***
Ночью на одном из коротких привалов мы распивали горячий чай в мрачной тишине. Все-таки вояки были несколько напряженными в моём присутствии и держали себя в ежовых рукавицах, ожидая от меня какой-либо подлянки, как бы я не демонстрировал своих дружелюбных намерений. Они даже не догадывались о том, что я немного позаимствовал песка из их пустыни, на постройку нескольких туристических пляжей должно хватить.
Может, дело было в акулей улыбке? Или в кроваво-красный глазах, что порой светились мистическим ужасающим светом. Особенно вздрагивал самый юный паренёк в компании, который начитался чего-то такого про вампиров и сейчас активно менял приорететы в своём разуме.
В том, что магические твари навроде вампиров могут существовать, я, кажется, смог его убедить парой двусмысленных фраз. Не то, чтобы мне хотелось портить миссию своими неудачными шутками, но такого простака не подколоть было зазорно. Даже Миса незаметно хихикала над парнем и его страхами. До чего же забавные ребята. Удивительно, но книги по вампирам и прочим монстрам тут были, пускай и в некой специфичной манере укуренного японца. Возможно, в будущем стоит заняться написанием книг? Хотя сейчас явно не время вспоминать о подобном.
Так вот, сижу я, пью горячий сладкий чай. Рядом со мной Миса занимается тем же самым, в нескольких метрах от нас находилась команда Суны. И вот, решив что-то для себя, Темари собирается с духом и подходит к нам.
— Хаку-сан, — начала девушка уважительно, привлекая к себе все общее внимание, после чего выдохнула все свои переживания и продолжила спокойным тоном: — Я хотела бы поблагодарить вас за своего младшего брата. Спасибо, что помогли ему.
Молодая девушка поклонилась, показывая высочайшую признательность и уважение ко мне. Неплохо, я думал, она не решится на подобное, видимо, семья для девушки имеет крайне большое значение. И, вроде, Темари не много сказала для лишних ушей, но все, кому надо, поняли.
— Всегда пожалуйста. Кстати, не будет проблемой, если ты расскажешь, как он поживает? — заинтересованно произношу.
Мне действительно было интересно, как сейчас поживает джинчуурики Однохвостого. Взглянуть, так сказать, на последствия своих действий. Как же давно это было, удивительно, как быстро летит время.
Девушка от моего вопроса кидает озадаченный взгляд на своего капитана, после чего, получив кивок, продолжает говорить:
— Гаара… Он изменился…
Глава 22: Деревня, скрытая в песках
Как оказалось, Гаара изменился в лучшую сторону. Избавившись от постоянного психологического давления со стороны Шукаку, он в кои-то веки зажил полноценной жизнью. Сон и отдых также помогли мальчишке восстановить душевное здоровье. Он дал шанс своей семье, и они стали куда больше проводить времени. Потихоньку джинчуурики социализировался и становился всё более человечным. Всё словно происходило само собой, самый младший ребёнок почившего Казекаге даже стал демонстрировать свою доброту и другие положительные черты своего характера.
Саму группу генинов Суны после возвращения с миссии в Конохе назначили наставниками для других генинов, даже у Гаары появились ученики, которые его несколько побаивались, но все равно уважали, не зная о его прошлом. Показав свои лучшие стороны, а именно: собранность, спокойствие, адекватность, разумность, превосходные навыки шиноби и даже неплохие навыки преподавателя…
В общем, когда демон перестал капать ему на мозги, джинчуурики вздохнул спокойно и стал жить в своё удовольствие, попутно став быстро продвигаться в своей карьере ниндзя. Уже скоро Гаара будет являться членом совета джоунинов, а дальше, думаю, он без проблем станет первым кандидатом в Казекаге…
Здесь всё шло своим путём даже без Нарутотерапии. Достаточно было только ослабить влияние Шукаку на своего джинчуурики, и какой результат!
Да, мальчишка зря времени не терял…
Темари рассказала мне далеко не всё, но, пользуясь старым добрым чтением мыслей, я узнал куда больше, нежели мне хотели выдать Суновцы. В том числе я узнал и то, о чем они хотели тщательно умолчать… Тайные коды, пароли, шифры и прочие нужные для шпиона знания. У встреченных мною ниндзя была крайне посредственная защита разума, для меня её и вовсе словно не было, а я себя считаю далеко не лучшим менталистом. Хотя, в этом не было ничего удивительного, откуда взяться в этой деревне хорошим менталистам или мастерам фуиндзюцу, которые способны эту самую защиту предоставить или поставить как печать? Удивительно, что защита у них вообще была, пускай и крайне посредственная.
