Усоногий рак Чарльза Дарвина и паук Дэвида Боуи. Как научные названия воспевают героев, авантюристов и негодяев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наука и сохранение природы так сильно зависели от ее деятельности, что ее роль трудно переоценить. В марксистскую эпоху правительство Мадагаскара очень подозрительно относилось к чужакам, и европейским или североамериканским исследователям было почти невозможно получить разрешение на въезд в страну или проведение исследований. Даже фотографирование было сопряжено с бюрократией: на выезд из страны с фотографиями, сделанными на Мадагаскаре, исследователю требовалось разрешение Министерства культуры. Мадам Берта помогала иностранным ученым, главным образом приматологам, но и многим другим, приезжать на Мадагаскар, чтобы изучать его фауну. Она была тем самым человеком, кто мог посодействовать в получении разрешения на исследования, и использовала связи в правительстве, чтобы облегчить въезд и передвижения внутри страны. Мадам Берта знакомила исследователей с местными учеными, землевладельцами и волонтерами, и она же помогала вывозить образцы за рубеж для изучения. Она никогда не навязывала приезжим ученым соавторства или чего-то подобного, так что официального признания она не получала, но ее работа была бесценна.

Без мадам Берты, несомненно, присутствие иностранной науки на Мадагаскаре было бы почти невозможно. Но самой важной ее ролью было обучение молодых малагасийских ученых и защитников природы, эти кадры и составляют ее истинное наследие. Конечно, не все студенты, проходившие через ее кафедру или посещавшие занятия в Университете Мадагаскара, делали карьеру в области науки или охраны природы, но очень многие из них пошли по этому пути. Кроме того, она готовила десятки аспирантов, в основном в области приматологии. Она особенно старалась соединить местных студентов с иностранными учеными и наоборот, чтобы и те и другие могли извлечь выгоду из перспектив международного сотрудничества. Ее студенты и аспиранты сегодня занимаются охраной природы по всему Мадагаскару; многие внесли свой собственный вклад в науку.

Мадам Берта преподавала не только естественную науку – биологическую антропологию, но и этику науки и природоохранной деятельности. Ее аспирант Иона Рацимбазафи говорит об этом так: «Для нас она была не только преподавателем, мадам Берта была нам как мать. Она приучила нас к ответственности и помогла… стать хорошими гражданами. Ее мечтой было построить профессиональный учебный центр на Мадагаскаре… чтобы обеспечить выживание уникального сокровища Мадагаскара – лемуров. Ростки, которые она посадила, будут расти вечно»[99]. В 1994 г. мадам Берта основала научно-исследовательскую группу по изучению приматов, или GERP (Groupe d’étude et de recherche sur les primates). Сегодня GERP – основная движущая сила изучения и сохранения лемуров на Мадагаскаре, а Иона Рацимбазафи – ее генеральный секретарь.

Короче говоря, мадам Берта была путеводной звездой для целого поколения малагасийских исследователей и защитников природы, проводником для той помощи, которую десятилетиями оказывали иностранные ученые в области научных исследований и подготовки кадров на Мадагаскаре. Присвоив лемуру название Microcebus berthae, Расолоарисон, Гудман и Ганцхорн воздали должное ее усилиям. Гудман и Ганцхорн – иностранные ученые, которые без мадам Берты не смогли бы работать на Мадагаскаре, а Расолоарисон – ее студент. Вот как они объяснили выбор названия для нового вида лемуров: «Мадам Берта – под этим именем ее знают сотни иностранных исследователей, работавших на Мадагаскаре в течение последних 25 лет, и без преувеличения тысячи малагасийских студентов Университета Мадагаскара в Антананариву – была одной из главных сил в развитии малагасийской зоологии, и в частности приматологии»[100]. Имя мадам Берты идеально подходит мышиному лемуру, а мышиный лемур идеально подходит ей.

Расолоарисон и его коллеги с огромным удовольствием назвали лемура в честь мадам Берты, но, судя по всему, мадам Берта радовалась этому обстоятельству еще больше. Она часто говорила об этом со смесью гордости, восторга и изрядной долей самоиронии. Она была маленькой, полной женщиной, и ее, казалось, особенно забавляло, что M. berthae – самый маленький примат на Земле. Коллеги вспоминают, как она показывала на фотографии своего лемура со словами вроде: «Это, понимаете ли, самый маленький примат в мире» – и, скромно потупившись, делала многозначительную паузу. У нее была престижная университетская должность, связи в правительстве и большая власть, но она не упускала возможности пошутить над собой. К сожалению, положение Microcebus berthae в дикой природе – далеко не шуточное. Популяция этих приматов находится под угрозой исчезновения, и чириканье в сумерках слышится все реже. Считается, что осталось около 8000 взрослых особей в нескольких лесах, занимающих площадь менее 500 кв. км (что равно всего одной шестой площади Род-Айленда, самого крошечного из штатов США). Тринадцать других видов мышиных лемуров тоже находятся под угрозой исчезновения, и еще четыре имеют статус «уязвимые». Бедственное положение животных – обычное явление для Мадагаскара. Это одна из беднейших стран мира, и люди выжимают из природы все что можно в поисках средств к существованию. Леса сжигаются, расчищаются и делятся на участки; почвы деградируют и подвергаются эрозии, и реки текут к морю, красновато-бурые от взвеси; на животных массово охотятся ради еды или продажи в качестве домашних питомцев, а инвазивные виды, такие как азиатские жабы, тилапии и деревья гуавы, вытесняют местных обитателей.

