— Он был жив?
— Нет. Когда Синдзи достали из Евы, он уже не дышал… Но машину он посадил, — добавила зачем-то майор.
«Заткнитесь. Вы же не Акаги!»
Аска не понимала себя: все вокруг идиоты. И чертов командующий, который вместо эвакуации и N^2-удара выставил против Ангела одну Еву. И эта майор, которая так ничего и не предприняла. И болван Синдзи, который все сделал правильно, и потому погиб.
«Все идиоты, почему тогда больно мне?»
Аска ненавидела Рей. После прощания с ней, после всего-всего пришла наконец самая настоящая жгучая ненависть.
«Это она убила Синдзи. Если бы я не бегала с ней по горам и отчужденным землям, если бы моя Ева не валялась на земле, я бы…»
Мисато-сан еще бубнила, как-то по-бабски врала, что Синдзи умер мгновенно — как будто это что-то значило — а Аска все пыталась себя накрутить, как встарь: как когда надо было отбить парня, когда надо было доказать, что она лучшая, пробежать стометровку быстрее всех, пройти три круга в полной выкладке.
«Я ее ненавижу».
Больше нет этого вечно извиняющегося обормота, этого ведущего-ведомого, которому надо подтирать слюни. От этой мысли першило в носу и чесалось в глазах. Годы практики, годы общения с ним убеждали: он проиграл, потому что на самом деле он плохой пилот, ценный только своей дотошностью и точностью. И ведь все логично: такой просто не мог не погибнуть, когда рядом не стало великолепной напарницы.
«Он погиб, потому что меня не было рядом».
Аска доковырялась до земли, и теперь пыталась понять, почему от доказательства правоты так сильно болит. Хотелось убедить себя, что все дело в человечности: мол, не должно быть подтверждения своей правоты такой ценой. Хотелось вернуться в горы, выследить и убить мерзкую красноглазку.
Она подняла глаза и поняла, что фарс лучше закончить, прежде чем ее разорвало на куски от непонятных ощущений.
— Кацураги-сан, я все поняла, спасибо.
Мисато замолчала на полуслове.
— Ммм… Сорью?
— Я все поняла. Он погиб, как солдат. Потому что NERV больше ничего не мог противопоставить врагу. Синдзи выполнил свой долг, и я горжусь его поступком.
Майор замерла и прищурилась, а на ее лице непонимание сменилось неприятием.
— Послушай, Аска…
— Да, Кацураги-сан?
— Это что сейчас такое было?
Аска наклонила голову: «Она тоже идиотка».
— А что вы хотели? Мое официальное мнение. Если неофициально, то он болван, который не смог справиться без мамочки. Так лучше?
— Этот болван, умирая, сохранил машину. А ты жива, зато угробила свою.
Аска оглянулась на голос. Как и следовало ожидать, это просто проходила мимо старший инженер Акаги — с неизменной папиросой, с неизменной скукой на лице и лэптопом под мышкой. За лэптопом по золе волочился длинный кабель. Капитан уже открыла было рот, чтобы выкрикнуть в ответ что-то обидное и ругательное, но поняла, что нельзя спорить с человеком, который просто высказался и уходит, потому что у него дела.
— Это ерунда, Аска, — сказала тем временем Мисато. — А вот не ерунда то, что Синдзи…
— Дороговата ерунда, майор Кацураги.
Подошедшего человека Аска не знала, зато женщина поджала губы и смотрела на него со смесью настороженности и неприязни. Мужчина средних лет был одет в длинный плащ и отличался от солдат не только формой, но и своеобразной прической.
— Главный инспектор Кадзи, — слегка поклонился мужчина и расстегнул пуговицу на френче. Капитан только сейчас обратила внимание на его странную форму и распознала одежду крысы-особиста. — Жарко что-то. Вы здесь закончили?
— Я общаюсь со своей подчиненной, господин инспектор, — тяжело сказала Кацураги.