Подобным жестом они старались расположить меня к себе. Торговое соглашение им нужно куда сильнее, чем нам, на этом можно будет сыграть. Изучение глаза Шисуи уже приносит свои плоды, я куда лучше стал понимать и влиять на людей. Даже страшно думать, насколько могущественным я стану, когда как следует разберусь во всём том, что уже успел собрать за столь короткий промежуток времени.
За легкими разговорами ни о чём и моими размышлениями о могуществе, мы продвигались по пустыне в сторону Деревни в Песках, останавливаясь на недолгие привалы каждые два часа.
Забавно, скрытые деревни, о которых все знают, которые отмечены на почти на всех картах и о которых в курсе даже соседние скрытые деревни… Почему в таком случае они все еще называются скрытыми? Возможно, дань уважения прошлому, в те времена, когда их только основали, деревни действительно были скрытыми, и о них никто не знал. Сейчас же… Основной доход скрытых деревень — это работа по найму, проще говоря, люди идут в ту же Коноху для того, чтобы нанять, к примеру, охрану. Объясняют ситуацию, создают заказ, а после администрация отправляет подходящую группу шиноби.
Это является официальной версией для большинства гражданских. В действительности, у каждого скрытого селения, думаю, имеются немало способов альтернативного заработка и применения своих возможностей. В той же Кири, как я слышал, без проблем брались за любые заказы, но в большинстве случаев предпочитали заказные убийства. Последние всегда оплачивались по крайне выгодной цене. В Конохе наверняка торгуют печатями и не спроста там имеется платная медицина. Как я помнил, в Листе даже имеет место быть торговля органами. В Суне изготавливают отличные яды, самые качественные в мире, которыми они не прочь поторговать. И это только первое пришедшее на ум, некоторые влиятельные шиноби, чаще всего главы кланов, содержат своё дело, свой бизнес, который также приносит доходы как хозяину, так и селению. Посредством старых добрых налогов…
Наивные гражданские с Дайме уверены, что ниндзя полностью зависят от них, но это далеко не так. В любых сколько-то важных вопросах, Дайме будут спрашивать в последнюю очередь, а мнение гражданских никогда и никем не учитывается. Все же, овцам не обязательно знать, насколько близко подобрался волк. А разницу в силах подчеркивают все истории, где один ниндзя справлялся с тысячами и даже десятками тысяч обычных воинов.
Добравшись до селения, скрытого в песках, нас чествовали, как дипломатов мирной воли. В принципе, ничего нового в архитектуре я не увидел, обычный такой город в пустыне, только окружен каменной стеной. Нас демонстративно провели по главным улицам, таким образом, чтобы нас заметило как можно больше людей. После, уже разделившись с группой сопровождения, мы побывали на площади, в резиденции Казекаге, где сейчас всем заправляла администрация, она же совет старейшен или же совет джоунинов.
Познакомился с кучей людей, со многими успел поговорить на крайне важные темы, обсудил кое-какие вопросы, несколько раз затрагивали тему торгового соглашения, прощупывая почву под ногами… В общем, к вечеру я уже был полностью морально вымотан. Все-таки работа политика — это не для меня, слишком много подковерных камней и слишком много лицемерия с интригами.
Казалось бы, способности так и предполагают, но разум совершенно не был подготовлен к подобному испытанию. Следить за каждым словом, льстить, подмечать мелочи… И многое другое, связанное с психологией и поиском выгоды, и всё это в дали от своей родины. Только понимание отсутствия подходящих кандидатов удерживало меня в Суне, в противном случае, я бы, наверное, не выдержал подобного испытания, но деваться было некуда.
К вечеру нам выдали апартаменты, и, доверя Мисе свой сон, я отправился в спасительное забытье…
***
— Красиво… — произношу, вставая рядом с красноволосым юношей, что сейчас стоял на колоссальной по своим размерам стене, которая служила природной защитой для Суны.
Пустыню ласкали последние лучи кроваво-красного заката. Легкий ветер трепал волосы. Наши одеяния развевались на ветру. Где-то вдалеке виднелись летающие птицы. Обычный вечер в Суне, обычная красота, для большинства жителей ставшая обыденностью, рутиной. И только мы вдвоем, пережившие немало решений за свою жизнь, могли как следует насладиться этой красотой, этим спокойствием. Всё выглядело столь умиротворяющим, что мне не хотелось прерывать подобную красоту своими вопросами.