— Вот и я так думаю, — согласился я и немного помолчал, а потом спросил: — И что, по-твоему, мне следует сделать, Джозефина?
Моя подопечная искренне изумилась:
— Вы спрашиваете мое мнение, сэр?
— Да.
Девушка в нерешительности помолчала, а потом сказала:
— Я бы действовала осторожно, сэр. Потихоньку-помаленьку.
— Да, пожалуй, ты права, — улыбнулся я. — Скажи, Джозефина, а ты скоро снова встретишься с Брауном?
Служанка покраснела:
— Если вы не против, сэр, в следующее воскресенье он опять пригласил меня на прогулку.
— Если не возражаешь ты, то не возражаю и я.
— Спасибо, сэр.
— Если мне не изменяет память, ты познакомилась с ним на майских гуляньях в Линкольнс-Инн-филдс?
— Да. Агнесса уговорила меня пойти с ней и надеть небольшой венок, который она сплела. Мастер Браун стоял рядом и сказал, что это очень мило. Спросил, где мы работаем, и, когда узнал, что у адвоката, сказал, что тоже служит у юриста. А потом оказалось, что вы знаете его хозяина.
— Мир тесен, а мир юриспруденции особенно. В любом случае хорошо завести новых друзей. — Я подумал о Филиппе Коулсвине. Можно ли считать его другом? Пожалуй. — Наверное, мастер Браун — первый молодой человек, с которым ты выходила гулять? — ласково спросил я.
Моя собеседница потупилась:
— Да, сэр. Отец не хотел, чтобы я…
— Понятно. — Возникло неловкое молчание, а затем я промолвил: — Не сомневайся, Джозефина, ты ведешь себя как леди — вот все, что я могу сказать. Думаю, тебе это нетрудно.
Девушка улыбнулась, показав белые зубы.
— Мастер Браун тоже держится как истинный джентльмен, — ответила она и быстро добавила: — Ваше одобрение очень важно для меня, сэр.
Мы немного постояли в некотором смущении, а потом я продолжил разговор:
— Вижу, ты хорошо ладишь с Агнессой.
— О да, — живо отозвалась служанка. — Она говорит мне, как лучше одеваться. Знаете, раньше мне не с кем было насчет этого посоветоваться.
— Она добрая женщина. А Мартин, я полагаю, не ходит с вами на прогулку?
Служанка наморщила нос:
— Нет, сэр. Он считает такое времяпрепровождение глупым.
— Но он хорошо с тобой обращается?
Лицо девушки омрачилось, и она не ответила.
Я осторожно надавил на нее:
— Джозефина, у меня такое чувство, что между тобой и Мартином присутствует какая-то… неловкость, что ли.
Она положила тряпку на стол, а потом набрала в грудь побольше воздуха и подняла голову: