— Ничего не заметно.
— Вот и я об этом. Но посмотри на себя. Ты самый красивый парень, которого я видел за последние годы, у тебя ловкие длинные пальцы, ты умеешь рисовать, а значит, можешь обучиться и профессии визажиста, и твои шикарные волосы просто твоя визитная карточка. Я думаю, ты справишься. Два клиента у тебя уже точно есть. Тебя с твоими данными точно возьмут, тем более я попрошу за тебя, да и твоя стрессоустойчивость тоже отличный помощник в этой профессии. Как тебе моя идея?
— Просто блеск, — прошептал парень, начиная нетерпеливо возиться, — но сколько стоят эти курсы? У меня осталось немного денег от продажи дома, но…
— Райли, сынок, не волнуйся об этом, твоя задача выучиться, а за остальное не беспокойся. Я оплачу курсы, даже смогу разрешить тебе пожить с нами, пока ты не начнёшь получать деньги за свою работу, но я могу поселить тебя к себе при одном условии, и ты знаешь каком.
Райли приподнялся, бросая на доктора Чилтона такие признательные и преданные взгляды, что тот на секунду подумал, что он ошибся и Ганнибал был прав, и парню действительно нужен лишь покровитель.
— Фредди, я всё понял, я не такой уж и дурак. Это всё равно должно было скоро закончится, я и Ганнибал — это просто нелепость.
— Рад, что мы договорились. Ты слишком молод, и у тебя вся жизнь впереди, а мы всегда будем рядом и протянем руку помощи. Раньше я не лез в его дела, но теперь я имею на это право, и не позволю никому портить нам жизнь. Мы договорились? Я могу быть спокоен? Мне звонить своей знакомой?
— Вы такой классный, Фредди, — прошептал Райли, неуклюже пододвигаясь ближе, и укладываясь на дружески подставленное плечо. — Это было бы просто здорово. Как вы думаете, я справлюсь?
— Ну пока ты легко справлялся со всем, что на тебя сыпалось, так что парикмахерские курсы — это просто семечки для тебя. Я знаю способы обучения моей знакомой. Она даже не учит их на манекенах, а возит по больницам и тюрьмам, где они сразу стригут реальных людей. Кто-то сливается уже на этой стадии, а ты, ты проскочишь это задание с улыбкой. Не подведи меня, Райли, и всё в твоей жизни наладится.
— Ни за что не подведу, — горячо пообещал парень. — Вы ещё будете ко мне записываться в очередь.
— Что, и никаких поблажек? — усмехнулся Чилтон.
— Я подумаю.
— Маленький хитрюга. Так. Мне пора на работу, а ты постарайся поменьше двигаться и больше пить жидкости. Ганнибал покормит тебя. Да, и меряй температуру каждые два часа, и если поднимется выше тридцати восьми, то сразу же звоните мне. Ты можешь перелечь в зал на диван и смотреть там телек. Привезти тебе чего-нибудь вечером?
— Можно мне игровую приставку?
— Можно, но пока как ты будешь играть одной рукой? Я привезу тебе планшет с лёгкими игрушками. Сиди, пазлы собирай там, или ракушки в ряды складывай. Всё, я помчался. До вечера, Райли, и не прощай Ганнибала сразу, пусть помучается немного.
Фредди уехал на работу, а Ганнибал набрался храбрости, и, делая вид, что всё нормально, заказал куриный бульон и чайник с зелёным чаем для своего подопечного. Райли уловил момент, когда смог ухватить Лектера за руку и успокаивающе её пожал, давая своё прощение и устанавливая мир в отношениях. К вечеру они снова стали теми, кем были до этого — добрыми друзьями, и Фредди удалось убрать сексуальную подоплёку в их связи. Райли уже мечтал скорее поправиться и начать учиться парикмахерскому делу, а Ганнибал был рад, что эта вся игривость исчезла навсегда. Он никогда не любил и не хотел Райли, и с облегчением выдохнул, когда эта тема закрылась.
Фредди приезжал каждый вечер, привозя с собой мягкие игрушки для Райли и сладости для Ганнибала. Через неделю они сняли бинты, но рану на груди продолжали ещё обрабатывать и заклеивали её куском пластыря. Синий Райли постепенно пожелтел, и через две недели снова стал самим собой, красивым и веселым мальчиком. Лёгкий отёк вокруг носа ещё был, но к концу третьей недели прошёл и он. Ганнибал и Чилтон выбирались из номера каждый вечер, гуляя по ночному городу и отстранённо беседуя обо всём подряд, но дальше поцелуев они так и не сдвинулись.
Бедный Фредди сопротивлялся как мог, и те несколько раз, когда Лектер смог затащить его в постель, он сбегал оттуда, ссылаясь на то, что за стеной Райли, или ему пора ехать домой к дочери. К концу третьей недели, подговорённый Ганнибалом, Райли сам ушёл погулять по отелю, и Лектер смог запихать перепуганного Фредди к себе под одеяло, но у них опять ничего не вышло. Они даже разделись догола, много целовались, и когда Ганнибал упал на спину и попросил трахнуть его как следует, Фредди нечаянно кончил, успев лишь прикоснуться к его заднице. Френдзона никак не ломалась. Лектер, смеясь, попытался снова поднять его член, но тот падал в его руках, и опозоренный Фредди попытался сбежать из номера в чём был. Оказалось, трахнуть своё божество не так-то просто, даже если кроме тебя никто так не считает. Ганнибал выловил его в гостиной и попытался завалить на диван, но Чилтон почти ревел от стыда и унижения, и им пришлось оставить эту затею.
