затыкаются. К этому моменту первоначальная идея для некоторых становится сверхценной идеей – конструкцией в голове, которая занимает большую часть их мышления. Такие люди становятся костяком радикальных движений и привносят наибольший вклад в развитие и усиление заложенной идеи.

– Ты гений, Кира! – воскликнула я и кинулась обнимать подругу.

Она лишь довольно ухмыльнулась.

Этим же вечером я решила навестить друида, дабы расспросить его о злом духе, у которого я якобы украла глаза.

– Заходи, Майя, – Хьялдур дружелюбным жестом пригласил меня внутрь своей палатки. – Чаю? Как раз вода закипает.

– Нет, спасибо, – вежливо отказалась я. – Хотя… Ладно, давай.

– Ромашковый? – друид приветливо улыбнулся.

– Ромашковый, – улыбнулась я в ответ. – Но вообще я к тебе с просьбой. С вопросом, точнее.

– Вопрос? – было видно, как Хьялдур о чем-то задумался, пристально глядя на меня. – Ну… Дети… В общем, когда мужчина и женщина любят друг друга…