— Д-дон Иньиго…
Де Лара сидел на кровати. Его лицо было скрыто в полутьме, но голос невозможно спутать с другим.
Вот только вдруг это сон продолжается? Иначе почему Хасинто не услышал, как сеньор вернулся?
— Дон Иньиго, вы… вы мне не снитесь? Это правда вы?
— Отвечай на вопрос, эскудеро.
— Мне приснился кошмар…
— Я догадался. По воплям. Но повязка-то в чем виновата?
— Там было про руку… И там были черви…
— Ясно. И ты подумал, что сон вещий.
— Нет, сеньор. Просто… решил проверить.
— Погаси лампу, — прохрипел де Лара.
Хасинто не подчинился. Бросился к дону Иньиго, припал к его руке и спросил:
— Это правда вы? Это не сон?
— Сон? Ну, может, ты мне снишься, — проворчал он, а потом шепнул: — Лучше бы все последние дни оказались сном…
— Вы… вы не нашли его?
Де Лара выпрямился, оттолкнул Хасинто и процедил:
— А что, похоже, будто я сияю от счастья?
Нет. Не похоже. Не стоило задавать вопрос, заранее зная ответ. И голос, и поведение сеньора говорили, что поездка оказалась тщетной. Снова.
— Погаси же проклятую лампу наконец! — теперь Хасинто послушался, а Иньиго Рамирес сказал: — Иди на свое ложе и притворись, будто тебя нет. Иначе отправишься спать на конюшню.
Да он бы с удовольствием отправился куда угодно! Только бы не находиться здесь, боясь лишний раз вздохнуть и зная, что дон Иньиго, скорее всего, так и просидит без сна до самого рассвета. Но Гонсало просил: когда сеньор вернется, будьте рядом, хоть это и сложно. Похоже, оруженосец знал, о чем говорит.
Что ж, Хасинто не уйдет. Останется здесь. Пусть даже придется дышать тише, чем младенец, и не шевелиться, изображая бревно.
Он думал, что уснуть не получится, и оказался прав. Это даже хорошо. Зато услышал звук шагов. Тут же вскочил с ложа и выпалил.
— Доброе утро, сеньор.
Де Лара окинул его мутным взглядом и, ничего не сказав, шагнул к двери.
Нельзя вот так отпускать дона Иньиго! Почему нельзя? Хасинто сам точно не знал. Просто не хотел его отпускать.
— Нет! Подождите!
Он ринулся к сеньору, взял его руку в свою и, рухнув на одно колено, воскликнул:
— Позвольте мне пойти с вами! Вдруг все же понадоблюсь! Я… Мне…
— Довольно слов, — отрезал де Лара. — Можешь идти за мной, если хочешь. Только молча.
Иньиго Рамирес отправился в противоположную часть замка — в башню, где держали знатных пленников. Добравшись до верхнего этажа, остановился и протянул: