«Как там ее зовут» обвила меня руками за шею и заулыбалась на камеры.
— Как вы нашли нас здесь? Это должно было остаться в тайне. Мы вроде все предусмотрели.
Мое лицо превратилось в непроницаемую маску, я аккуратно освободился из ее объятий и открыл заднюю дверь, чтобы втолкнуть девчонку обратно в клуб.
Она удивленно выпучила глаза, но все, что ей оставалось делать, это смотреть, как я, захлопывая дверь перед ее носом, повернулся лицом к папарацци, все еще выкрикивающим свои вопросы. К счастью, их было всего семь или восемь.
— Джейсон! Есть видео с тобой и Зои, где вы, похоже, трахаетесь в твоем автомобиле. И вот теперь ты с Дженнифер. Как-нибудь прокомментируешь это?
Ах! Так вот как ее зовут.
— Хорошего вечера, ребята, — произнес я скучающим тоном, игнорируя их вопросы. Я сунул руки в карманы, и они расступились, давая мне пройти, а их голоса все звонче и звонче отдавались в моей голове. Я не вслушивался в то, что они говорили, но знал, что с утра мне позвонит мой агент Том Саймонд, который за все эти годы превратился в лучшего друга, и, конечно же, мой менеджер Меган.
Несколько минут спустя я уже мчался в своем автомобиле обратно в Бель-Эйр — такой же раздраженный и опустошенный, как и в начале ночи.
ГЛАВА 6
ОЛИВ
— Напомни мне, почему ты снова не смогла пойти со мной? — прошептала я Люси по телефону, сидя в углу белоснежной приемной, прислонившись лбом к стене и ожидая, когда меня позовут.
— Детка, успокойся. Если бы не занятия у этой сучки, ты же знаешь, я бы сейчас держала тебя за руку. Тетка и так имеет на меня зуб, так зачем мне подливать масла в огонь? К твоему приходу я буду ждать тебя уже с рюмочкой текилы, чтобы отпраздновать. Сконцентрируйся на этом. Это поможет.
Я закрыла глаза. Меня ужасно тошнило от волнения. Чтобы успокоиться и сосредоточиться на чем-то другом, я начала вышагивать в своем маленьком углу.
«Мысли позитивно», — успокаивала я себя.
Мысли позитивно.
Белокурая девушка сидела на угловом белом диване. В течение последних десяти минут она то и дело набирала смс-ки и делала бесполезные селфи. Вся расфуфыренная и намазанная таким количеством тонального крема, что он пятнами выделялся на ее коже. С тех пор, как вошла в эти двери, она ни на секунду не выпускала из рук телефон в чехле с ушами Микки Мауса.
Господи, не представляю, зачем делать сколько гребаных снимков, сидя в одном месте и улыбаясь одной и той же фальшивой улыбкой? Я прекратила считать после тридцатого.
Увидев, как она, надув губы и выпятив грудь, делает очередное селфи, я застонала.
— Кажется, меня сейчас стошнит, — прошептала я в трубку.
— Ой, заткнись. Просто возьми себя в руки, будь собой и срази их своей милой улыбкой.
— Раз уж ты так дерьмово поступила со своей лучшей подругой, по крайней мере, напомни, почему Шар не смогла пойти со мной?
Люси тяжело вздохнула.
— Возьми ты ее с собой, Шарлотта просто тряслась бы рядом. Вот почему мы и не сказали ей, куда ты пошла, помнишь?
Так и есть. Она права. Если бы Шарлотта была сейчас вместе со мной, то нас запомнили бы, как трясущийся от страха дуэт — не самый лучший вариант первого впечатления, особенно на людей из студии, заинтересовавшихся экранизацией твоей книги.
— Я ненавижу тебя.
— Я тоже тебя люблю, моя тревожная малышка.
— Люси, — начала я снова жалостливым голосом, — встреча была назначена на два тридцать, сейчас уже почти три. Может, мне стоит уехать? Может, они ошибочно назначили встречу. Кого я обманываю, да? Очевидно же, что ничего не произойдет. У меня нет желания дожидаться, пока кто-нибудь выскочит с воплем: «Розыгрыш, сучка!». Я просто хочу вернуться домой. Можно я поеду домой, пожалуйста?
— Нет, нельзя. Я запрещаю тебе возвращаться домой, пока ты не встретишься с этими людьми, после чего вернешься с хорошими новостями и кучей денег. Теперь, закрой глаза.
— Зачем?
— Сделай это, Олив.