— Фламандка!.. — воскликнул Олоннэ. — И твой смертельный враг тоже ведь фламандец.
— Что ты хочешь сказать этим? — спросил, бледнея, корсар.
— Я подумал, что она может оказаться и в родстве с Ван Гульдом.
— Бог мой! — вымолвил корсар слабеющим голосом. — Это невозможно…
Олоннэ остановился в тени хлопкового дерева и пристально посмотрел на корсара.
— Что ты на меня уставился? — спросил тот.
— Я думаю о твоей фламандке, но никак не могу понять, почему ты так взволнован. Ведь на тебе лица нет!
— Я поклялся уничтожить всех Ван Гульдов до последнего!
— Ну и прекрасно, покончи с нею, и дело с концом.
— С ней!.. О нет!.. — воскликнул с ужасом корсар.
— Тогда, значит… — заметил, поколебавшись, Олоннэ.
— Что?
— Не будь я Олоннэ, если ты не влюбился в свою пленницу.
— Замолчи, Пьетро.
— С какой стати? Разве для флибустьера позор полюбить женщину?
— Нет, но я чувствую, что она сыграет роковую роль в моей судьбе, Пьетро.
— Тогда предоставь ее самой себе.
— Поздно.
— Ты ее сильно любишь?
— Безгранично.
— И она тебя?
— Мне кажется…
— Прекрасная пара, ничего не скажешь!.. Синьор Рокканера может породниться только с великосветской дамой!.. Вот уж чего не сыщешь в Америке, да еще под пару флибустьеру… Ладно, друг мой, давай опрокинем стаканчик за здоровье твоей фламандки!
Глава XVII
Дом Черного Корсара
Жилищем знаменитому флибустьеру служил небольшой деревянный домик, наскоро сооруженный и покрытый, по обычаю островных индейцев, сухими листьями. Внутри, однако, он был весьма уютен и обставлен довольно богато.
Расположен он был в полумиле от городка, на опушке леса, в красивом и спокойном месте, окруженном высокими пальмами, в тени которых всегда было прохладно.
Олоннэ провел корсара в комнату на нижнем этаже с окнами, затянутыми циновками, и усадил в бамбуковое кресло. Затем он велел одному из слуг принести испанского вина, попавшего к нему в погреб скорей всего с какого-нибудь вражеского судна, и, раскупорив бутылку, наполнил стаканы.
— За твое здоровье, кабальеро, и за прекрасные глаза твоей дамы, — произнес он, чокаясь с гостем.
— Я хотел бы, чтобы ты выпил за успех нашего предприятия, — возразил корсар.
— Все будет в порядке, мой друг, обещаю отдать тебе в руки убийцу двоих твоих братьев.