Как стать бессмертным. Единственный реальный метод: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как бы это ни происходило, предписанный курс самодисциплины начинается здесь. Вкратце можно сказать, что по сути своей это курс морального, умственного и физического развития, следующих одновременно – одно бесполезно без другого. Физический человек должен стать более эфиризованным и чувствительным; умственный – более проницательным и мудрым; нравственный – более самоотверженным и философски мыслящим. Можно заметить, что любое чувство сдержанности, даже самопривнесённое, бесполезно. Не только вся “добродетель” – результат давления физической силы, угроз или взяток (материального или так называемого “духовного” порядка) – совершенно бесполезна человеку, проявляющему её, с её лицемерием, способным отравлять моральную атмосферу мира, но и желание быть “добродетельным” или “чистым”, быть действенным должно быть непроизвольным. Оно должно быть личным импульсом исходящим изнутри, подлинным предпочтением более возвышенного, а не воздержанием от порока из-за боязни закона: не целомудрием, навязанным страхом общественного мнения; не благотворительностью, практикуемой из-за любви к похвале или страха последствий в гипотетической будущей жизни[50].

В связи с доктриной тенденции повторения действий, которая была обсуждена выше, теперь станет понятно, что рекомендованный оккультизмом курс самодисциплины как единственный путь к долголетию является не “фантастической” теорией, имеющей дело с туманными “идеями”, а настоящей научно разработанной системой тренировки. Это система, благодаря которой каждая частица нескольких человек, составляющих семеричного индивидуума, получает импульс и привычку делать то, что необходимо для определённых целей своей собственной свободной воли, и делать “с удовольствием”. Каждый должен быть научен и совершенен в том, что выполняется с удовольствием. Это правило в особенности касается примера развития человека. “Добродетель” может быть большим благом сама по себе – она может вести к самым грандиозным свершениям. Но для того чтобы стать деятельным, её необходимо практиковать в бодром настроении, без неудовольствия или боли. Как следствие вышеуказанного соображения, кандидат на долголетие, начиная свою карьеру, должен приступить к воздержанию от физических желаний, руководствуясь не сентиментальной теорией “правильно-неправильно”, а следующей весомой причиной. Поскольку в соответствии с хорошо известной и в данное время утвердившейся научной теорией его видимая материальная оболочка постоянно обновляет свои частицы, то он, воздерживаясь от удовлетворения желаний, достигнет окончания определённого периода, в течение которого частицы, которые составляли порочного человека, и которым была придана дурная склонность, покинут его. В то же время, неприменение таких функций будет способствовать блокированию входа новых частиц, имеющих тенденцию повторять указанные действия, на место старых. И в то время как это является особым следствием по отношению к определённым “порокам”, общим результатом воздержания от “уплотнённых” поступков будет (видоизменяя хорошо известный дарвиновский закон атрофии в результате неприменения) постепенное уменьшение того, что мы можем назвать “относительной” плотностью и сцеплением внешней скорлупы (из-за меньшего использования молекул); в то время как убавление её фактических составляющих компенсируется (как если бы она лежала на весах) увеличением пропуска более эфиризованных частиц.

Какие физические желания необходимо отставить, и в каком порядке? Прежде всего, кандидату необходимо прекратить употребление алкоголя в любой форме; ибо алкоголь, кроме того, что он не несёт ни питательных веществ, ни непосредственного удовольствия (кроме сладости и аромата, который можно испытать, пробуя вино и т. п., где сам по себе алкоголь не является главным) даже самым плотным элементам физической оболочки, вызывает неистовство в действиях, стремительный бег жизни, напряжение которого могут вынести только самые инертные, простые и плотные элементы и который под управлением хорошо известного закона повторного действия (используя коммерческие термины закона “спроса и предложения”) будет стремиться притягивать их из окружающей Вселенной, а, следовательно, прямо препятствовать задуманной нами цели.

Далее следует мясоедение, и опять по той же самой причине, но в меньшей степени. Оно увеличивает скорость жизни, энергию действий, неистовство страстей. Это может быть полезным герою, которому предстоит сражаться и умереть, но не стремящемуся стать мудрецом, кто должен существовать и…

Далее по порядку следуют сексуальные желания, так как они, кроме того, что отводят большое количество энергии (жизненной силы) в другие каналы многими различными способами, кроме основного (как, например, растрата энергии при ожидании, ревности, и т. д.), непосредственно притягивают определённое плотное качество первоначальной материи Вселенной просто потому, что наибольшее физическое удовольствие возможно лишь на этой ступени плотности. Наряду с отказом от этих и других чувственных удовольствий (включающих не только желания, называемые обычно “порочными”, но и все те, которые хотя обычно и считаются “невинными”, всё же имеют свойства потакать плотским удовольствиям, – наиболее безвредные для других и наименее “уплотнённые” являются критерием для тех, от которых следует избавиться последними в каждом отдельном случае) необходимо совершать нравственное очищение.

Также не следует воображать, что “аскетизм”, как его повсеместно понимают, может существенно помочь ускорению процесса “эфиризации”. Этот фундамент обрушился под многими восточными эзотерическими сектами, а также является причиной их вырождения в дегенерирующие предрассудки. Западные монахи и восточные йогины, думающие, что достигнут апогея сил путём концентрации мысли на области пупка или стоя на одной ноге, практикуют упражнения, не служащие ничему иному, кроме как укреплению силы воли, которая иногда применяется для самых подлых целей. Это примеры однобокого и карликового развития. Бесполезно поститься, пока есть потребность в пище. Исчезновение желания употреблять пищу без ущерба здоровью – вот признак, указывающий, что пищу следует принимать в меньшем и постоянно уменьшающемся количестве до достижения крайнего предела, способного поддерживать жизнь. В конечном итоге будет достигнута ступень, где единственной необходимостью станет вода.

Кроме того, в стремлении к долголетию бесполезно удерживаться от распущенности, пока она владеет сердцем; то же и со всеми прочими неудовлетворёнными заветными томлениями. Самое главное – избавиться от внутреннего желания; а подражать реальному поступку, не сделав этого по существу – это лишь неприкрытое лицемерие и лишние путы.

Точно так же следует действовать с нравственным очищением сердца. Самые “низменные” наклонности должны исчезнуть первыми, затем все остальные. Сначала алчность, затем страх, зависть, мирская гордость, отсутствие сострадания, ненависть; последней одна за другой уходят амбиция и любопытство. Укрепление более эфиризованных и так называемых “духовных” частей человека должно осуществляться одновременно. Размышляя от известного к неизвестному, необходимо практиковать и поощрять медитацию. Медитация есть неизречённое страстное желание внутреннего человека “устремляться в беспредельность”, что в стародавние времена являло собой истинный смысл преклонения, но у которой сейчас нет синонима в европейских языках, ибо медитации на Западе больше не существует, а слово, обозначавшее её, было искажено до выдуманного притворства, известного как молитва, восславление и покаяние. На всех ступенях тренировки необходимо сохранять уравновешенность сознания – убеждённость в том, что всё в космосе должно быть в порядке, как и с вами, частью его. Процесс жизни по возможности не следует ни торопить, ни замедлять; поступив иначе, вы можете принести благо другим, возможно, даже себе в иных сферах, но это ускорит ваш конец в этой.

