Составляем план
В одном эпизоде телесериала «Офис» бестолковый руководитель отделения Майкл Скотт получает сверху приказ — до конца месяца сократить одного из сотрудников. Майкл терпеть не может совершать поступки, которые грозят неодобрением со стороны коллег, поэтому изо дня в день откладывает неприятную задачу. В последний день месяца, когда до конца дня остается всего лишь несколько часов, Майкл по-прежнему не может решить, кого именно уволить. Джим Халперт, агент по продажам, ехидно подытоживает склонность Майкла к самообману: «Кажется, он не оставляет надежду, что кто-нибудь вызовется добровольцем. Или попадет под автобус до истечения срока»[80].
Да, некоторые способы справляться с неприятными мыслями основаны на самообмане — например, когда человек убеждает себя, что эту работу вовсе и не нужно делать, или попросту отрицает существование проблемы в духе Майкла Скотта. Но существуют и честные копинговые стратегии, например разработка гипотетического плана.
Однажды я допустила оплошность по отношению к подруге и целую неделю мучилась чувством вины. Следует ли мне извиниться? «Нет, это излишне. Скорее всего, она даже не заметила», — неоднократно говорила я себе. Или: «Наверняка она меня давно уже простила». Понятно, что эти противоречащие друг другу утверждения меня не утешали, потому мне и приходилось повторять их снова и снова.
Наконец я сказала себе: «Ну хорошо, допустим, мне в самом деле надо было бы извиниться. Как я стала бы это делать?» Я быстро набросала вкратце извинение, которое для меня было не слишком мучительно произнести вслух. Потом я представила себе реакцию подруги и поняла, что она не будет сердиться, а, наоборот, обрадуется. Мысль об извинениях стала уже не такой страшной, и я вернулась к первоначальному вопросу: «Следует ли мне извиниться?» На этот раз ответ прозвучал гораздо ясней: «Да, следует».
Просто удивительно, насколько рвение, с которым мы отрицаем нечто, уменьшается, как только появляется конкретный план: что бы вы стали делать, если бы это нечто было правдой? Он не обязательно должен быть подробным. Даже самый простой план, например: «Вот как я стану объяснять нашу неудачу своим подчиненным» или «Вот с чего я начну поиски новой работы», — огромный шаг, сделав который вы понимаете: совершенно необязательно обманывать себя, чтобы справиться с трудностями в жизни.
Нет худа без добра
Иногда в разгар жаркого спора меня накрывает леденящее подозрение, что я в этом споре неправа. Оказаться в таком положении очень неприятно. И чрезвычайно соблазнительно вытеснить неудобную мысль из головы и сосредоточиться на том, чтобы сохранить лицо.
Но вместо этого я начинаю перебирать в уме плюсы ситуации. Признав свою неправоту, я заработаю кредит доверия на будущее. В следующий раз мое слово окажется более веским, ведь я показала, что не буду стоять на своем лишь ради того, чтобы оказаться правой. Я словно бы инвестирую в свою будущую способность убеждать людей.
Если вы потеряли работу, возможно, вас утешит мысль, что теперь вам не нужно терпеть неприятных коллег. Если вы сходили на свидание и оно оказалось неудачным, может быть, вы сделаете из этого забавную историю, которую сможете рассказывать друзьям. Положительная сторона любой ошибки — урок, который вы из нее извлекаете, чтобы не повторять эту ошибку в будущем.
Помните: вы не стремитесь убедить себя, что делать ошибки хорошо и полезно. Не нужно внушать себе, что этот лимон на самом деле сладкий. Вы хотите не уговорить себя, что вся ситуация состоит исключительно из светлых пятен, а понять, что у нее две стороны — темная и светлая. Но во многих случаях этого достаточно. Увидев плюсы своего положения, вы легче примиритесь с его минусами.
