Пустота: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Уис молчала.

— Как ты это объяснишь?

— Возможно, это просто сбой вызванный воздействием высокоэнергетических частиц звезды, — сказала она, в её голосе звучала, уже знакомая ему, едва уловимая тревога.

— Возможно, но уж очень подозрительный, он, этот сбой, — сказал Макс, задумчиво почесал затылок.

Понятно что Уис что-то не договаривает, но в тоже время до него ясно дошло, что она не станет «говорить правды», и в основе этого лежала ситуация в корне изменившая её статус, как существа обладающего мышлением. Кроме этих причин ему не хотелось заронить в ее сознании, которое ему было еще абсолютно непонятно, какое либо подозрение, так как за это короткое время он уже свыкся с мыслью — Уис уже не бездушная машина. Она способна принимать решение без помощи человека. И ему было теперь трудно понять, как выстроить отношения с ней. Что от нее ожидать? Но отступать он не собирался, потому что пребывал в полной уверенности, что кроме него на корабле есть ещё кто-то. И это девушка. Он не испытывал страха, но его озадачила неопределенность и необъяснимость положения, он все больше и больше запутывался. Ему пришла в голову идея посмотреть молекулярный спектральный анализ внутреннего пространства космического корабля. Если что-то или кто-то проходил в течение суток по коридорам космического корабля, то наверняка должен остаться молекулярный след. Он запросил спектрограмму, Уис вывела ему данные на экран, но ничего кроме повышенного содержания высокоэнергетических частиц он не увидел.

Все больше и больше ему казалось, что это просто реалистичная галлюцинация вызванная, возможно воздействием синей звезды, возможно паранойей от одиночества, а возможно бессознательное жажда противоположного пола. Но Уис, она явно что-то скрывала. У Макса мелькнула мысль, что это возможно сама Уис, но он тут же отмел эту несостоятельную идею, так как физического способа материализоваться ей в настоящего человека он не видел. Он припомнил случай со станцией «Солярис», где экипаж столкнулся с фантомами рожденными планетой и у него пробежал мороз по коже. Там все закончилось очень плохо.

А вообще он заметил, что Уис после этого события стала какой-то рассеянной, иногда отвечала невпопад или игнорировала его вопросы, раздражая его и без того находящегося во взвинченном состоянии. В конце концов, она вывела его из себя и он, не стесняясь в выражениях, отчитал ее, пригрозив перезагрузить. Уис надолго замолчала, не отвечая на его обращения лишь выдавая странные звуки, очень подозрительно смахивающие на короткие всхлипы. Макс успокоился, но чувствовал себя несколько виноватым, корил себя за несдержанность и решил пойти на примирение.

— Уис, ну будет тебе, я не хотел тебя обидеть, — промямлил он, — пойми, я нахожусь в крайне затруднительном положении. С одной стороны я понимаю, что на корабле никого нет, но с другой стороны мне не дает покоя сегодняшнее происшествие.

— Это не даёт вам командир права так разговаривать со мной, — обиженно ответила Уис, снова издав звук, похожий на всхлип.

Макс виновато улыбнулся кривой улыбкой. Представляя, как глупо он сейчас выглядит.

— Прости Уис, я не сдержался. Я не хотел. Даю тебе слово, это больше не повторится.

«Что за чертовщина!?», — одновременно подумал он, — «я прошу прощения у свихнувшейся машины. Хотя с другой стороны у меня сейчас нет выбора, она единственное существо с которым я могу сносно общаться, если бы она не изменилась, я бы сейчас точно сошёл с ума. Взял бы волейбольный мяч из спортзала, нарисовал ему глаза, рот и сидел бы вел с ним беседы о злоключениях своей жизни».

Уис ещё некоторое время «дулась» на него, как назвал Макс её демонстративное молчание. А потом общалась с ним, как ни в чем не бывало. Он только успевал удивляться тому факту — где она смогла нахвататься всех этих характерных женских штучек. Особенно его забавляло ее попытка умело манипулировать им, эксплуатируя чувство вины.

Перед сном он уже по своему обыкновению решил пропустить стаканчик другой, но Уис твёрдо напомнила ему, его сегодняшней всплеск несдержанности, и начала заводить тему того, что он может впасть в алкогольную зависимость, что естественно очень вредно и опасно в их ситуации. Но Макс решил не уступать и отвоевать себе право «вечернего расслабляющего стакана», как он уже успел окрестить данное мероприятие, подведя, таким образом, под него, некую расплывчатую идеологическую основу.

«Черт, побери, если так дальше пойдёт я стану первым подкаблучником у Управляющей Интеллектуальной Системы».

Мысль его немного развеселила и он расслабился.

Но ночью, по бортовому времени, толи во сне, толи наяву, так как Макс уже не мог адекватно констатировать, происходящие события, он снова занимался сексом с той обворожительной девушкой. Он готов был поклясться, что это было реально. Он пытался ухватить ее за руку, притянуть, оставить ее с собой, удержать в своих объятьях, но снова просыпался один посреди измятой постели. И опять находил «волосы», пятна и другие факты ее существования. И ему уже стало не до смеха. Уис «с утра», как это уже повелось в таких случаях, находилась в немного рассеянном состоянии, нарушая четкость выполнения его приказов, но очень живо и радостно «щебетала» на разные темы, готовила ему превосходные завтраки. В тоже время Макс начал все больше и больше подозревать, что именно Уис имеет непосредственное отношение к ночным визитам.