Немного поразмыслив, Лектер, которому уже начало это надоедать, набрал коньяка и припёрся к Фредди в офис, где они напились по-домашнему и наконец-то переспали на крохотном диванчике. Алкоголь, как и во многих подобных случаях, им помог, и Чилтон смог отодрать своего любимого, который упирался одной рукой в пол, а второй держался за низкую спинку, стараясь не вылететь с дивана, пока Фредди безумно и дико его трахал, вцепившись руками в его волосы. Ганнибал был голоден до секса, он слишком долго был один, и, обхватив Чилтона ногами за талию, он позволил себе бесстыдно наслаждаться хорошим и крепким членом, который, как отбойник, вдалбливал его в бедный диванчик. Через час они сменили позиции, и это помогло им найти гармонию в отношениях, и они, наконец-то, смогли начать делать это на трезвую голову. Секс всегда был для него прост и понятен.
Все темы, поднятые ими, были тщательно обговорены и обдуманы. Чилтон подал на развод с Аланой Блум, которая оказалась очень милой женщиной, и даже несколько раз приезжала в ним в гостиницу, чтобы познакомиться поближе с тем, кто разбил сердце её фиктивному мужу. Райли окончательно поправился, всё больше гулял по Берлину, но по-прежнему не отходил далеко от своих отцов, которые пытались найти ему пару и определить его сексуальную ориентацию. Хотя Фредди и намекал, но Ганнибал наотрез отказался переезжать к нему и знакомиться с Мишей до тех пор, пока он не разберётся с Гансом. Решив не обманывать своего будущего мужа, Лектер долго мучился в размышлениях, но всё-таки решился рассказать ему о том, что он планирует не просто убить своего последнего врага, но долго его мучить и съесть столько, сколько сможет. Если Фредди после этого от него сбежит, значит, так тому и быть, но к его удивлению, тот лишь рассмеялся, уверяя Ганнибала, что давно об этом догадывался, и что готов присоединиться к этой странной трапезе.
Чилтон снял дом на окраине города на месяц и дал добро на отслеживание Ганса и его истребление, рьяно изъявляя желание быть всё время рядом и помогать, чем сможет. Они закрепили этот договор бешеным сексом на крыше гостиницы, и Ганнибал отправился на поиски своего последнего врага.
Выследить Ганса не составило труда, учитывая тот факт, что он и не думал скрываться. Он работал в пиццерии уборщиком, и Лектер пообедал там, аккуратно рассматривая этого ублюдка. Это был жирный, лысый достопочтенный немец, с пивным животом, запахом чеснока, тухлой жизнью и плохим зрением. Ганнибалу недавно исполнилось сорок шесть, и оказалось, что этот Ганс старше его всего на пятнадцать лет. Значит, при убийстве его сестры ему было тридцать. Лектер сидел за столиком, поглощая стрёмную пиццу, и смотрел на того, кого искал долгие годы. Почему-то ему казалось, что всё должно происходить, как в компьютерной игре. Последний враг, то есть босс, должен быть самый сильный и опасный, и неосознанно готовился к серьёзной схватке, но, увидев перед собой немощного и полуслепого толстяка, даже немного растерялся. Огромная лавина чувств захватила его сознание: ненависть, жалость, презрение, отвращение — и он вдруг понял, что не хочет жрать этого вонючего урода, как будто у него вышел срок годности и он был просрочен, как враг. Это был просто жалкий старик.
Ганнибал неделю следил за ним и его убогой жизнью. У Ганса была дочь, которая вышла замуж за какого-то беженца, и они выкинули старика из его же собственного дома, отобрали его пенсионный счёт, и сейчас он жил в разрушенной лачуге на краю города, подрабатывая уборщиком в кафе. Оказалось, что это произошло буквально в последние месяцы, и Лектеру показалось, что, убив его, он сделает ему одолжение. Даже если он убьёт его дочь, он всё равно не сможет причинить ему боль, и это путало его мысли ещё больше.
Впервые в жизни Ганнибал не знал, что делать.
В назначенный вечер к нему приехал Фредди, в чёрном спортивном костюме и чёрной шапочке, чем вызвал неподдельную улыбку у Лектера, и несмотря на сомнения, они отправились в гости к Гансу.
Комментарий к 26. Налаживание отношений.
Вот как-то так Ганнибал обнаружил своего врага. Достоин ли человек прощения, если он стал старым и немощным, а жизнь наказала его уже и без вас?
========== 27. Ганс. ==========
К убийству Ганса Фредди подготовился основательно и педантично, как прилежный ученик и рьяный помощник. Дом на окраине города, который он снял для казни, был с огромным земляным подвалом и просторной кухней, а когда они вышли на «дело», недалеко от отеля их ждал мотоцикл без номеров и два чёрных шлема. Чилтон был сурово сосредоточен, когда завёл байк и рванул с места, а растерянный Ганнибал, послушно вцепившийся в своего бойфренда, до сих пор не решил, что ему делать.
Десятки вариантов казни крутились в его голове годами, и всё они должны были причинить боль поганому ублюдку, но дряхлый и убогий старик, вытирающий столы в дешёвой кафешке, вызывал отторжение. Он не мог представить, что его смерть или его плоть доставят ему радость. Возникали варианты ослепить, изувечить, сделать инвалидом, отрезать ноги или отрубить руки, но почему-то он не мог представить себя, делающим это под доверчивым взглядом Фредди. Его будущий муж заражал его добротой и отзывчивостью, становясь каким-то невообразимым примером для него, как что-то святое и безгрешное, близкое к богу, тем, на кого ему хотелось быть похожим. Он не любил Фредди со страстью и головокружением, как любил Уилла, о котором продолжал думать почти каждый день, но он испытывал к нему уважение и настоящее душевное влечение. Ганнибал признал его своей парой и теперь должен был считаться с его мнением и его чувствами.