Переключаемся на другую цель
Один мой друг по имени Джон основал компанию по разработке программного обеспечения и много времени проводил, проводя собеседования с кандидатами на рабочие места. Но вскоре он заметил нечто неприятное. Джон должен был бы радоваться, обнаружив, что кандидат — хороший программист, заинтересовавшийся вакансией. Без хороших программистов новая компания по разработке программ погибнет. Однако Джон ощущал скорее разочарование или обиду. Он рассматривал работу соискателя в мельчайших деталях, выискивая предлог, чтобы ее отвергнуть.
Джон поразмыслил о своем поведении и понял: «Я всегда гордился тем, что, куда бы я ни пришел, я оказывался лучшим программистом среди всех присутствующих». Поэтому он подсознательно стремился опорочить «конкурентов». Такая у него была копинговая стратегия для поддержки самооценки.
Джон знал, что эта цель — быть лучшим программистом в любом коллективе — нереалистична, мало того, вредна для его новорожденной компании. И он решил переформулировать цель. Теперь он будет гордиться не тем, что он лучший программист, а тем, что отлично, проницательно оценивает способности других людей к программированию. Новая цель устраивала его как замена старой и к тому же помогала, а не мешала нанимать новых сотрудников.
Могло быть и хуже
Лето 1993 года называли «самым разочаровывающим моментом в истории лечения СПИДа»[81]. Уже несколько лет отчаявшиеся больные возлагали все надежды на новое лекарство — азидотимидин, или АЗТ, который, как предполагалось, замедляет наступление болезни. Ранние клинические испытания в США показали, что АЗТ подает надежды.
Однако еще одна группа ученых в Европе тоже вела исследования АЗТ. После трех лет работы, в 1993 году, она опубликовала свои выводы. Новость была сокрушительной: АЗТ ничуть не лучше плацебо. Из больных, принимавших АЗТ, к концу исследования осталось в живых 92 %, а из принимавших плацебо — 93 %.
Более того, никаких других лекарств на горизонте не было. Поскольку ранние испытания вроде бы доказали эффективность азидотимидина, правительство прекратило работу над альтернативными лекарствами. Многие активисты отчаялись. Многие пациенты погрузились в депрессию: до сих пор они держались только надеждой на АЗТ, которая оказалась миражом.
Но кое-кто решил не бросать оружие. В документальном фильме «Как пережить чуму», рисующем историю кризиса, связанного со СПИДом, режиссер Дэвид Френс отразил историю небольшой организации Treatment Action Group (TAG). Члены группы пристально следили за разработкой лекарств и знали, что шансы ученых сразу найти чудодейственное средство очень малы. Когда летом 1993 года разошлась плохая новость про азидотимидин, участники группы были разочарованы, но не сломлены.
Многие из участников TAG сами были ВИЧ-положительными. Как же они умудрялись не падать духом, если реалистично оценивали шансы на появление лекарства? Они, в частности, старались радоваться тому, что дела могли бы обстоять гораздо хуже. Френс показывает одну встречу группы в то трудное лето. Один из активистов, Питер Стейли, сказал: «Может быть, таково наше будущее, может быть, нам суждено наблюдать умирание друг друга. Если так, то это будет просто ужасно. Это уже ужасно, и мы мало что можем поделать… Я просто… ну, знаете, я просто, честно, рад, что рядом со мной есть другие люди. Не всем так везет»[82].
Способность группы TAG сохранять положительный настрой, не отрицая реальности своей ситуации, была ее ключевой сильной стороной, которой вскоре предстояло сыграть особо важную роль (как мы увидим, когда вернемся к этой истории в главе 14).
Наверняка вы читали какие-то из многочисленных книг и статей, вышедших за последние 30 лет, с названиями вроде: «Почему самообман может быть полезен»[83] или «Обманывая себя: скрытая сила самообмана»[84]. Или даже: «Люди, страдающие депрессией, видят мир объективнее — а счастливые, возможно, слегка заблуждаются»[85]. Эти книги и статьи описывают одно из направлений психологии, основной тезис которого — наше психическое здоровье зависит от «положительных иллюзий» в восприятии самих себя и своей жизни.