Также не стоит пренебрегать внешними элементами на первой ступени. Помните, что адепт, хотя его “существование” и внушает обычным умам идею того, что он бессмертен, всё же уязвим для сил, приходящих извне. Тренировка для продления жизни сама по себе не страхует от несчастных случаев. При физической подготовке всё ещё можно пострадать от удара меча, болезни или яда. Этот случай очень чётко и красиво описан в “Занони”, он там представлен правильно и должен быть именно таким, иначе всё “адептство” есть беспочвенная ложь. Адепт может быть более защищён от обычных опасностей, чем обычный смертный, но он находится в таком положении благодаря своему превосходящему знанию, спокойствию, хладнокровию и проницательности, которые помогают ему приобрести его продлённое существование и необходимые сопутствующие обстоятельства, а вовсе не какой-то запас силы в самом процессе. Он в безопасности, насколько человек с ружьём находится в большей безопасности, чем беззащитный бабуин; но не в безопасности в том смысле, когда думают, что дэва (бог) более защищён, чем человек.

Если это так по отношению к адепту высокой ступени, насколько же неофиту более необходимо быть не только защищённым, но и самому использовать все возможные средства, чтобы обеспечить себе необходимую продолжительность жизни для завершения процесса овладения феноменом, который мы называем смертью! Можно спросить: почему его не защищают более продвинутые адепты? Возможно, они это и делают до некоторой степени, но ребёнок должен научиться ходить без посторонней помощи; лишить его зависимости от своих собственных усилий в отношении безопасности – значит разрушить элемент, необходимый для его развития, – чувство ответственности. Какая отвага или мужество потребуется от человека, посланного сражаться, если он вооружён абсолютным оружием и облачён в непробиваемую броню? Поэтому неофит должен пытаться, насколько это возможно, исполнять каждый истинный канон гигиены, прописанный современными учёными. Чистый воздух, чистая вода, чистая пища, легкие упражнения, упорядоченное время, приятные занятия и окружение – все они, даже если и не обязательны, всё же служат его развитию. Именно чтобы создать себе такие условия, какие могут дать безмолвие и уединение, боги, мудрецы, оккультисты всех веков уединялись, насколько это было возможно, в тихие уголки своей страны, прохладную пещеру, лесную глушь, простор пустыни, горные высоты. Разве это не наводит на мысль о том, что боги всё время любили “возвышенные места” и что сегодня верховная часть оккультного Братства на Земле живёт на самом высокогорном плато планеты?[51] Также неофит не должен пренебрегать помощью медицины и правильной диеты. Он всё ещё обычный смертный и нуждается в помощи такого же обычного смертного.

“Однако предположим, что все требуемые условия или те, которые будут пониматься как требуемые (поскольку особенности и разнообразия необходимого режима слишком многочисленны, чтобы их здесь перечислять), исполнены – каким будет следующий шаг?” – спросит читатель. Что же, если не происходило никаких рецидивов или небрежности в указанных действиях, то последуют физические результаты.

Во-первых, неофит получит больше удовольствия от чистого и духовного. Постепенно грубая и материальная деятельность станет не только нежеланной и запретной, но просто и в буквальном смысле отталкивающей для него. Он станет испытывать больше удовольствия в простых ощущениях, получаемых от природы, – то чувство, которое человек помнит из детства. Ему станет легче на сердце, появится ощущение уверенности и счастья. Пусть он остерегается, чтобы чувство заново начавшейся молодости не сбило его с пути, иначе он рискует пасть в свою прежнюю, более низменную жизнь и даже в ещё большую бездну. “Действие равно противодействию”.

Далее у него начнет пропадать желание употребления пищи. Пусть его отпускают постепенно – голодания не требуется. Употребляйте то, что вы считаете необходимым. Желанная пища будет самой чистой и простой. Обычно наилучшими станут фрукты и молоко. Затем, поскольку до сих пор вы упрощали качество вашей пищи, постепенно, очень постепенно, насколько вы можете это делать, уменьшите её количество. Вы спросите: “Может ли человек существовать без пищи?” Нет, но прежде чем вы посмеётесь над этим, задумайтесь о природе процесса, на который указывалось. Общеизвестно, что у многих самых низших и простейших организмов отсутствует функция испражнения. Ришта[52] хороший тому пример. У неё довольно сложный организм, но отсутствует выводящий тракт. Всё, чем она питается – наиболее бедные субстанции человеческого тела, – используется для её роста и размножения. Живя в человеческой ткани, она не вводит в неё переваренную пищу. Человек-неофит на определённой стадии развития отчасти находится в аналогичных условиях, лишь с той разницей, что его функция испражнения действует, но через поры кожи, через которые также проходят эфиризованные частицы материи, чтобы способствовать его поддержке[53]. Иными словами, всей пищи и воды хватает лишь, чтобы поддерживать в равновесии те плотные части его физического тела, которые всё ещё остаются для восстановления выделения эпидермиса посредством крови. Позже процесс развития клеток в его оболочке претерпит изменение; изменение к лучшему, обратное этому изменение к худшему происходит при болезни – он весь станет живым и чувствительным и будет извлекать питание из эфира (акаши). Но этот период у нашего неофита ещё далеко впереди.

