– Я поведу танки. Но меня беспокоит участок Дороги в зоне вулкана.
– Ты легко ее расчистишь.
– Я в этом не уверен. Вулканическая деятельность, похоже, тогда шла на спад. Но несколько дней назад произошло сильное землетрясение. Если мы почувствовали его даже здесь, каково должно быть там, вблизи эпицентра? Может быть повреждена Дорога. Мне нужно поскорее отправляться.
Семенов медленно кивнул, соглашаясь.
– Могу лишь надеяться, что ты ошибаешься.
– Я тоже. Я сообщу, как только там окажусь.
Они шли на предельной скорости без остановки. Когда они оказались в области вулкана, Ян спал, и Отанар, штурман его ведущего танка, спустился, чтобы разбудить его.
– На Дороге большие наносы, но, кроме того, похоже, ничего страшного.
– Встаю.
Они оставили на расчистку Дороги танки с бульдозерными лезвиями и поползли вперед через горообразные наносы. Воздух был чист, и вскоре перед ними появился сам вулкан, умолкший, наконец, и лишь дымное перо плыло над коническим жерлом.
– Обошлось, – сказал Отанар. – Не могу поверить.
Они шли дальше, пока танк не остановили огромные наносы пыли и камней, полностью перегородившие Дорогу. Все, что оставалось – съехать на обочину и дожидаться танков с лезвиями. Они подошли достаточно быстро, потому что работа у них была несложная – прорезать проход на свою ширину. Потом им предстояло вернуться и расширить проход, чтобы могли пройти поезда.
Водитель танка-бульдозера опустил лезвие, и танк вгрызся в массу наноса и вскоре оказался за ней.
– Она опять идет под уклон, – сообщил водитель. – На сей раз не так низко... – голос его превратился в хрип.
– Что случилось? – спросил Ян. – Отвечай! Слышишь меня?
– Лучше сам посмотри, – сказал водитель. – Но двигайся медленно.
Ян направил танк в проход по следам гусениц первого танка, увидел, что тот съехал на сторону, чтобы не закрывать ему вид Дороги.
Ясно было теперь, почему хрипел водитель. Дороги впереди не было. Она заканчивалась у края трещины, небольшого ущелья шириной не более километра. Земля разверзлась и поглотила Дорогу, оставив на ее месте неизмеримую бездну.
16
– Исчезла... Дорога исчезла, – сказал Отанар, с хрипом выговаривая слова.
– Чепуха! – Ян был зол. Он не собирался останавливаться. – Эта трещина не может тянуться бесконечно. Мы поедем вдоль нее, подальше от вулкана и области сейсмической активности...
Это была трудная и опасная работа – идти по нетвердой поверхности Дороги. В сожженных джунглях постоянно встречались баррикады из горелых деревьев, пепел и пыль заполняли ямы, иные из которых могли стать ловушкой для танка. Они вновь и вновь проверяли путь, танки шли один за другим. То и дело усталому водителю приходилось выбираться в костюме наружу, чтобы закрепить тросы, и застрявший экипаж вытягивали из западни. Пепел и пыль налипали на костюмы и попадали в танки, и вскоре повсюду была грязь и копоть. Безжалостные часы работы поставили людей на грань истощения. Ян понял это и объявил остановку.
– Сделаем перерыв. Почистимся немного, соорудим что-нибудь поесть и выпить.
– У меня такое чувство, будто я никогда больше не буду чистым, – сказал Отанар, морщась, потому что на зубах хрустел песок, попавший в пищу. Лампочка радио замигала, требуя внимания, и Ян включил его.
– Это Семенов. Как продвигаетесь?
– Медленно. Делаем широкий крюк и надеемся обогнуть трещину. Я бы не хотел прорезать новую трассу. Погрузка завершена?
– Последний поезд заполнен и запечатан. Я растянул поезда на два километра по Дороге. Рассыпанное зерно начинает загораться. Я решил не подвергать нас опасности.
– Хорошо. Отведи их подальше. Потом – силос, он может взорваться от внутреннего давления. Буду держать тебя в курсе о нашем продвижении.
Миновали еще два периода сна, причем они были заперты в тесных танках, прежде чем вновь оказались около вулканической трещины. Ян увидел, как она неожиданно появилась, когда он стукнул в обгоревшее дерево, и оно исчезло, перевалившись через край. Он надавил на оба тормоза, затем, пока снаружи оседали облака пепла, протер изнутри окна переднего обзора.
– Она и здесь, – сказал Отанар, не в силах сдерживать отчаяние в голосе.