— Самое время им стать. Кстати, в туалете круглый дроид.
Удивленный Финн протиснулся мимо нее и заглянул в крохотное помещеньице. Туда и впрямь забился BB-8, который теперь приветствовал друга воодушевленной трелью. Возможно, Финну просто показалось, но вид у астромеха был крайне самодовольный.
— Хватит там торчать! Иди уже сюда, — позвала Роуз из кабины.
Парень с BB-8 на хвосте вернулся назад, и девушка преподала ему основы управления челноком.
— Приборная панель, дроссель, тормоз.
— И почему все так сложно? — проворчал Финн.
— Не сложнее, чем сажать обычную спасательную капсулу, — ядовито ответила Роуз. — И ты был готов полетать на такой.
— Удар ниже пояса, — признал неудавшийся дезертир, чувствуя, как вспыхнуло лицо.
Роуз приподняла бровь, и он со вздохом вскинул руки вверх:
— Ладно. Приборная штуковина, дроссель, тормоз. Понял. Показывай остальное.
Коридоры «Милосердного» заполняли крики и рев сирен.
Дэмерон помогал двум молодым медикам толкать по коридору передвижную бакта-камеру с раненым бойцом Сопротивления, который пытался не болтаться в растворе плескавшейся из стороны в сторону бакты.
Они почти добрались до ангара медицинского фрегата, но эвакуация все равно слишком затягивалась.
«Милосердный» летел на последних каплях горючего, если они у него еще остались. Корабль тащился в хвосте флота Сопротивления, оставшись без мощного защитного поля «Раддуса». Когда топливные баки окончательно опустеют, корабль остановится и почти сразу окажется в зоне поражения корабельных орудий Первого Ордена.
По обернулся и взмахом руки поторопил еще одну группу медиков.
«Милосердный» сильно тряхнуло, и за спиной Дэмерона коридор объяло пламя от взрыва.
И ничего нельзя сделать. Пилот постарался идти быстрее и в то же время не опрокинуть бакта-камеру.
Впереди, в ангаре, у транспортного трапа стоял летчик-истребитель K’ай Треналли. Как и многие остальные пилоты — включая самого По, — абеднедо теперь был вынужден летать на транспортных кораблях и челноках и ломать голову над тем, как уберечь от опасности других членов команды.
«Милосердный» снова сотрясся от взрыва — турболазеры Первого Ордена продолжали вгрызаться в его щиты.
K’ай махнул По, чтобы тот поторопился.
На мостике «Господства» Хакс с энтузиазмом изучал голоплан. Боевая группа Первого Ордена заполнила левую часть экрана, а справа вслед за «Раддусом» плелись два корабля Сопротивления поменьше.
— Их главный крейсер все еще вне зоны поражения, однако у медицинского фрегата закончилось топливо, и он отстает, — доложил капитан Пиви.
— Это начало их конца, — сказал Хакс. — Уничтожить.
Приказ был отдан, и носовые турболазеры мегаразрушителя открыли огонь. Пиви наблюдал, как ослабленные щиты «Милосердного» вспыхнули и отключились. Поток лазерных лучей переломил хребет корабля, разорвав его надвое. Спустя секунду фрегат Сопротивления превратился в облако газа и раскаленных капель металла.
— Цель уничтожена, — слегка чопорным тоном сообщил капитан Яго.
— Принято, — отозвался Пиви и примирительно кивнул. Яго командовал мегаразрушителем, пока Хаксу неожиданно не позволили назначить «Господство» флагманом вместо «Добивающего», мимоходом уведомив Пиви о том, что его также переводят на новое место.
Пиви следовало отдать Хаксу должное: необстрелянный генерал знал, что без опытного капитана, на которого можно положиться, он окажется под ударом и что лишенный власти на собственном судне Яго будет оказывать ему содействие, мягко говоря, скрипя зубами.
Как и Пиви, Яго был ветераном Имперского флота. Незваного гостя на своем мостике он встретил подчеркнуто холодно и официально. Однако придраться было не к чему — с Пиви он вел себя исполнительно и корректно. Таков был результат многих лет муштры и десятилетий службы. Отец Хакса — несмотря на свое безумство — прекрасно понял бы такое поведение, пускай сын его и презирал.
Яго, равно как и Пиви, терпел Хакса по одной причине — оба знали, что генералу осталось недолго. Без сомнений, он преуспеет в истреблении остатков Сопротивления и какое-то время будет купаться в лучах славы благодаря выполненному заданию. А потом начнутся настоящие трудности. Первому Ордену достанется ввергнутая в хаос строптивая Галактика, которую следует усмирить. И рано или поздно Хакс проявит себя как некомпетентный офицер и истеричный командующий — тогда-то ему и придет конец.
Пиви едва заметно улыбнулся. Хакс был революционером. Энтузиаст, полный страстного рвения. Только век революционеров недолог.