Возможно, задолго до того, как наступит этот период, появятся другие результаты, которые покажутся непосвящённому не менее удивительными и даже невероятными, и дадут нашему неофиту мужество и утешение в его трудной задаче. Было бы трюизмом повторять то, о чём раз за разом говорили (не зная реальной подоплёки) сотни и сотни писателей относительно счастья и удовлетворения, даруемых чистой и непорочной жизнью. Но часто в самом начале процесса происходит какой-нибудь реальный физический результат, который неофит не ожидал и о котором не задумывался. Затяжная болезнь, до сих пор считавшаяся неизлечимой, может отступить; или он сам может развить в себе целительные гипнотические силы; или же его может привести в восхищение неведомое прежде обострение чувств. Причина этих явлений, как мы уже сказали, не трудна для понимания и не является чудом. Во-первых, внезапное изменение в направлении жизненной энергии (которую, как бы мы ни рассматривали её происхождение, признают все школы философии как редчайшую движущую силу) должно произвести некоторые результаты. Во-вторых, теософия показывает, как мы прежде заметили, что человек состоит из нескольких тел, проникающих друг друга, и в соответствии с этим взглядом (хотя и очень трудно выразить эту идею словами) будет вполне естественно, что поступательная эфиризация наиболее плотного и грубого сделает более свободными и остальные. Эскадрон будет остановлен толпой, и ему придётся с большим трудом пробиваться через неё; но если каждый из толпы мог бы внезапно стать призраком, то мало что могло бы его сдержать. И поскольку каждая внутренняя сущность более разреженная, активная и летучая, чем предыдущая, и каждая связана с различными элементами, пространствами и свойствами космоса, о которых трактуют другие статьи по оккультизму, разум читателя может представить – хотя перо автора не могло бы выразить это и в десяти томах – великолепные возможности, постепенно раскрывающиеся перед неофитом.

Неофит может воспользоваться многими из указанных возможностей для собственной безопасности, забавы или блага окружающих; но то, как он это делает, приспособлено к его подготовке – это часть испытания, которое он должен пройти, и злоупотребление этими силами, разумеется, приведёт к их потере как к естественному результату. Иччха (или желание), заново вызванное открывающимися перспективами, замедлит или отбросит назад его продвижение.

Но есть и другая часть Великой Тайны, на которую мы должны указать и которую сейчас, первый раз в долгой цепи веков, позволяют раскрыть миру, поскольку час для этого настал.