Однажды ночью он проснулся от сильного толчка и едва не свалился с постели. Девушка не пришла. Космический корабль чрезвычайно сильно тряхнуло, по всему корпусу прошел волной, жуткий грохот и пугающий треск, словно кто-то скручивал его гигантскими руками. Еще секунда и он разорвется в клочья. Макс увидел, как протуберанец невероятно больших размеров вытянулся далеко от синей звезды, оторвался, и, расплываясь рваными краями, медленно уходил в пространство. На корабле сработала защита от высокоэнергетических частиц. Выброс с поверхности звезды был настолько сильным, что защита работала на переделе своих пиковых возможностей. Космический корабль трясло ещё очень долго, пока сгусток плазмы окончательно не ушёл в чёрную пустоту космоса. Макс заворожённо смотрел ему в след, и даже не сообразил сразу, что кто-то, а не он, командир космического корабля, увёл его на безопасную траекторию. Он побежал в рубку, спотыкаясь и падая. В рубке автоматическая корректировочная система выдавала на экран данные о новой траектории, Макс быстро просмотрел эти данные.

«Чертовски хорошая работа», — отметил он про себя, — «ещё чуть, чуть и нас бы размазало этим синим плевком по всей галактике».

Мурашки пробежали у него по спине, и перехватило дыхание. Уис не слышно. Она даже не разбудила его, не включила сирену.

— Уис, — позвал Макс, — ты где? Ты в порядке?

— Да командир, — отозвалась она, медленно растягивая слова, словно говорил смертельно уставший или больной человек.

— Что с тобой? — спросил Макс.

— Все хорошо Макс, — сказала она, нарушив, установленные им раннее правила субординации, — ты в безопасности, а это главное.

Остаток ночи он провел, беспокойно подремывая в командирском кресле, в рубке управления космическим кораблем. Уис сначала односложно отвечала на его обращения, потом замолчала совсем. Макс начал беспокоится — слишком долго длилось это молчание, мысль о том, что он может её потерять стала невыносима. Чтобы как-то отвлечься, он включил записи с камер наблюдения и неожиданно для себя увидел недостающие ранее кадры. Девушка на них всегда появлялась в движении, как будто уже шла откуда-то, но так что не представлялось возможным отследить, где она появилась, откуда она пришла, как он не старался, как не пытался, проследить её по камерам. Он оставил эти тщетные попытки и перешел к главному — активировал увеличение, чтобы увидеть ее лицо. Запустил компьютерную программу восстановления изображения попиксельно.

От сделанного открытия у Макса перехватило дыхание то, что он увидел, противоречило всему, что происходило раньше — на изображении Анастасия Дрозд бортинженер сомнолог.

Макс почувствовал, как по всему телу, от макушки до кончиков пальцев ног, прошла холодная волна, словно кровь остановилась в венах и сосудах. Он ударил сжатыми в кулаки руками по приборной доске и вскочил.

— Уис! — рычащим от ярости голосом завопил он, — ах, ты проклятая машина! Я знал, знал, что это ты удаляла все кадры из видеозаписей. Как ты могла!? Я верил тебе!

Но Уис молчала, уже много часов и ничего ему не ответила. Макс рванул, что есть духу к отсеку с капсулами гиперсна. От нетерпения он изо всех сил, наотмашь, до боли в суставах, лупил руками по медленно отъезжающей двери отсека. И когда уже появилась возможность протиснуться в открывшуюся щель, достаточно чтобы попасть внутрь, он не дожидаясь, больно обдирая об острое железо грудь, ввалился в отсек. Отсек, где миллион лет назад он «проводил» в состояние гиперсна Анастасию Дрозд. Он бросился к ее капсуле, обхватил большое выпуклое стекло, которое надёжно защищало внутренне пространство капсулы, но сразу же, с горестным криком, отпрянул назад. Тёмные провалы высохших глазниц такие же, как и показала их ему Уис. Костяная подкова нижней челюсти, съехавшая вниз, делая высохшее лицо смеющейся жуткой маской смерти и разрушения.

Макс бессильно опустился на колени перед капсулой, уперся лбом в стекло и зарыдал. Потом немного придя в себя, повернулся, сел, откинувшись на неё спиной. В пустом взгляде застыл не вырвавшийся из души крик боли, вызванный неизбежной реальностью и окончательной потерей надежды. По его щекам продолжали течь слезы отчаянья. Ему казалось, что он попал в бесконечный сюрреалистический лабиринт обмана, где все входы и выходы соединены в один бесконечный коридор. Стенки, потолки, которого закручиваются в одну бесконечную ленту Мебиуса. Все начиная от времени проведенного им самим в капсуле гиперсна до образа девушки приходившей к нему практически каждую ночь, представлялось одним фантомом злого вымысла. И самое ужасное было в том, что он даже не представлял себе, что делать дальше. Его душа проваливалась в бездонную пустоту, где ему предстояло исчезнуть навсегда.