В промежность ударило молнией. Судорожно всхлипнула. Трэвис опустился к шее и повёл языком до моей груди. Его ладонь начала подниматься от бедра к талии. Касание было мягким, ласкающим. Губами обхватил мой сосок, и я еле слышно вскрикнула от неожиданности и приятных ощущений.
— Умничка, громче, — прошептал он, и провёл языком по соску, который вмиг напрягся под его ласками. Спина непроизвольно выгнулась, и я тихо застонала.
— Боже, какая же ты чуткая, — хрипло прошептал он и провёл кончиком языка вокруг соска.
Мурашки вновь пронеслись табуном. Трэвис перешёл ко второму соску и повторил. Сначала нежный поцелуй, потом касание языком. Со стоном сильнее выгнулась ему навстречу.
— Громче, — прохрипел он и нежно прикусил за сосок.
Меня затрясло, схватилась за покрывало и застонала.
— Твою ж мать… Волчонок… — пробормотал он, всосав в себя сосок.
— Господи… — еле слышно прошептала я.
Трэвис дорожкой поцелуев спустился к низу живота. Стало щекотно и я начала извиваться под его губами, но он не останавливался. Я почувствовала его горячее дыхание на моих трусиках и напряглась. В темноте казалось, что он был везде. Он успевал погладить, пощекотать, поцеловать, поласкать каждый участок моего тела, куда мог дотянуться. Его ладони гуляли от ступней до талии, пока он целовал внутреннюю поверхность бедра. Я потерялась в этих ощущениях, словно начала сходить с ума. Внезапно он поцеловал влагалище сквозь трусики, и я вздрогнула.
— Джойс, ты так остро на всё реагируешь, — тихо произнёс он.
— Это плохо? — еле проблеяла я, не в силах сосредоточиться.
— Это охрененно, — зацепив пальцами мои трусики, быстро снял их. — Это мечта любого парня, быть с такой девушкой, — его горячее дыхание обожгло моё самое сокровенное и невинное место.
В следующий миг его губы коснулись меня. От градуса ощущений меня подкинуло и громкий стон сорвался с моих губ.
— Твою ж мать… — прорычал Трэвис и, обхватив мои половые губы своим ртом, начал целовать.
Целовать так, словно он ел сочный и спелый фрукт. В этот момент я отдалась ощущениям, отпустив свои страхи. Я ему доверилась абсолютно. Я ему поверила. Мне не было страшно, мне впервые в жизни было так хорошо. Трэвис, казалось, сам упивался происходящим. Он начал поочерёдно посасывать половые губы, потом провёл по ним языком. А потом он опустился губами на клитор и остатки мыслей напрочь вылетели из моей головы.
— О-о-о… Господи боже… — простонала я.
— Волчонок… Какая же ты удивительная… — каким-то странным голосом произнёс Трэвис. То ли обречённым, то ли возбуждённым.
Он посасывал клитор, чередуя с лаской языком. Под его напором я немного приподняла бёдра навстречу, и он моментально прижал их ближе к себе, впившись своими губами в меня. Мне казалось, он не хотел отрываться от меня. Его пальцы присоединились ко рту и начали нежно ласкать меня, водя вверх-вниз по губам. Затем он надавил и вошёл одним пальцем в меня. Я напрягалась и вскрикнула, сжав мышцы.
— Больно? — обеспокоено спросил он, резко остановившись.
— Неожиданно. Я никогда такого не испытывала, — пробормотала я, привыкая к ощущениям.
— Волчонок, ответь мне, в тебе вообще никого не было? — хрипло спросил он, не шевеля пальцем.
— Никого.
— А сама ласкала себя? — ещё тише спросил он.
— Нет, — призналась ему, и он громко застонал.
— Это ты сейчас зря сказала, — тихо засмеялся он. — Я с тебя не слезу сегодня ночью.
— Я совсем неопытная, — пробормотала я, ощутив стыд и сильнее напрягла мышцы.
— Джойс, если бы на месте моего пальца сейчас был член, то, клянусь, я бы уже кончил от того, как ты сжимаешь свои мышцы, — прохрипел он. — Но пока его там нет, расслабься. Я буду аккуратным, обещаю. Расслабься, — поцеловал мой клитор, и я немного расслабила мышцы. — Умничка. Не думай ни о чём, — вновь всосал мой клитор и пошевелил пальцем внутри меня.
От этих ласк голова пошла кругом. Он начал водить пальцем, усилив нажим на клитор. Я вновь улетела куда-то, застонав. Тогда он вышел и ввёл медленно и аккуратно уже два пальца, не переставая посасывать клитор. Внизу живота словно пружина сжалась, а пальцы на ногах начало покалывать. Подалась бёдрами навстречу и Трэвис начал быстрее входить в меня, не выпуская клитор из плена своих губ и языка. Пружина сжималась всё сильнее, мне казалось, я парю или летаю. Казалось, что в жилах у меня вместо крови, шампанское с лопающимися пузырьками. Мне было горячо, щекотно, приятно, невозможно хорошо. Я была на грани эйфории. Что-то происходило с моим телом, словно нагнетало тучи перед разрядом молнии. Я потеряла связь с реальностью и металась по кровати, пока он страстно ласкал меня.
— Трэвис, — простонала я, почувствовав мощную вспышку внизу живота и пульсацию в клиторе.
Меня подкинуло и начало трясти. Я не соображала, что творю и где нахожусь.