На Мадагаскаре исчезновение видов – не теоретическая концепция: волна вымираний началась здесь сразу после заселения острова людьми еще 2000 лет назад. Первыми жертвами стали впечатляющие гиганты вроде больших ленивцевых лемуров (самый крупный весил 160 кг, почти как горилла) и эпиорнисов, «слоновых птиц» (некоторые весили до 700 кг и достигали 3 м в высоту). И те и другие вымерли – скорее всего, были истреблены людьми – около 1000 лет назад. За ними последовали десятки других видов, больших и малых. Среди них, конечно, были и те, что носят имена в честь людей. Возьмем, например, мадагаскарскую кукушку Делаланда, Coua delalandei. Это название ей дал в 1827 г. голландский зоолог Коэнраад Темминк в честь Пьера-Антуана Делаланда. Делаланд (1787–1823) был французским естествоиспытателем, который совершил двухлетнюю экспедицию в Южную Африку с целью сбора образцов. Он прислал в парижский Музей естественной истории больше 19 000 образцов африканской флоры и фауны. Среди них были 2000 птиц, 10 000 насекомых, 6000 растений и полный скелет 23-метрового южного гладкого кита, тушу которого Делаланд препарировал два месяца, несмотря на «ужасающую вонь и опасность заразиться»[101]. Как ни странно, по утверждению Темминка, Делаланд нашел и образец кукушки, в будущем получившей его имя, но это кажется маловероятным. Делаланд собрал много образцов птиц, но мадагаскарские кукушки обитали только на острове Нуси-Бураха у северо-восточных берегов Мадагаскара, а в отчете Дедаланда о южноафриканских экспедициях ничего не говорится о посещении этого острова. Возможно, в конце концов он побывал бы на Мадагаскаре и увидел бы свою кукушку, но его жизнь оборвалась: всего через три года после возвращения из Южной Африки он умер в своем любимом музее в возрасте 37 лет. Оборвалась и жизнь кукушки. К 1850 г. вырубка лесов, чрезмерная охота и появление крыс в Нуси-Бурахе привели к вымиранию этого вида, и теперь птицы, носящие имя Делаланда, представлены только в виде костей. Имя «Мадам Берта» пока что увековечено в названии живых существ из крови и плоти, в блеске их глаз и чирикающих звуках в лесу, по крайней мере на момент написания этой книги. Но нет никакой гарантии, что ее мышиный лемур не исчезнет с лица земли вслед за кукушкой Делаланда.

Гарантий на их спасение нет, но есть надежда. Проблема сохранения биоразнообразия Мадагаскара вызывает широкий общественный резонанс. Экотуризм стал играть важную роль в экономике страны, обеспечивая финансовые ресурсы и создавая стимул для сохранения природных территорий и населяющих их существ. Деньги на защиту природы хлынули в страну, и природоохранные организации по всему миру предпринимают усилия по спасению мышиного лемура мадам Берты и его соотечественников. На Мадагаскаре действуют и организации, которыми руководят или в которых работают местные защитники природы, учившиеся у мадам Берты или ее бывших студентов. Научные исследования продолжаются, и сегодня малагасийские ученые и их коллеги со всего мира работают в тесном сотрудничестве. И в этом опять же проявляется влияние мадам Берты: многие из малагасийских участников исследований учились у нее, а некоторые иностранные участники начинали свою деятельность на Мадагаскаре при ее содействии. В результате на Мадагаскаре каждый год обнаруживаются новые виды, а о ранее известных мы узнаем все больше и больше. И то и другое крайне важно, потому что все попытки сохранить виды без знания их природной среды обитания, распространения и поведения сродни блужданию в темноте на ощупь. Природа Мадагаскара, его флора и фауна все еще находятся под серьезной угрозой, но мы знаем, что нужно делать, и уже приступили к работе. Если мы добьемся успеха – и мышиные лемуры мадам Берты будут щебетать в сумерках еще много лет и веков, – это будет во многом благодаря энтузиазму и энергии самой мадам Берты, которая оставила нам в наследство не только научные труды, но и множество подготовленных специалистов.

Так что в названии Microcebus berthae кроется множество смыслов. Оно рассказывает нам историю о мадам Берте и ее наследии, о том, как она связана со «своим» мышиным лемуром и с учеными – малагасийскими и западными, которые дали ему научное название. Ее историю можно рассказывать каждый раз, когда упоминается это название, – и это замечательно, потому что история мадам Берты достойна того, чтобы о ней помнили. И она находится в хорошей компании. Тысячи историй скрываются за тысячами латинских названий, в книге мы затронули только малую часть из них. От Сида Вишеса до Ричарда Спруса, от Уильяма Сперлинга до Чарльза Дарвина, от Конрада Исберга до Прасанны Дхармаприйи, от Пьера-Антуана Делаланда до Берты Ракотосамимананы – названия, данные в честь всех этих людей, сплетают мир воедино. Они могут многое рассказать не только о животных и растениях, носящих эти названия, и о людях, в честь которых они даны, но и о мировоззрении и личности ученых, которые эти названия придумывают.