Однако не торопитесь выбрасывать мою книгу в окно и старательно дурманить себя сладкой ложью, чтобы обрести счастье. Давайте повнимательнее посмотрим на эти исследования. Вот краткое изложение методологии одного из них, типичного для интересующей нас области. Оно было проведено в Вашингтонском университете психологом Джонатаном Брауном. Посмотрим, что вы скажете[86].
1. Браун просит респондентов оценить себя относительно окружающих по ряду положительных характеристик, таких как «ответственный» и «способный».
2. Он обнаруживает, что люди с высокой самооценкой склонны оценивать себя выше среднего по этим положительным характеристикам.
3. Из этого он делает вывод, что психологически здоровые люди склонны себя переоценивать.
Вам ничего не бросилось в глаза?
Ну, во-первых, Браун не удосужился выяснить, насколько точно респонденты оценили сами себя. Он попросту предполагает, что, если некто считает себя лучше среднего по какому-либо показателю, этот человек просто себя переоценивает. Но ведь какое хорошее качество ни возьми, множество людей окажется по этому качеству лучше среднего. Некоторые люди ответственнее других, некоторые — талантливее и так далее. Поэтому результаты, полученные Брауном, можно подытожить и следующим образом: «У людей с большим количеством положительных черт самооценка с высокой вероятностью будет хорошей»[87]. А «склонность себя переоценивать» тут вообще ни при чем.
Вообще многие исследования в области самообмана страдают тем, что убеждения людей объявляются «необъективными» или «иллюзиями», хотя эталона объективности, с которым можно было бы их сравнить, не существует. Одна из самых широко цитируемых психологами научных работ — в ней доказывается, что иллюзии полезны, — это обзорная статья 1988 года, написанная Джонатаном Брауном в соавторстве с Шелли Тейлор, психологом из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Она называется «Иллюзии и благополучие: взгляд на душевное здоровье с точки зрения социальной психологии». Если вы читали статью или книгу о преимуществах самообмана, с большой вероятностью авторы ссылались на эту работу. Но достаточно пробежать ее глазами — и становится понятно, что исследователи путают позитивные заблуждения с позитивными убеждениями. Вот типичный абзац:
[80] «The Office», сезон 2, эпизод 5 «Halloween», вышел 18 октября 2005 года на NBC.
[81] Stephen Fried. Bitter Pills: Inside the Hazardous World of Legal Drugs (New York: Bantam Books, 1998), 358.
[82] David France. How to Survive a Plague: The Inside Story of How Citizens and Science Tamed AIDS (New York: Knopf Doubleday Publishing Group, 2016), 478.
[83] Douglas LaBier. «Why Self-Deception Can Be Healthy for You», Psychology Today, February 18, 2013, https://www.psychologytoday.com/us/blog/the-new-resilience/201302/why-self-deception-can-be-healthy-you.
[84] Joseph T. Hallinan. Kidding Ourselves: The Hidden Power of Self-Deception (New York: Crown, 2014).
[85] Stephanie Bucklin. «Depressed People See the World More Realistically — And Happy People Just Might Be Slightly Delusional», Vice, June 22, 2017, https://www.vice.com/en_us/article/8x9j3k/depressed-people-see-the-world-more-realistically.
[86] J. D. Brown. «Evaluations of Self and Others: Self-Enhancement Biases in Social Judgments», Social Cognition 4, no. 4 (1986): 353–376, http://dx.doi.org/10.1521/soco.1986.4.4.353.
[87] На самом деле это правда: если люди в среднем думают, что превосходят окружающих, значит, по крайней мере часть из них заблуждается. В конце концов, реальный мир не похож на вымышленный городок Лейк-Вобегон{37}, где «все дети лучше среднего». Но есть также основания предположить, что многие (а может, и большинство) из тех, кто считает, что превосходит окружающих, в самом деле превосходят их по тому или иному параметру, а значит, не впадают в самообман. И вполне возможно, что именно присутствием этих людей объясняется повышенная степень счастья и довольства собой, наблюдаемая в выборке.