— Ты ничего не выиграла, Дарис! Клянусь, я помешаю тебе. Хоть ты и думаешь, что многое имеешь и многое знаешь … это еще не конец!
И он вылетел вон, униженный и взбешенный.
— Он в самом деле может это сделать? — спросил Оби-Ван.
— Возможно. Любой член Пяти Семей может наложить вето на любое деловое соглашение. Если он решит, что это в его интересах, или просто из ненависти, он попытается. — Тревожная мысль пришла ей в голову. — Он может не позволить вам послать эту информацию Палпатину. Возможно, вам следует послать её немедленно.
Оби-Ван неохотно покачал головой.
— Канцлер воспользуется ею, чтобы законным образом прекратить работу «Цестус Кибернетикс». Никто не выиграет. Думаю, лучше всего использовать эту информацию в самом крайнем, чрезвычайном случае. — Он обдумал это предположение со всех сторон и не увидел никакого изъяна в своей логике.
Что ж. Ничего в этом деле и не должно быть легко.
— Но Семьи считали всё это лишь финансами и политикой. Пока это так, они могут принимать решения, основанные на счетах. Теперь мы изменили это и сделали их дилемму более… личной.
Позже, той же ночью, Оби-Ван вёл очень секретную беседу с Китом Фисто.
— Всё в опасном равновесии, — сказал он. — Я решил с тобой посоветоваться.
— Оби-Ван, — сказал Кит, — я знаю, что тебе неудобно обманывать, но этот народ даже не представляет, насколько опасным может быть Дуку. Если немного… актерства сможет сохранить жизни, полагаю, что мы должны продолжать.
Оби-Ван вздохнул. Да, всё верно, но он чувствовал, что Кит с нетерпением ждет будущего действия. И не желал этого чувствовать.
— Хорошо, — наконец, сказал он. — Продолжаем. Сейчас перешлю все детали по магнитному челноку. Кстати, ты практикуешься?
— Конечно, — ответил Кит. — Приготовься к представлению всей своей жизни.
31
Струйки фантази-дыма змеились сквозь лабиринт катакомб Триллот, словно щупальца огненного кракена. Маленькие дроиды сновали туда-сюда, обслуживая всех: с тех пор, как был искалечен Ремлоут, телохранитель Триллот, нервная группа подчиненных предложила, что, возможно, госпожа предпочтет держать распространение различных успокоительных средств и пьянящих напитков под своим личным контролем.
Хотя сейчас Триллот чувствовала, что чем-чем, а контролем здесь и не пахнет. Она изо всех сил старалась, чтобы её не выдал голос и язык тела, так как она говорила с Вентресс, которая стояла перед ней так неподвижно, словно приросла к полу, слегка скосив глаза вверх и едва замечая существование Триллот. В каких странных сферах витал её ум, Триллот не знала и знать не хотела.
— Мне придется сказать Кеноби правду? — снова спросила Триллот, пальцы обеих пар её рук нервно подергивались.
— Только если тебе дорога жизнь, — ответила Вентресс. — Иначе он решит, что ты или лжешь, или некомпетентна. В любом случае, от тебя больше не будет никакой пользы.
Холодные голубые глаза Вентресс расширились подобно бездне между мирами.
Железы под руками Триллот начали сочиться феромонами страха, и она надеялась, что Вентресс не почует этого. Она нетерпеливо кивнула.
— Да. Да, конечно. Госпожа?
— Да?
Она откашлялась.
— Осмелюсь спросить: почему этот единственный джедай так важен? Конечно, у нас есть более…
Очередной вялый взгляд.
Тут в комнату заглянул один из телохранителей.
— Он идет!
Триллот всего на секунду отвернулась, но, когда она повернулась, Вентресс уже исчезла.
Оби-Ван вошел в логово, дыша поверхностно, дабы ограничить воздействия вредной атмосферы. И всё же… в воздухе носилось нечто, от чего ему захотелось вдохнуть поглубже. Он не решился, зная, что есть предел тому, с чем способен справиться его метаболизм.