Образованному читателю не стоит напоминать, что одно из великих открытий, сделавших имя Дарвина бессмертным, – это закон, что у организма всегда присутствует склонность повторять в аналогичный период своей жизни действия родителей, всё более полно и точно по отношению к их близости на шкале жизни. Одно из следствий отсюда – то, что, в общем, живые существа обычно умирают (в среднем) в том же возрасте, в котором умирают их родители. Верно, что существует огромная разница между фактическими возрастами, когда умирают представители любого вида. Болезнь, несчастные случаи и голод – основные причины, приводящие к смерти. Но в каждом виде существует хорошо известный предел, внутри которого лежит жизнь расы, и не известно, чтобы хотя бы один из представителей прожил дольше. Это применимо к человеку в такой же степени, как и к другим видам. Предположим, что человек с обычным телом следовал всем возможным гигиеническим нормам и избежал всех несчастных случаев и болезней, но в каком-нибудь особом случае всё же настанет время, как это известно врачам, когда частицы тела почувствуют наследственную склонность сделать то, что неизбежно ведёт к смерти, и подчинятся ей. Любому мыслящему человеку будет ясно, что если однажды каким-нибудь образом полностью миновать эту критическую точку, последующая опасность “смерти” будет в равной пропорции уменьшаться по прошествии времени. Это как раз то, что обычные, нетренированные ум и тело не могут сделать, но иногда возможно для воли и телосложения того, кто был специально подготовлен. У него присутствует меньшее количество наиболее плотных частиц, чувствующих наследственную предрасположенность, что является помощью усилившегося “внутреннего” человека (чьё обычное существование всегда намного дольше даже в случае естественной смерти) видимой внешней оболочке, и есть также натренированная и непреодолимая Воля, чтобы направлять и владеть и тем, и другим[54].

Начиная с того времени направление, в котором продвигается кандидат, проясняется. Он покорил “Стража Порога” – наследственного врага его расы, и хотя он всё ещё не защищён от новых опасностей на пути своего продвижения к нирване, победа окрашивает его щёки румянцем, и с новой уверенностью и с новыми силами, чтобы вновь добиться её, он может упорно двигаться вперёд, к совершенству.

Следует помнить, что природа везде действует в соответствии с законом и что процесс очищения, который мы описываем в видимом материальном теле, также происходит во внутренних телах, невидимых учёному, в своих видоизменённых формах. Всё изменяется, и метаморфозы более эфиризованных тел копируют, хотя и в последовательно возрастающей длительности, развитие более плотного тела, приобретая всё более широкий спектр связей с окружающим космосом, пока наиболее утончённая индивидуальность не сливается в конечном итоге в нирване с БЕСПРЕДЕЛЬНЫМ ЦЕЛЫМ.

Из вышеуказанного описания процесса следует вывод, почему адептов так редко видят в обычной жизни; ибо наравне с эфиризацией своих тел и развитием сил возрастает во всё большей степени неприязнь и, так сказать, “презрение” к обычным мирским делам. Подобно беглецу, благополучно избавившемуся от мешающих ему предметов, начиная с самых тяжёлых, кандидат, избегающий смерти, оставляет всё, за что последняя может ухватиться. В поступательном отрицании помогает всё, от чего избавляются. Как мы уже сказали, адепт не становится “бессмертным” в обычном понимании этого слова. К тому времени, когда граница смерти его расы пройдена, он действительно мёртв в обычном смысле – он освободился от всех или почти всех материальных частиц, которые при распаде непременно повлекли бы агонию умирания. Он умирал постепенно, в течение всего периода своего посвящения. Развязка не может происходить дважды. Он просто растянул на ряд лет постепенный процесс умирания, который у других длится от краткого мгновения до нескольких часов. Высочайший адепт фактически мёртв для мира и не замечает наш мир: он не обращает внимания на свои удовольствия, его не волнуют собственные невзгоды в духе сентиментальности, ибо неумолимое чувство ДОЛГА никогда не позволит ему забыть о самом его существовании. Новые эфирные чувства, открывающие более широкие сферы, относятся к нашим чувствам во многом так же, как последние к бесконечно малому. Возникают новые желания и удовольствия, новые опасности и препятствия с новыми ощущениями и восприятиями; и далеко внизу в тумане, буквально и образно, лежит наша маленькая грязная Земля, оставленная позади теми, кто на деле “покинул её, чтобы присоединиться к богам”.

