Неужели все к этому и шло?
Гален шагнул вперед, линия огня была свободна.
Но у Кассиана уже сбилось дыхание, дуло винтовки дрожало. Разведчик вцепился в приклад, что есть мочи прижимая оружие к камню.
Он устал от преступлений, за которые его никто не призывал к ответу.
«„Звезда Смерти" — ответ на все твои сомнения. Выполни задание, и будешь прощен».
Наведя прицел на Галена Эрсо, Кассиан увидел глаза его дочери.
Сипло взвыв, разведчик швырнул винтовку в грязь.
Ни один из инженеров не ответил на обвинения директора. Неудивительно.
— Никто не выйдет? — уточнил он. — Предатель в любом случае будет казнен, но при этом хотя бы умрет во имя своей идеи. Возможно, даже сможет заразить ею кого-нибудь, — Кренник обвел платформу широким жестом затянутой в перчатку руки, — своими предсмертными словами.
Онопин открыл было рот, но тут же снова захлопнул его, словно разрываясь между желанием упрашивать предателя признаться и попыткой выразить безмолвное негодование. Два других инженера пристально глядели на коллег, как будто лихорадочно проводили в уме собственное расследование.
Гален, стоявший рядом с Кренником, молча сделал небольшой шаг вперед.
— Ну что ж, — подытожил директор. — Тогда будем считать это коллективным сговором.
Какими же сладкими были эти жестокие слова. Кренник не стеснялся получать удовольствие от того, как беспощадно вершит правосудие.
— Оружие к бою, — скомандовал он, и штурмовики с металлическими щелчками проверили режим винтовок.
— Целься.
Отряд смерти навел стволы на ученых.
И…
Гален все-таки не выдержал.
Выскочив между директором и инженерами, он так резко развернулся, что едва не упал.
— Стой, стой! — как заведенный повторял Эрсо, разведя руки, словно хотел заслонить коллег от выстрелов. — Кренник, стой. Это я. Я! Они ни в чем не виноваты.
Взглянув в лицо мужчины, с которым они когда-то давным-давно были друзьями, директор помедлил.
— Отпусти их, — попросил Гален. Мокрый, усталый человек с вытаращенными глазами, в один миг растерявший всю свою гениальность.
Кренник поманил его пальцем, и Гален нерешительно, не переставая умолять, шагнул ему навстречу.
— Огонь, — скомандовал директор.
Он не обратил внимания на алые заряды, вырвавшиеся из винтовок штурмовиков, не удостоил взглядом упавшие с глухим стуком тела и их шипящие под дождем ожоги.
Глаза Кренника были прикованы к Галену, лицо которого перекосилось от потрясения и ярости, тут же сменившихся не слишком убедительным каменным спокойствием.
Но времена, когда им удавалось что-то утаить друг от друга, давно прошли, и Гален зря старался. Кренник резко ударил наотмашь, чувствуя, как костяшки пальцев впечатались в подбородок и щеку ученого. Тот, неловко пошатнувшись, рухнул на колени.
— Я выстрелил из твоего оружия, — сказал директор. — Джеда. Со Геррера. Его банда фанатиков. Священный город. Последнее напоминание о джедаях. — Он сделал паузу. — Следующим шагом станет целая планета.
Гален, не издав ни единого звука, уверенно смотрел на него снизу вверх.
— Тебе все равно не победить, — наконец прошептал он.