В холле их с хозяйкой уже ждали ее братья и другая госпожа. Увидев Стива без трусов. Братья разве что не облизнулись.
— Потом потрахаетесь, — недовольно фыркнула другая госпожа. — Сначала до космолета долетим, там будете свои яйца чесать.
Братья ухмыльнулись, но позволили Стиву дойти до кара без рук на гениталиях и заду. В каре Стив встал в привычную позу, оттопырив зад.
Взлетели сразу. Летели молча. Никто из свободных Стива не трогал. А он… Он радовался, что в каре сейчас был полумрак, и никто не видел мокрых дорожек, оставленных слезами. Стоя в привычной позе, Стив плакал. Наверное, первый раз за все время рабства, если нес читать далекого детства, он дал волю эмоциям.
Слишком много всего произошло с ним за последние дни. И внезапно вспыхнувшие чувства к хозяйке сломали ту стену, которую Стив строил в своей душе с детства. Он был ей не нужен, теперь Стив это понял достаточно ясно. Просто прогулка в Космосе перед свадьбой. А потом… потом Стиву нельзя будет даже думать о той, кого он умудрился полюбить…
Братья, похоже, если не боялись Оксаны, то остерегались ее точно, поэтому в каре вели себя спокойно. В космопорте все вместе они пересели в шаттл и уже через пару часов оказались в космолете.
— Разведите всех по комнатам, — приказала Оксана слугам-андроидам и придержала возле себя Алису.
Та стояла рядом, наблюдая, как недовольные братья идут каждый в свою комнату, а Стива уводят отдельно.
— Пойдем в кают-компанию, — Оксана кивнула в направлении одного из коридоров.
До помещения дошли молча, буквально в дверях столкнулись с высоким шатеном, прошедшим мимо них без единого слова. Шатен, как и отчим Алисы, был одет в полностью закрывавшие тело футболку и штаны. В сторону женщин он даже не посмотрел.
— Да, — ответила на невысказанный вопрос Алисы Оксана: садясь в одно из удобных кресел, обитое темно-синей кожей, — бывший раб. Мой муж. Ты, кстати. Предохранялась?
— Зачем? — не поняла Алиса, усаживаясь в кресло напротив. — Рабов же стерилизуют.
— На словах — да. На деле — далеко не всех. Потому гм, и случаются сюрпризы.
Моим уже пять и три.
Алиса открыла рот, вспомнила о младших сестрах, закрыла рот.
— А дети рабов, даже ставших свободными…
— Официально — не рабы. На Диране — рабы. Поэтому твоя мать, скорее всего, и отправила тебя сюда.
Алиса подавилась воздухом, представив сестер в виде рабынь, ублажавшими отца и братьев. Теперь много становилось понятным…
— Твоих братьев слуги отправят спящими в шаттле обратно через полчаса, — между тем продолжала Оксана. — И мы сразу же улетим отсюда. Пока их найдут, пока разберутся, что случилось, мы будем далеко.
— И куда мы…
— Панасак.
Алиса нахмурилась, припоминая. Панасак относительно недавно вошел в Солнечную конфедерацию. Планета считалась закрытой для чужаков и враждебной ко всем, кто пытался проникнуть на ее орбиту.
— А нас пустят? — недоверчиво уточнила Алиса.
Оксана хмыкнула:
— Один из чиновников в Совете Управления Панасаком мой друг детства. Мы постоянно поддерживаем связь. Да и дом у меня там, а не на Диране.
Глава 29
Стив лежал на широкой скамье из пластика, укрытый простыней, и пытался думать. Именно что пытался. Он все еще не мог поверить в произошедшее. Несколько минут назад он очнулся в этой комнате, и врач-андроид сообщил ему, что в его теле больше нет чипа — его вытравили из крови Стива, заодно вколов ему сильное обезболивающее. Он не раб. У него нет вольной, и официально его могут преследовать, но на определенных планетах, насколько слышал Стив, могли жить и беглые рабы.
Вот только нужна ли была Стиву такая жизнь? У него, потомственного раба, может, и получилось бы вести обычную жизнь свободного человека. Но…
Но Стив отчаянно не хотел жить вдали от своей теперь уже бывшей хозяйки, пусть и свободный. Сердце разрывалось на части при одной только мысли о том, что он ей больше не нужен. Да и зачем ей, богатой, молодой, красивой, бывший раб с искалеченной психикой?
Дверь скрипнула. Стив по привычке напрягся.