— Ничего не нужно, Ирий… Я уйду. Растаю через шесть минут.
Он хмыкнул:
— Забыла? Я перемещусь вместе с тобой.
Черт бы его подрал!
— Отпусти! — я отчаянно завертелась в крепких объятьях. — Я пришла сюда попрощаться! Пришла, потому что мне стало жалко тебя, ясно?!
Хватка ослабла. Я замерла, уставилась на трещину, что пересекала приборную панель. Нет, не посмотрю в голубые глаза. Потому что не смогу говорить…
— От тебя у меня одни неприятности. Из-за тебя моя жизнь разрушена. Я едва не лишилась способностей. И у тебя хватает наглости говорить «не отпущу»? Если хоть немного любишь, дай уйти. Нам по отдельности лучше будет, как ты не понимаешь? Тем более я все равно улечу жить на другую планету. Ради тебя я не останусь!
Ирий разжал объятья, отстранился — и по моей спине заскреб холод. Я обхватила себя руками, отворачиваясь. По щекам скользнули слезы. Адских усилий стоило окончательно не разрыдаться.
— Ты ведь ни разу не была там, куда мечтаешь улететь жить. Вдруг там окажется все не так, как ты представляешь. Не боишься разочароваться?
Зацепился за мою мечту, лишь бы побольнее кольнуть? Сволочь. Я процедила:
— В тебе я уже разочаровалась.
— Разве ты имела по поводу меня завышенные ожидания? Что я сделал не так?
— Неважно. Наш разговор ничего не изменит. Открой багажник.
К удивлению, он нажал на кнопку — и за спиной мягко щелкнуло. Пока я не передумала уходить, выскочила из машины, вытянула из багажника рюкзак и смартфон и быстро зашагала прочь, в ближайший темный закоулок, откуда перенесусь за километры отсюда.
По отдельности нам будет лучше. Да. Он даже не допустил такой вариант, чтобы улететь со мной, а начал принижать мою мечту.
А если бы допустил? Если бы предложил улететь вместе? Я бы согласилась? Возможно. Поэтому выскочила из машины, как ужаленная? Убегала от слов, которые могли прозвучать…
— Почему лицо такое печальное? — осведомился Келлан, сканируя дома рюкзак на наличие жучков. — Уже соскучилась по нему?
— Ничего не будет. — Я оперлась бедрами о стол и сложила руки на груди. — Мы распрощались. Надеюсь, навсегда.
— А как же продажа информации? После концерта мы будем деньги лопатой грести. Говорят, отрывки выступлений попали даже в межпланетную сеть. Представь, выйдем на всемирный рынок. — Келлан выровнялся и криво ухмыльнулся, складывая свое устройство.
— Нет, все хватит. Я сегодня умерла. И вместе с этим прекращаю следить за этими дурацкими звездами.
— Мы с тобой договорились, что будем добывать деньги до победного!
— У меня появилась работка получше. — Я вкратце поведала разговор с Йеруном Нордли. И добавила: — Не знаю, какая меня ждет зарплата, но, вполне возможно, солидная.
— Как потом собираешься слинять от него?
— Время есть. Придумаю.
Дух, к сожалению, идей не подкинул. Обещал «придумаем», а на деле не уточнил, когда думать начнем. Радует то, что не смешал с пухом и не закопал под тополем за мою жуткую оплошность.
— Не планируешь развести детектива на адрес своего отца? Вдруг он миллиардер, живет на другой планете и не подозревает, что у него имеется красавица-дочурка?
— Думаешь, я настолько везучая? — качая головой, я направилась прочь из кабинета на кухню. За прошедшие сутки, пока я развлекалась с Ирием, потом торчала в камере, Келлан обустроил новую квартиру, потратив немного денег из отложенных. Адрес оставил еще вчера, когда мы ждали Ирия у меня на съемной халупе. Надо бы смотаться туда и забрать вещи, но тут, оказывается, на кухне появился мольберт и краски.
Рисовать я училась сама, по книжкам, с завистью смотря на одноклассников, которым родители разрешали ходить на кружок по рисованию.
«Зачем марать зря бумагу, в жизни не пригодится!» — тявкал дед. Рисунки мои выбрасывались, как бы хорошо я их ни прятала. Позже начала относить художества в тайник, спрятанный в тополином лесу. Однажды рискнула поучаствовать в конкурсе — дед, зараза, прознал об этом за день до оглашения результатов и заставил забрать работу.
Еще за неделю до оглашения результатов я случайно пересеклась с членом жюри и мне по секрету сказали, что моя работа потрясающая и, вполне возможно, выиграет.