– Тигр…
Я засмеялся, словно она сказала что-то веселое, и сквозь зубы прошипел:
– Давай посмотрим, как далеко это зайдет… и сколько на него будут ставить.
Дел закрыла глаза.
– Я знала, что все этим кончится.
Я наклонился поближе к ее уху, чтобы окружающие не могли подслушать наш разговор.
– Он здоров… и он побеждает… В этом нет ничего плохого, просто небольшая тренировка.
Дел сладко улыбнулась и взглянув на меня с притворным весельем пробормотала:
– Кроме того, когда-то мы занимались тем же, правильно?
Раздался крик. Следующая жертва попалась на приманку – здоровый, высокий блондин, которого я бы не отличил от остальных Северян. Он вышел вперед, усмехнулся, что-то сообщил шумной компании своих друзей, самодовольно ввалившихся в круг, и заявил, что он собирается усмирить лошадь.
Усмирить лошадь. Безнадежная попытка.
Владелец жеребца быстро ответил что-то на Северном и мне пришлось попросить Дел перевести.
– Он говорит, что желающий должен положить плату в кошелек. Если он справится с жеребцом, он возьмет все. Если нет, он лишится денег.
– Все было бы просто… если не знаешь жеребца.
Дел кинула на меня косой взгляд.
– Если кто-то из присутствующих догадается, что ты знаком с этой лошадью, я не могу поручиться за последствия. Я не уверена, что тебя не забьют до смерти.
Я ухмыльнулся и пожал плечами.
– В любом деле есть риск, баска. Кроме того, подобными делами мы занимались и раньше.
– Это было на Юге.
– Понятно. На Севере ты хочешь, чтобы выиграли они.
– Брось. Я просто не хочу, чтобы разъяренная толпа Северян сделала тебя евнухом.
– У них не выйдет, баска.
Дел хмыкнула. Я смотрел, как Северянин пытался залезть на жеребца. Конечно он все делал не так, как нужно. Насмотревшись на чужие провалы, он решил попробовать сам. Он взял повод в одну руку, вставил ногу в стремя и надавил. Так он постоял несколько секунд, всем телом повиснув на одном стремени. Убедившись, что жеребец спокоен, он перекинул правую ногу через круп и сел в седло. Большой и неуклюжий Северянин совершенно не представлял, насколько разумно животное, на которое он забрался.
Не говоря уже о том, насколько гнедой решителен.
– Слетит через три прыжка, – предсказала Дел.
– И двух не просидит, баска.
Хватило и половины прыжка.
Мой гнедой не слишком крупный, и привлекательной лошадью его не назовешь. Он обычное пустынное животное – среднего роста, среднего сложения, с тяжелой головой и широкой грудью. Его глаза расставлены слишком широко, чтобы он выглядел симпатичным, но это из-за того, что у него большие мозги. Он компактный, ноги и тело у него не длинные и поэтому он не рожден для скачек. Его не назовешь стройным, но он ладно скроен и полон сил и энергии. Гриву ему я всегда стриг, теперь же она стояла торчком на высоту человеческой ладони. Из лошадки с гладкой, короткой шерстью жеребец превратился в нечто, обросшее густым мехом.
Я нахмурился.
– Только он почему-то стал мохнатым.