Позор и героизм, безвестность и славу, ненависть и любовь, утрату и надежду – все это можно найти в латинских названиях.

Примечания

Предисловие

Источники и дополнительная литература

Byatt, A. S. 1994. “Morpho Eugenia,” in Angels and Insects. New York: Vintage Books.

Kastner, Joseph. 1977. A Species of Eternity. New York: Alfred A. Knopf.

Rasoloarison, Rodin M., Steven M. Goodman, and Jörg U. Ganzhorn. 2000. “Taxonomic revision of mouse lemurs (Microcebus) in the western portions of Madagascar.” International Journal of Primatology 21, no. 6: 963–1019.

Yoder, Anne D., David W. Weisrock, Rodin M. Rasoloarison, and Peter M. Kappeler. 2016. “Cheirogaleid diversity and evolution: Big questions about small primates.” In The Dwarf and Mouse Lemurs of Madagascar: Biology, Behavior and Conservation Biogeography of the Cheirogaleidae, edited by Shawn M. Lehman, Ute Radespiel, and Elke Zimmermann, 3–20. Cambridge: Cambridge University Press.

Giller, Geoffrey. 2014. “Are we any closer to knowing how many species there are on Earth?” Scientific American. Springer Nature. April 8, 2014. https://www.scientificamerican.com/article/are-we-any-closer-to-knowing-how-many-species-there-are-on-earth/.

Grothendieck, Alexander. 1985. Récoltes et semailles: Réflexions et témoignages sur un passé de mathématicien [Harvests and sowings: Reflections and testimonies on a mathematician’s past]. Université des Sciences et Techniques du Languedoc, Montpellier, et Centre National de la Recherche Scientifique. Accessed May 31, 2017. lipn.univ-paris13.fr/~duchamp/Books&more/Grothendieck/RS/pdf/RetS.pdf.

Johnson, Kristin. 2012. Ordering Life: Karl Jordan and the Naturalist Tradition. Baltimore: Johns Hopkins University Press (especially with respect to trinomials, Chapter 2, “Reforming Entomology” and Chapter 3, “Ordering Beetles, Butterflies, and Moths”).

Lewis, Daniel. 2012. The Feathery Tribe: Robert Ridgway and the Modern Study of Birds. New Haven: Yale University Press (especially with respect to trinomials, Chapter 6, “Publications about Birds”).

Moss, Stephen. 2018. Mrs. Moreau’s Warbler: How Birds Got Their Names. London: Faber and Faber.

Stearn, William Thomas. 1959. “The background of Linnaeus’s contributions to the nomenclature and methods of systematic biology.” Systematic Zoology 8, no. 1: 4–22.

Wright, John. 2014. The Naming of the Shrew: A Curious History of Latin Names. London: Bloomsbury Publishing.

Burkhardt, Lotte. 2016. Verzeichnis Eponymischer Pflanzennamen [Index of Eponymyic Plant Names]. Botanic Garden and Botanical Museum Berlin.

Figueiredo, Estrela, and Gideon F. Smith. 2010. “What’s in a name: Epithets in Aloe L. (Asphodelaceae) and what to call the next new species.” Bradleya 28: 79–102.

Lewis, Daniel. 2012. The Feathery Tribe: Robert Ridgway and the Modern Study of Birds. New Haven: Yale University Press (Chapter 5, “Nomenclatural Struggles, Checklists, and Codes”).

Turland, Nicholas J., John H. Wiersema, Fred R. Barrie, Werner Greuter, David L. Hawksworth, Patrick S. Herendeen, Sandra Knapp, Wolf-Henning Kusber, De-Zhu Li, Karol Marhold, Tom W. May, John Mc-Neill, Anna M. Monro, Jefferson Prado, Michelle J. Price, and Gideon F. Smith (eds.). 2018. International Code of Nomenclature for Algae, Fungi, and Plants (Shenzhen Code) Adopted by the Nineteenth International Botanical Congress Shenzhen, China, July 2017. Regnum Vegetabile 159. Glashütten: Koeltz Botanical Books. https://doi.org/10.12705/Code.2018.

International Commission on Zoological Nomenclature. 1999. “International Code of Zoological Nomenclature, 4th ed.” The International Trust for Zoological Nomenclature. http://www.nhm.ac.uk/hosted-sites/iczn/code/.

Winston, Judith E. 1999. Describing Species: Practical Taxonomic Procedure for Biologists. New York: Columbia University Press.

Aiello, Tony. 2003. “Pierre Magnol: His life and works.” Magnolia, the Journal of the Magnolia Society 38, no. 1: 1–10.

[99] Иона Рацимбазафи, электронная переписка с С. Хёрдом, 2 ноября 2018 г.

[100] Rasoloarison et al. 2001:1004.

[101] Delalande 1822:5.