Хан усмехнулся и хлопнул Люка по спине. Они вдвоем пробежали по кораблю и запрыгнули на лестницу в самом его центре. Вверху и внизу располагались орудийные башни.
— Просто целься и стреляй. И старайся держаться в моем ритме, если поспеешь!
К тому моменту, как Люк скатился по лестнице, его охватил азарт. Он еще снаружи заметил, что корабль оборудован двумя лазерными пушками — одна в башне наверху, вторая — под брюхом.
— Ладно, посмотрим...
Люк ловко запрыгнул в кресло и натянул на голову свисавший с потолка шлем.
— Ты как там, малыш? — раздался из наушников голос Хана.
— Все в порядке, — отозвался Люк.
Он заставил себя расслабиться и оглядел приборы. На фоне иллюминатора перед его глазами возник экран наведения. Вокруг зеленой точки, обозначавшей «Сокол», роились десятки красных. Люк потянул рукояти управления на себя и ощутил, как массивное орудие поворачивается. Он сразу почувствовал, что это далеко не то же самое, что отстреливать вомп-крыс в каньоне Нищего. Но нельзя подвести Хана и остальных. Люк погладил большими пальцами кнопки гашеток.
— Ты там, главное, не спи! — крикнул Хан.
Лея, по всей видимости, присоединилась к Чубакке в рубке, потому как в наушниках вдруг раздался ее голос:
— Приближаются!
Люк услышал гул СИД-истребителей прежде, чем увидел, как они, подобно падающим звездам, проносятся снаружи. Звук оглушал; казалось, будто двигатели кораблей гневно вопят. Ой! Как ни старался Люк взять себя в руки, вздрогнув от внезапного рева, он случайно нажал на гашетки. Спокойно! Усилием воли ему удалось унять дрожь, и, прежде чем вновь открывать огонь, он тщательно прицелился. Орудие выпустило в сторону врагов длинные ленты лазерных лучей, которые заскользили во мраке космоса, но так никого и не задели.
«Сокол Тысячелетия» метался разъяренным рососпинником, сотрясаясь под шквальным огнем истребителей. Люк явственно почувствовал запах гари, но предпочел оставить свои наблюдения при себе, целясь в новую тройку имперцев. Когда они атаковали «Сокол», Люка едва не выбросило из кресла.
— Они слишком быстрые! — процедил он сквозь зубы.
Взмокшие от пота волосы липли к его лбу, а рубашка — к спине.
Откуда-то сверху донесся грохот взрыва, а потом — радостный смех Хана. Стало быть, одним противником меньше. Юноша распрямил плечи и постарался сосредоточиться. Нельзя же, чтобы вся слава досталась капитану.
— Мы потеряли элерон, — доложила Лея.
— Не переживай, не развалимся, — отозвался Хан... и, забыв выключить микрофон, едва слышно добавил: — Слышишь меня, детка? Ты только не развались.
Люк вдруг понял, что, как ни странно, в бою у него немного отлегло от сердца. Стрельба из корабельного орудия, по сути, не сильно-то и отличалась от боя на световых мечах. Бешено колотившееся сердце вдруг вошло в спокойный, устойчивый ритм. «Я справлюсь, — подумал он. — Справлюсь». И правда, он уже предчувствовал, с какого направления вновь явятся серебристо-черные СИД-истребители, предугадывал их маневры и...
И его ослепила яркая вспышка взорвавшегося имперского корабля. Радость от пусть и маленькой, но победы вскружила Люку голову сильнее, чем он мог предположить.
— Я его сделал! Сделал!
— Молодец, малыш! — отозвался Хан, срезая еще один истребитель, улетевший во мрак космоса подобно комете. — Только не зазнавайся!
Люка уже совершенно не беспокоил тот факт, что Хан — который был его старше хорошо если лет на десять — упорно звал его малышом. Поначалу это здорово раздражало, во многом потому, что заставляло вспомнить жизнь на Татуине. Тогда Люку казалось, что он никогда не станет взрослым, никогда ничего не добьется, так и будет торчать в пустыне вместе с дядей, тетей да горсткой приятелей из Анкорхеда, которых и друзьями-то не назовешь... Ну разве стали бы настоящие друзья звать его Личинкой?
Пару месяцев назад Люк отправил заявку на поступление в имперскую академию, надеясь, что дядя наконец перестанет делать вид, что ну никак не может без него обойтись на их крохотной водосборной ферме. Порой Люку казалось, что он уже никогда не увидит ничего, кроме закатных цветов татуинского неба.
Теперь эти воспоминания вызывали у Люка ухмылку. Он еще малышом вместе со своим лучшим приятелем Биггсом преодолевал безумные зигзаги каньона Нищего на скайхопперах Т-16. Им столько раз приходилось чинить крылья своих машин, что даже удивительно, как это Люку вообще удалось дожить до своих лет. Но он никогда не отступал, ставя один за другим рекорды по отстрелу вомп-крыс — волосатых, уродливых грызунов, — пытавшихся укрыться от него в разломах и песке. А однажды он побил и рекорд скорости.
Да, «малыш» был весьма рад показать капитану, на что способен... и почтить тем самым память Бена.
Люк легко срезал следующие два истребителя, которым не посчастливилось появиться на его экране.
«Я в космосе, — раз за разом возникала в его голове мысль. — Это все на самом деле». И все же, даже видя, как распадаются на части имперские корабли, он не мог до конца поверить в происходящее. Разум просто отказывался принять то, насколько круто изменилась его жизнь всего за несколько часов. Люк только диву давался, как его не парализовало от потрясения.
— Остались еще двое, — сказала Лея.
— Разберусь! — отозвался Люк.