– Откуда такая уверенность?
– Потому что рекрилянам нужны наши «Супернова», – ледяным тоном произнесла Фэй. – Ведь вы именно на это рассчитываете, капрал?
– Боже мой! – воскликнул Джером Дан. – Она права, Рэл, ведь Фуэс и Маккитерик были в гараже, когда Лейт рассказывал о кораблях.
Тримейн подозрительно глянул на Лейта и обратился к Фэй Пиччикано: – Что ты имела ввиду?
– Все очень просто: рекриляне уже знают, зачем сюда прибыли спецназовцы, и теперь перед ними встала дилемма: либо уничтожить нас, либо позволить провести операцию до конца, а затем попытаться завладеть звездолетами.
Лейт церемонно улыбнулся и слегка склонил голову.
– Прекрасная аргументация, – похвалил он.
– Спасибо, – сухо сказала Фэй. – Но я хотела бы обратить ваше внимание на одну вещь. Мы поставили рекрилян перед выбором, и они его уже наверняка сделали. Но агенты Апостолериса мертвы, и он просто обязан будет остановить нас прежде, чем мы покинем планету. Ведь СБ не сможет следовать за нами по пятам на протяжении всего пути. Им придется держать дистанцию, и к тому времени, когда они нас догонят, мы, возможно, уже успеем активировать один из звездолетов.
– Вы забыли о «Корсарах», – напомнил Лейт. – Рекриляне знают, что у нас достаточно астролетчиков, чтобы вывести все «Супернова» на полную мощность за сорок – пятьдесят часов. Они смогут засечь активацию генераторов с Аргента, и у них еще будет масса времени для запуска «Корсаров».
– Постойте, постойте, – заговорил Бакши. – Судя по вашим словам, корабли спрятаны где-то вблизи Аргента?
– Совершенно верно. И я думал, вы уже давно догадались, где именно.
В комнате воцарилась тишина.
– В Бриллиантовом Кольце? – осторожно предположил Тримейн.
– Конечно. Оно содержит около восьмидесяти тысяч крупных астероидов.
На любом из них можно было вырубить пять пещер и спрятать туда законсервированные «Нова», оснастив сенсорными экранами. Начни рекриляне самостоятельные поиски, они потратили бы лет двадцать, прежде чем что-то нашли. Поэтому я уверен, что они позволят нам показать дорогу.
– Но какой тогда смысл во всей этой затее, если рекриляне все равно нас достанут? – спросил Камерон.
– Они не знают, что у нас имеется еще один козырь, – спокойно ответил Лейт. – Кое-кто из моих людей знает хитрый способ, благодаря которому можно привести орудия кораблей в боевую готовность менее чем за четыре часа. И если нам удастся расположить корабли в удобной позиции, мы сможем сдерживать любые атаки рекрилян пока не активируем все остальные системы.
– А почему мы до сих пор не слышали о существовании этого чудодейственного средства? – поинтересовался Тримейн. – И кто, если не секрет, является хранителем этой тайны?
– Не секрет. А не слышали вы о нем потому, что не было нужды об этом говорить.
– И все же?
– Йенсен, конечно. Он у нас специалист по космическим кораблям.
Тримейн, будто снова требуя доказательств, хмуро взглянул в глаза Лейта. Но капрал спокойно выдержал этот взгляд.
– Только учтите, – устало заговорил глава Радикса, – если ваш план не сработает, это будет на вашей совести, – он ткнул пальцем в сторону карты космодрома. – Многие могут отдать жизнь понапрасну. В том числе и вы сами.
– Мы будем первыми в этом списке. Вы, наверное, забыли, что мы идем в авангарде атаки.
– Ладно. Когда начало операции?
– Сегодня ночью.
Болеутоляющее, которое ввели Гарвею, не только успокоило боль, но и вызвало полное онемение сломанной руки и мышц шеи. Мысли снова прояснились, о чем он даже немного жалел, стремясь хоть ненадолго забыть кошмар последних нескольких часов.
Гарвей с дрожью вспоминал, как очнулся под тоннами камней обрушившегося здания, чудом оставшись в живых. Но еще более болезненным было осознание того, что спецназовцы снова совершили практически невозможное, и часть ответственности за это ложится на его плечи.
– Я уверен, что он запомнил мои слова, – снова повторил Гарвей. – Он достаточно хорошо соображал, а спецназовцы, будучи даже при смерти, способны, как губка, впитывать информацию.
– Особенно если ее преподносят так щедро, – съязвил Экинс, откидываясь на спинку кресла.