Вокруг, на высоте нескольких метров, одна за другой раскрывались створки капсул, и его товарищи с помощью ракетных двигателей на ботинках опускались на поверхность. Сизое небо озаряли режущие лучи вражеской ПВО, которая сжигала десантные капсулы и иногда высаживающие их рейдеры. Каждый раз погибали десятки хороших ребят. Над его головой оставляя белые полосы, прошли три штурмовика в сторону станций ПВО противника.
«Вовремя парни!», — проводил их взглядом через экран забрала Матиас.
Через несколько мгновений горизонт, куда они ушли, озарился серией из зарева плазменных взрывов. Больше вражеское ПВО себя не проявляла. На большой скорости, похожий на огромный автобус без боковых стен, появился наземный рейдер с откинутой рампой. В нем стоял сержант, держась за поручень.
— Парни быстрее на борт. Нам к подножию Хазбедунского холма, захватить и удержать стратегическую высоту.
Все быстро и организованно погрузились в рейдер. Он, набирая скорость, выдвинулся в квадрат ответственности взвода, в котором находился Матиас. Держась за поручень, он обернулся и посмотрел, как после них, один за другим, появлялись такие же наземные рейдеры, собирая в себя десантников из других взводов.
«Как же я все это люблю! Черт возьми!», — подумал он, пребывая в сильном возбуждении.
В своей зоне ответственности они рассредоточились. Лейтенант Диас уже был на месте, не используя радиосвязь, рукой закованной в перчатку из композитной стали показал каждому отделению направление и сектор обстрела.
Матиас и еще трое десантников поднялись на небольшой холм, на котором словно палец дьявола торчала одинокая скала. Пыльный угол скалы — это все что он запомнил перед, тем как столкнулся с автономной лазерной турелью. Ее там не должно было быть. Так все глупо вышло. Его силовой щит разлетелся в стороны от ее натиска. Уже через секунду она несколькими выстрелами буквально искромсала его на куски. Он даже видел, как его кровь летела в стороны заливая забрало и замерзая в полете, стучала по стальным частям скафандра красными льдинками. Жгучая боль по всему телу перешла в полное онемение. Его от полного уничтожения спасли его товарищи, вовремя уничтожившие турель и погрузившие его в медицинский транспорт.
Матиас пришел в себя на госпитальном космическом корабле и понял, он наполовину уже не человек…
«Проклятый сон», — подумал он, открывая глаза стараясь избавиться от его последних образов.
Матиас привычно пошарил рукой у дивана и, взяв бутылку Джек Дэниелса, одним большим глотком допил остатки виски.
«Сон… я не видел его уже несколько лет. Парни я по вам всем скучаю…» — он сел на диване, — «что, черт побери, происходит?»
Матиас встал, тяжело проковылял к большому заваленному разными вещами письменному столу. Потянулся рукой и достал из выдвижного ящика символ космических десантников — оловянного сокола в окружении созвездий, который держал в когтистых лапах горящее сердце. Этот знак стал для него настоящим талисманом, но он забыл про него и не доставал уже несколько лет. Старый космодесантник подержал его в руке. Остатки плоти нагрели значок, передав ему телесное тепло человека. Все что осталось у него на память о его ребятах. Сколько их? Безумных и молодых, мужчин и женщин, что сложили головы в разных уголках Солнечной системы за интересы жирных котов из корпораций.
«Будь все проклято…»
Он убрал оловянного сокола обратно в стол. Потом посмотрел на голограмму своего тела. Медицинский робот хорошо его подлатал, но полностью он придет в норму через неделю.
Матиас тряхнул головой.
— Ты где щенок?
Дрон молчал. Он попытался связаться с ним по защищенному протоколу, но робот упорно «молчал».
— Я не понял маленький говнюк?! — удивленно закричал он.
В голове снова возник странный розовый туман и, как далекое эхо, отголоски песни.
«Да что за чертовщина происходит?!» — подумал Матиас, он впервые запаниковал из-за того что не может жестко контролировать свое состояние.
Он снова потряс головой. Оглядевшись, увидел его.
Дрон завис и слегка покачивался над открытым ящиком с товаром. Следов подготовки трансформации не видно. То есть пока он, хозяин, пребывал в отключке щенок вместо того чтобы заняться делом просто бездельничал!
— Ты чего щенок хочешь, чтобы я тебя отправил в рудники на какой-нибудь занюханный астероид?! Там из тебя быстро выбьют всю дурь!
Матиас, топая ногами, бросился к нему. Дрон мгновенно отлетел в сторону. Это что-то новенькое. Старый космодесантник удивленно застыл на месте.
«Черт с тобой!», — подумал он, — «разберусь для начала с мозгами, а потом уже решу, что делать со щенком. Сейчас это важнее, пока нас не засекли».
Он подошел к лабораторному столу и приготовил коммутатор для нейро очистки и трансформации мозгов под системы обеспечения дронов.
— Первым делом надо разобраться с этим странным мозгом, который сначала показался дохлым, а потом вдруг стал проявлять себя как маленькая сверхновая…, — сказал он вслух сам себе.
Но не успел договорить, как получил сильнейший удар по спине. Матиас полетел кубарем через стол, сметая телом с него все оборудование. Он, матерясь и не понимая, что происходит быстро встал. В паре метров от него завис дрон. Похоже, что это он его ударил в спину, да так что едва дух из него не вышиб. Удивительно, дрон восстал против него и не подчинялся его командам совсем!
— Ты что творишь маленький ублюдок, — угрожающе прошипел он.