И из этого также станет понятно, насколько глупо ведут себя люди, которые просят теософов “поспособствовать их коммуникации с высочайшими адептами”. Только с величайшим трудом можно подвигнуть кого-либо из них нарушить собственное продвижение вмешательством в мирские дела. Рядовой читатель скажет: “Это не богоподобно. Это верх эгоизма…” Но пусть он поймёт, что адепт, стоящий на очень высокой ступени, взяв на себя труд по изменению мира, непременно должен будет подвергнуться воплощению. И является ли результат всего того, что уже делалось, достаточно обнадеживающим, чтобы побудить к повторной попытке?

Глубокое обдумывание всего написанного нами даст теософам представление, что они требуют, прося предоставить им возможность практического овладения “высшими силами”. Ну что же, здесь – выражаясь настолько ясно, насколько это способны передать слова – ПУТЬ… Способны ли они ступить на него?

Не следует скрывать, что неожиданные для простого смертного опасности, соблазны и враги также преграждают путь неофита. И не ради прихоти, а по той простой причине, что он, на деле приобретающий новые чувства, ещё не имеет опыта их использования, и никогда прежде не видел того, что видит теперь. Человек, рождённый слепым и внезапно наделённый зрением, не сразу поймёт относительность расстояния и, подобно ребёнку, однажды может вообразить, что достанет Луну, а в следующий раз схватит тлеющий кусок угля с самой безрассудной уверенностью.

А что, позвольте спросить, может компенсировать это отрицание всех удовольствий жизни, хладнокровный отказ от всех земных интересов, это преследование неизвестной цели, кажущейся всё более и более недосягаемой? Ибо, в отличие от некоторых антропоморфных учений, оккультизм не предлагает своим приверженцам вечно продолжающийся рай материальных удовольствий, в котором человек сразу же очутится, стремительно перескочив через могилу. Как часто оказывалось на практике, многие были бы готовы умереть прямо сейчас ради рая в загробной жизни. Но оккультизм не предлагает такой перспективы дешёвого и сразу же обретаемого бытия в безмерном удовольствии и мудрости. Он только обещает его продление, простирающееся через последовательные арки, скрытые завесами, в беспрерывно восходящем ряду вдоль длинной аллеи, ведущей к НИРВАНЕ. Это продвижение также обусловлено необходимостью того, что новые силы подразумевают новую ответственность, и что способность получать большее удовольствие подразумевает возрастающую чувствительность к боли. Единственный ответ, который можно дать на это, имеет две стороны:

(1) осознание силы есть наиболее утончённое удовольствие само по себе и беспрестанно удовлетворяется в продвижении вперёд новыми средствами её применения и (2), как уже было сказано, – ЭТО единственный путь, где существует хотя бы малейшая научная вероятность избежать “смерти”, обрести вечную память, приобрести абсолютное знание и возможность огромной помощи человечеству, как только адепт благополучно пройдёт поворотный пункт. Физическая и метафизическая логика требует и утверждает тот факт, что часть может познать целое только через постепенное проникновение в бесконечность; и если сейчас что-то может лишь чувствовать, знать и наслаждаться ВСЕМ, то для затерявшегося в Абсолютном Целом, в вихре этого Неизменного Круга, где наше знание становится невежеством, само это ВСЁ отождествляется с НИЧЕМ.

Перевод В. И. Мызникова

Е. П. Блаватская

ЭГОИСТИЧНО ЛИ ЖЕЛАНИЕ “ЖИТЬ”?

Фраза “Жить – жить – жить – должно быть его непоколебимым решением” из статьи “Эликсир жизни”[55] часто цитируется поверхностными читателями, не симпатизирующими Теософскому Обществу, в качестве аргумента в пользу того, что вышеупомянутое учение является самой концентрированной формой эгоизма. Чтобы установить, правы или неправы критики, сначала необходимо уточнить значение слова “эгоизм”.

Согласно утвердившемуся мнению, эгоизм – это исключительная забота о собственных интересах и счастье, величайшая любовь к себе и предпочтение самого себя, которые побуждают человека направлять всю свою волю на достижение собственного интереса, власти или счастья, без учёта интересов других людей.