— Что с ней? — Люцифер рывком повернулся.
На лице — готовность прямо сейчас наброситься, вытрясти всю правду. Михаил ринулся было внутрь, но Рафаил остановил спокойным жестом. Он покачал головой, мол, все в порядке. Свежий ветерок, залетев в комнату, шевельнул его длинные темные волосы.
Михаил недовольно выдохнул, но отступил, и дверь за ним закрылась.
— Ее пытались забрать по-хорошему, — заговорил Рафаил, переставляя эликсиры на столике. — Но она ранила кинжалом одного из ангелов. Очень серьезно. Завязалась та еще схватка. В общем, основные раны я залечил и сделал все, что можно, но ее ранили отравленным оружием. Обычный демон отключился бы на полчаса и очнулся, но с ней сложнее. Она же без сил.
— К делу, — обрубил Люцифер.
— Она придет в себя, но не сразу, — отведя взгляд, Рафаил поправил рукав светлой рубашки. — И будет очень слаба. Пока не очнется, может бредить.
Ярость застелила разум. Люцифер шагнул вперед бесшумно, как зверь. Голос стал приглушенным, рокочущим:
— Клянусь, когда я верну силу…
Послышался тихий стон. Люцифер мгновенно обернулся на звук. Элиза перекатилась головой по подушке, хмурясь. Пальцы сильнее сжались на простынях.
Он бросился к кровати. Подхватив Элизу на руки, Люцифер осторожно прижал ее к себе. Она безвольно прислонилась к нему, не просыпаясь. Голова склонилась на его плечо, а черные волосы растрепались, подчеркивая бледность.
— Мы возвращаемся на Землю. Сейчас же, — отрезал он.
Напоследок, проводя к Райским вратам, Михаил сказал:
— Если что, Рута поможет в поисках. Только скажи мне вот что. Как ты пробрался в Рай?
— У меня есть тайные ритуалы, — не оборачиваясь, бросил Люцифер, — но даже не думай, что я расскажу о них. Даже, если решишь извести на мои пытки всю святую воду Рая.
А потом он шагнул за ворота. Спокойный, уверенный, безразличный. Эта маска слетела только на Земле, когда Люцифер оказался в своей квартире с Элизой на руках. Он осторожно опустил ее на диван и оглянулся в поисках, что бы подложить под голову. В этот момент на запястье отчаянно сомкнулись изящные пальцы.
Люцифер глянул на Элизу, но она не очнулась. Только заметалась, как в страшном сне. Губы беззвучно зашевелились, что-то шепча.
На миг Люцифер замешкался, сомневаясь, но Элиза тихо застонала. Не измученно, скорее, испуганно. Вздохнув, он сел на диван, аккуратно положив ее голову к себе на колени.
— Я здесь, я с тобой, — Люцифер взял прохладную руку Элизы в свою, переплетая пальцы.
Ее дыхание немного выровнялось. Обычно сильная и уверенная, сейчас она лишь сильнее сжала его ладонь сквозь сон. И видя, что так становится лучше, Люцифер продолжил говорить. Долго-долго. Столько, сколько не разговаривал с Элизой, казалось, за все годы в Аду.
Он гладил ее по волосам и шептал, что не нужно было отпускать. Ни на минуту. Едва слышно рассказывал про ту ночь в Аду, перед самим судом. Тягучую, мучительно долгую. Тогда Элиза ждала приговора в камере, а Люцифер до самого утра мерил шагами свой кабинет и впервые не знал, как поступить. Разрывался между яростью к предательнице и пониманием, что не может, просто не может навредить. Тогда хотелось убить ее своими руками, лишь бы вырвать с корнем слабость перед ней. Тогда казалось: достаточно изгнать с глаз долой, чтобы забыть.
— Чувства делают нас уязвимыми. Я сам поставил тебя под удар, когда показал, что ты — мое слабое место, — Люцифер устало усмехнулся. — Но я все исправлю. Обещаю.
Он поднес ладонь Элизы к своему лицу. Губы коротко коснулись запястья.
А в голове осталась только одна мысль: «Только очнись».
Ресницы Элизы задрожали. Она открыла глаза, и взгляд оказался немного мутным. Люцифер резко отпустил ее руку, будто обжегся.
— Люцифер… — Элиза потянулась к его лицу.
Кончики пальцев едва-едва прикоснулись к щеке, скользнув вниз. Люцифер на секунду прикрыл глаза, а потом резко ухватил за запястье, отстраняя.
— Не трать силы, — сухо сказал он.
— Я слышала твой голос, — Элиза говорила слабо, почти неслышно.
Люцифер стиснул зубы. Никаких эмоций. Нельзя. Взяв себя в руки, он холодно произнес:
— Это все яд с оружия. От него могло присниться что угодно. Тебе нужно отдыхать.