Я сижу в обнимку с чертовыми розами и реву.
Почему он не знает, что я не люблю розы? Почему он не знает, что я терпеть не могу вообще желтые цветы?
Может, потому, что я сама не даю ему шанса узнать меня чуть получше?
Сколько его «поговори со мной, сирена» я проигнорировала?
Сколько его «не засыпай, давай поболтаем» проспала?
Сколько его «о чем ты думаешь сейчас?» заткнула поцелуем?
А теперь сижу и реву из-за того, что мы друг друга совершенно не знаем.
Хотя нет. Кое-что я все же знаю о нем точно. Возможно, лучше, чем кто бы то ни был.
Я знаю, как громко колотится его сердце под моей ладонью.
Знаю, как заполошно пульсирует синяя венка на виске, когда я тянусь к нему поцелуем.
Знаю, как моментально покрывается мурашками его кожа, когда слегка прикусываю плоский коричневый сосок.
Знаю, как он гортанно стонет, когда я облизываю головку его члена.
Знаю и… люблю.
Люблю сама стонать и выгибаться в его руках.
Люблю задавать темп и лишь строго шептать «тш-ш-ш» на его попытку ускориться.
Люблю запах нашей общей страсти и крики-всхлипы-рыки в унисон.
Люблю и... хочу.
Хочу засыпать в его объятиях и просыпаться, оплетенная его ногами и руками.
Хочу видеть свое отражение в его глазах цвета штормового неба.
Хочу вдыхать его неповторимый аромат, от которого кружится моя бедная голова.
Хочу знать, что он любит меня.
Но не готова ответить тем же.
Эти прекрасные желтые розы в моих руках не виноваты в том, что когда-то, давным-давно, мою первую, несмелую и трепетную влюбленность, готовую сорваться с губ признанием в любви, грубо осадили гадкими словами.
«Может, тебя отпи*дить, чтобы не крутилась под ногами, малолетка?»
Я пережила презрение того, в кого была столь глупо романтично влюблена. Просто стала аккуратнее с признаниями в чувствах кому бы то ни было.
Эти прекрасные желтые розы в моих руках не виноваты в том, что семена идеологии недолюбленного когда-то кем-то секс-гуру Володи легли в благодатную почву.
— Запомните раз и навсегда: элементарный инстинкт размножения успешно монетизирировали те, кто придумал называть его любовью и приписал этому понятию несуществующие в животном мире чувства и эмоции.
Я пережила предательство того, чьим словам слепо доверяла. Просто стала избирательнее в выборе друзей и учителей.
И да, можно сколько угодно говорить о том, что с тех пор прошло достаточно времени, что за это время я должна была давным-давно сама полюбить себя, но…
Вы думаете, я не знаю о тараканах, прочно поселившихся в моей голове?