Меж двух миров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Они углубились в самое чрево лагеря и дошли до торговой улицы, которую добровольцы из гуманитарных обществ называли Елисейскими Полями. Усман взял на себя роль гида:

— Здесь базар, но раз ты уже исходил «Джунгли» вдоль и поперек, ты должен это знать. Тут ты можешь купить все. Если у тебя есть деньги, ты не будешь нуждаться ни в чем. У тебя есть деньги?

Адам инстинктивно сложил руки на животе, чтобы ощутить под футболкой припухлость поясной сумки. С паспортом и деньгами. Он никогда с ней не расставался.

— Да так, пустяк, — ответил он.

— Пустяк — это кому как. Пустяк — это кое-что. Я знаю, что у тебя есть деньги, ведь ты только что прибыл. Как и все, для этого путешествия ты продал все свое имущество и бережешь деньги, чтобы было чем оплатить переход в Юке, если это то, чего ты хочешь. Но ты должен всегда отвечать «нет». «Нет, у меня нет денег». Иначе к тебе придут с ночным визитом. Понимаешь, о чем я? Во всяком случае, как ты понял, кормежка бесплатная.

Мысль сменить рацион Адаму понравилась, потому что индийские хлебцы ему уже поднадоели. Прямо посреди базара на Елисейских Полях Усман внезапно остановился.

— Центр Джальфари находится в самом конце «Джунглей», рядом с поселением для женщин. Там ты найдешь пункт подзарядки. Это лачуга с двумя десятками электрических розеток, питающихся от генератора. Там ты можешь зарядить свой мобильник. Предупреждаю, надо запастись терпением. Здесь у всех есть мобильники, это наша единственная связь со страной, так что ты увидишь, что двадцать розеток — это мало. Также в центре Джальфари происходит официальная раздача еды, но соваться туда не надо. Мы часами ждем в очереди, и нас избивают афганцы, которые считают нас низшей расой и проходят перед нами, чтобы их обслужили первыми. С афганцами ты должен быть осторожным. Они не хуже остальных, но их здесь больше всего, и они стараются наводить свои порядки. Это естественно. Это способ выживания. Мы все превращаемся в чудовищ, когда История дает нам такую возможность. Нам удается даже найти врагов среди собственных братьев. У тебя в Сирии есть Алеппо, у меня в Судане — Бентиу и Дарфур.

Усман ткнул пальцем в две очереди, каждая примерно по сотне человек:

— Если вернуться к вопросу питания, тебе подойдет «Кале Китчен» в том синем прицепе и «Бельгиум Китчен» сразу за ним, в автобусе без колес. Два раза в день, и иногда это почти вкусно. Но мы, суданцы, предпочитаем ходить в ассоциацию «Салаам», чтобы получить коробки с продуктами. Стряпня занимает нас в течение дня. Очень важно быть занятым.

Они пошли по песчаной тропе, много раз свернули в разные стороны, и Адам уже утратил способность ориентироваться в пространстве. Обойдя хибару из деревянных поддонов, они оказались в поселении, насчитывающем с десяток палаток, стоящих вокруг большого, обложенного камнями костра.

— Добро пожаловать к суданцам, мой друг. Сейчас я тебя со всеми познакомлю, и ты сможешь приходить сюда, когда захочешь. А можешь и поселиться с нами. Оставаться одному не слишком надежно, вдобавок это вынуждает тебя постоянно таскать на спине рюкзак, чтобы тебя не обокрали. Ты же не черепаха, Адам.

— Я предпочитаю находиться поближе ко входу. Когда они приедут, они обязательно пройдут там.

Усман подошел к костру, рядом с которым парнишка раскладывал табак и индийскую коноплю на длинный лист для самокруток. На углях кипятился чайник.

— Чай или гашиш? — предложил суданец.

— Мне это не доставит удовольствия. Я не должен прекращать поиски.

— Значит, ты один из немногих, кому днем есть чем заняться. Очень хорошо, это позволит тебе не сойти с ума. Здесь их много, сумасшедших. Из-за того, что они пережили, видели, потеряли. Их единственное дело — это по ночам искать грузовик для переезда в Англию. А днем они жуют свою жвачку, как коровы.

— У меня впечатление, что тебя это не касается. Ты оставил мысль пересечь Ла-Манш?

— Я пытался двадцать шесть раз, и двадцать четыре раза меня задерживала полиция. На двадцать пятый меня унюхали собаки таможенников прямо перед тем, как грузовик был поставлен на корабль. На двадцать шестой я видел, как моего родственника протащило метров пятьдесят под колесами большегруза. Он умер у меня на руках. Понимаешь, это очень опасно. Тогда я подал прошение об убежище во Франции. Существует «Legal Center» с двумя парижскими адвокатами, которые приезжают раз в неделю, чтобы помочь нам оформить наши дела. Если хочешь, я тебя с ними познакомлю.

И как если бы он только что рассказал банальную историю, Усман перешел к другой теме. Он подозвал одного из соотечественников и прошептал что-то ему на ухо. Минуты не прошло, как тот принес упаковку мыла, тюбик зубной пасты и зубную щетку, а также бритву и наполовину наполненную шампунем бутылочку из-под воды.

— Еще тебе понадобится мачете. Они есть у всех. Или нож. Чтобы рубить дерево, резать веревки и — как знать — защищаться.

— Я не собираюсь наживать себе неприятности.

Адам протянул руку, Усман с улыбкой посмотрел на нее и крепко пожал. Как другу. Его поступок удивил Адама, и он немного напрягся.

— Теперь ты знаешь, где меня найти, а сейчас меня ждет чай. И если ты захочешь к нам присоединиться, мы ужинаем в девять вечера по Jungle time[38].

— Jungle time?

— Начиная с девяти и до позднего вечера.

Поскольку в течение дня делать здесь было совершенно нечего, понятие пунктуальности растягивалось, как резинка. Адам уходил из лагеря, испытывая к Усману чувство признательности.

Однако каждая вещь имеет свою цену, а потому он сказал себе, что этого стоит опасаться.

Часть третья

Выстоять

18

Темнота быстро окутала «Джунгли», и только слабое сияние от умирающего отсвета костров висело над дюнами. Адам собрал свои вещи, засунул их в палатку и закрыл вход на молнию. Он раз сто покрутил рукоятку светодиодного фонарика, что позволило на десяток минут погрузиться в глаза жены и дочери на совсем измятой фотографии. У него появилось желание помолиться за них, но он вспомнил о телах всех невиновных людей там, в ангаре, о пытках, о войне, о бойнях. С какой стати Богу специально заботиться о нем?

[38] Время джунглей (англ.).