Кавано поймал себя на том, что машинально считает пассажиров, спускающихся по трапу. Их было двадцать семь; почти столько же ждало посадки. Обычное число желающих совершить вечернее плавание на остров Пуэрто Симоне в середине недели, как выяснил путем осторожных расспросов Колхин. Кавано предпочел бы толпу побольше, но даже по выходным на паром садилось мало народу. Только в праздники или дни каких-нибудь важных событий на острове собиралось много старателей.
Его легко ткнули локтем в бок, и он повернулся к Колхину, который смотрел вправо.
— У нас компания, — шепнул телохранитель.
Кавано проследил за его взглядом. В свете тусклых фонарей прямо к ним шел широкоплечий авуирли.
— Это?..
— Несомненно, — подтвердил Колхин, помахав рукой в авуирлийском приветствии. — Здравствуйте, моу саб Пилтариаб.
— Привет и вам, моу саб Плекс, — ответил Пилтариаб. — Так и думал, что это вы с моу саб Стимером. Плывете на остров нынче вечером?
— Да, — ответил Колхин. — И вы тоже?
— Воистину так, — кивнул Пилтариаб. Кавано принюхался, но запах отработанного двигателем парома топлива совершенно перебивал более тонкие авуирлийские ароматы. — Жаль, моу саб Плекс, что мои старатели остались без вашей свежей дичи. Вот и приходится покупать еду на острове.
— Печально это слышать, — проговорил Колхин. — Хотя, конечно, островная еда куда вкуснее любой дичи.
— Вкуснее, но и дороже, — вздохнул Пилтариаб, мгновенно перекрыв чад ароматом сирени и перца. — Не могу не согласиться с вами, моу саб Плекс. Но для нашего начальника стоимость пропитания значит много. Да будет мне позволено сказать, он больше всех расстроен вашим отъездом.
— Печально это слышать, — повторил Колхин. — Хотя, даже если бы мы и не расстались три дня назад, нам все равно пришлось бы сейчас сделать это. Моу саб Стимер повредил руку, и нам нужна квалифицированная медицинская помощь.
— Неужто? — обеспокоился Пилтариаб. — Как же так вышло?
— Я всего лишь вывихнул запястье, — солгал Кавано, приподнимая левую руку правой. — Это пустяк. Но моу саб Плекс настаивает, чтобы мы обратились к врачу.
— Хм-м. — Пилтариаб подошел ближе к Кавано, чтобы осмотреть его руку, и распространил вокруг себя мускусный запах. — Ничего такого не вижу.
— Это сустав, под кожей. — Кавано поморщился ради пущего правдоподобия. — Человеческая кожа не меняет свой вид над внутренними повреждениями.
— О да, конечно. — Пилтариаб отступил. — Надеюсь, вы найдете исцеление, моу саб Стимер.
— Я уверен, что все будет в порядке, — заверил его Колхин. — Значит, продадите сок, купите съестных припасов и снова сюда?
— Да, — сказал Пилтариаб. — Но у меня достаточно времени, чтобы проводить вас до дома моу саб Бокамбы, если хотите.
Кавано огляделся по сторонам. Как будто никто из старателей не обращал внимания на разговор.
— Спасибо за предложение, но мы сами управимся.
— Если вообще решим пойти к нему, — добавил Колхин. — Мы хотим лишь позаботиться о руке моу саб Стимера.
— Мне показалось, что моу саб Бокамба очень хочет вас ви деть, — настаивал Пилтариаб. — Я думаю, он будет разочарован, если вы не навестите его.
— Неужто? — Колхин неторопливо обвел взглядом причал. — Он просил передать нам эти слова?
Пилтариаб попятился, испуская запах горелой ванили:
— Конечно нет, моу саб Плекс! Если бы он дал мне такое поручение, я бы его выполнил еще при нашей прошлой встрече. Я лишь предлагаю свои услуги, поскольку мы с вами приятели.
Колхин слегка наклонил голову набок:
— Только по этой причине?
— Честно говоря, — Пилтариаб испустил запах свежесрезанной травы, — я надеялся найти повод, чтобы еще раз посетить дом моу саб Бокамбы. Запахи этого дома чрезвычайно интригующи. К тому же рядом с домом моу саб Бокамбы находится превосходный рынок пряностей, так что я могу приобрести там часть нужных припасов.
Кавано посмотрел на Колхина, увидел, как тот еле заметно пожал плечами. Если даже авуирли лгал или замышлял недоброе, то никакими запахами он этого не выдавал.