— Уже не первый раз ваш хозяин приводит Джека Барака сюда, чтобы после рассказывать про несчастный случай. И сам Джек тоже как-то приводил раненого Мэтью, — строгим тоном проговорил Малтон, после чего Николас посмотрел на меня с новым уважением.
— Ничего, если я оставлю их у тебя, Гай? — спросил я. — Прошу прощения, но у меня сегодня важная встреча, и я боюсь опоздать.
По пути к Малтону я увидел, что стрелка церковных часов показывает двенадцать.
Врач кивнул:
— Но если можно — на пару слов, Мэтью. Выйдем. — Он сжал губы, и его смуглое лицо выглядело сердитым и озабоченным.
За дверью Малтон тихо сказал, качая головой:
— Значит, никакие грабители на вас не нападали. Снова ты приводишь ко мне Джека после опасной стычки. Он женатый человек, у него маленький ребенок, и Тамазин ждет второго. А теперь еще и этот юноша…
— Я расследую убийство, — ответил я. — Двое негодяев до смерти забили дубинами невинных людей. Их случайно увидел в трактире свидетель и сообщил мне в Линкольнс-Инн. Это был шанс — возможно, единственный шанс — схватить их. Джек и Николас знали об опасности.
— И вы поймали этих убийц?
Я сердито покачал головой:
— Нет, они оказались опытными бойцами и вырвались.
— Мэтью, — вздохнул Гай, — ты всегда стремишься к опасности. И тянешь за собой этого юношу и Барака… Джек уже не молод и привык к более спокойной жизни.
Я провел рукой по лбу:
— Знаю, знаю. Но не мог же я упустить возможность отдать двух злодеев в руки правосудия. — Я с вызовом посмотрел на старого друга. — И не позволить им больше убивать.
— В прошлый раз ты намекал, что впутался во что-то секретное, подробности чего знать опасно.
— Да.
Медик кивнул в сторону кабинета:
— А Джек и этот юноша знают детали?
Я покачал головой.
— Тогда ты не должен был их во все это втягивать, — сказал Гай. — Извини, но я так думаю. — Он пристально посмотрел на меня. — Это имеет какое-то отношение к королеве?
— Почему ты спрашиваешь?
— Вижу по твоему лицу, что имеет. Знаю, ты питаешь к ней непомерную привязанность. Я замечал, как ты печалился в последние месяцы, беспокоился, что ее величество страдает. Но ты не должен из-за этого подвергать опасности себя, а уж тем более тех, кто на тебя работает.
— Интересно, почему? — резко ответил я. — Потому что ты считаешь ее еретичкой?
— Нет, — возразил Малтон, — потому что она королева, а, как справедливо заметил Уайетт, «вокруг тронов всегда слышны раскаты грома». Определенно поэт имел в виду трон нашего короля, — добавил он с горечью.
Я промолчал.
— А тот человек, о котором ты спрашивал, итальянец Гуерино Бертано, он тоже имеет к этому отношение? — спросил врач.
Я вспомнил, что Дэниелс и Кардмейкер тоже упоминали его в трактире, и серьезно ответил:
— Не произноси этого имени, Гай, раз уж ты так ценишь свою безопасность.
Мой друг криво усмехнулся:
— Видишь, ты даже меня косвенно впутал во всю эту историю. Подумай о моих словах, Мэтью. Мне не хочется снова лечить Барака и Николаса от чего-нибудь пострашнее. И тебя тоже, — добавил медик уже мягче.