Если бы вместо Когтеврана здесь был Слизерин, то колкость стала бы предметом смеха. Благо, ребята были сдержанными и понимающими, уже привыкли, наверное.
— Круциатус, как вы знаете, — последняя фраза была выделена вспышкой гнева, и отправлена с суровым взглядом гриффиндорке, — одно из трёх «Непростительных заклятий».
Лицо девушки чуть покраснело, сердце ушло в пятки, без малейшего желания вернуться. С каких пор он настолько жесток к студентам? Или это дает о себе знать тот факт, что подобного отношения к себе Миона не терпела всё лето? Сзади спину волшебницы кто-то из мальчиков стал поглаживать в жесте успокоения, как гладят плачущего ребенка или маленького котенка.
— Применение его к человеку карается заключением в Азкабан, — мужчина сел за свое рабочее место и взор его ходил по головам студентов.
Профессор продолжил повествование, наслаждаясь покорной тишиной. Где-то шкрябало перо, иногда слышались тяжелые вздохи измученных ребят. Часов не было, поэтому шестикурсники могли полагаться только на достоверность своих биологических, что приносило мало толку. Время тянулось, как застывшая смола. Под конец пары Снейп задал работу по учебнику, а сам принялся за стопку непроверенных работ.
Звонок был глотком воздуха для студентов. Все поспешно покидали класс, в надежде больше сюда не возвращаться. Тщетно, конечно.
— Два свитка про историю этого заклятия. Каждый, — на лице его не было ни одной эмоции, только средний палец стучал по деревянной поверхности.
— Э-э, — хотел возразить Гарри, но Северус уже исчез, доносился только удаляющийся стук шагов, — сегодня тренировка по квиддичу… А завтра игра…
Боевой дух упал на самое дно, это ощущалось почти физически. Понимая, как важно это для ребят и в целом для команды, Гермиона выдохнула:
— Я помогу вам.
— Гермиона! — в глазах обоих промелькнула надежда. — Ты самый лучший человек!
— Спасибо, Рональд.
Последней парой были заклинания, по окончанию которых гриффиндорцы рядели.
Волшебница побрела в свою комнату, но на лестнице её перехватила профессор Макгонагалл, сообщая, что сегодня после ужина она должна зайти к ней. Поинтересовалась, ушли ли ребята на поле, и с чувством выполненного долга, продолжила свой путь. Зеленая мантия слегка развивалась, женщина явно не ощущала себя на свои годы. А какие, между прочим, её годы?
«Круцио — мучительное заклинание, заставляет чувствовать ужасную боль. Одно из непростительных заклинаний. Сил заклинания зависит от злости и от желания навредить волшебнику.» — начиналось эссе ведьмы. Было пролистано сотни листков пыльных книг, тысячи строк было выловлено из воспоминаний. В библиотеке не было ни единой души, только Миона и её мысли. Стеллажи стояли вековыми хранителями, коими осыпано было всё место. К сожалению, книги не имеют фотосинтеза, из-за чего спертый воздух заполонял пространство, ограничивая возможность дальнейшего времяпровождения тут. Из состояния сосредоточенности девушку вывели точка в конце второго пергамента и ужасная боль в висках.
На ужине присутствовал весь Хогвартс, кроме мальчишек, наверное, не хватило сил спуститься вниз. Попросят Добби принести еду, такое уже практиковалось. Тем временем боль не унималась, обостряя ощущения девушки. Холодная лавка, запах чего-то сладкого неимоверно выводили из себя, сопровождаясь рвотными позывами. Сумев выпить только кофе, гриффиндорка направилась в кабинет декана. Сотни метров давались тяжелее обычного, но ещё пара шагов и сжатый кулак касается деревянной поверхности — раздается глухое «тук-тук».
— Мисс Грейнджер, с Вами всё в порядке? — Минерва посмотрела на неё поверх очков.
— Просто давление, полагаю, — тяжелый вздох, — спасибо.
У окна стоял директор школы, задумчиво вглядываясь в горизонт. Очки-дольки сверкнули и вот профессор стоял уже лицом ко всем собравшимся, улыбаясь учинице.
— Как вам ваша комната, мисс? — по своему обычаю старик начал с далека.
— Прекрасно, сэр, — слова, что создавали голосовые связки, с болью ударялись в висках. Ткань кресла, на котором сидела девушка, казалось особенно жесткой и неприятной.
— К делу, — тембр голоса выдал человека, скрывающегося в тени.
—Профессор, спешка ни к чему, — Альбус вновь повернулся к Гермионе — Не хотели бы Вы посещать дополнительные занятия по зельеварению и защите от темных искусств, которые будет вести профессор Снейп?
«Да-да, только этого я и хочу», — сарказм разливался по сознанию.
— Извините, а зачем? — мягкий голос прекрасно вливался в обстановку.
— Для подготовки к ЖАБА, и прочим успехам, — раздраженно вставил Северус.
— Новые знания никогда не повредят, — хитрая улыбка легла на губы Дамблдора.
Последовала пауза, девушка не хотела что-либо отвечать, ибо аргументы звучали не очень-то и правдоподобно. Томный вздох прервал наростающую неловкость.
— Как Вы смотрите на то, чтобы в конце года пройти некий экзамен для подтверждения статуса «Самой умной ведьмы столетия»? — Макгонагалл слегка нервничала, она то и дело поправляла складки на рукавах одежды.
—А…ой, — пискнула волшебница и щеки покрылись румянцем.- Почему только эти предметы?