Юки Хаку: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я шел по дороге к резиденции Мизукаге в куда более хорошем настроении, чем после своего пробуждения поздней ночью. Югао оказалась довольна голодной до моего внимания, но, несмотря на приносимое девушкой удовольствие, я испытывал двойственные чувства. Это была всего-лишь потребность тела, но мне было бы куда приятней если на её месте была бы Мей. Узуки старалась изо всех сил сделать мне приятно, и, к своему стыду, должен признать, у неё это получилось. После оздоровительной медицины я даже не сильно расстраивался своему поражению Кисаме и легким последствиям истощения, которые быстро прошли, стоило мне только выпить необходимые лекарства и плотно позавтракать. И, тем не менее, произошедшее оставило на мне странные чувства, которые я еще не испытывал за обе жизни.

После небольшой благодарности от Югао, она поведала мне о происходящем в селении. К счастью, пока я крепко спал, проблем на горизонте больше не появилось, всё было спокойно. Дуэт Акацки ушел в неведомые дали, а Кумовцы поменьше наседали на наши границы. Никто больше неожиданно не появлялся с целью атаковать Киригакуре. И, казалось бы, есть время подумать о личной жизни и её проблемах, но стойкое ощущения затишья перед бурей не хотело меня покидать. Райкаге не отступится так просто, увидев неудачу Акацки. Если он про неё вообще узнает, сомневаюсь, что эта парочка будет отчитываться кому-нибудь помимо Пейна и Тоби. К тому же, Акацки нанял Камень, Кумо ничего с их заваленной миссии не потеряла. А значит, скоро нужно ожидать полномасштабное наступление их армии, в которой, наверняка, будет задействован как минимум один джинчуурики и, возможно даже, сам Райкаге.

Но всё это лучше обсудить с Мей… Стоило мне только подумать о ней, как взгляд сам собой зацепился за молодую пару гражданских, что гуляла с ребёнком посреди построенного сквера рядом с главной площадью. Как-то сразу почувствовал себя не очень хорошо. Конечно, то, что я творю с Югао за спиной Мей, не особо принято обществом, что этим, что тем, из которого я пришел. Но, в то же время, и там, и тут, власть имущие могут позволить себе как жену, так и любовницу, особенно когда кланы находятся на грани уничтожения. Но всё это не помогает мне справиться с грызущим чувством вины. Возможно, мне даже немного стыдно, ведь я куда лучше вижу женскую душу и девичьи чувства, чем кто-либо другой на свете.

Но у меня всегда на этот счет было собственное мнение. У мужчины может быть столько женщин, сколько он может прокормить. Разумеется, под этим подразумевается и одеть, защитить, всячески позаботиться, обеспечив им и своим потомкам начальный капитал на дальнейшую жизнь.

Моё первичное воспитание произошло в мире победившего феминизма, или, как там принято считать, равноправия. Вот только никакого равенства или даже равных прав не было и в помине. На то были свои причины, но женщины считались куда более ценными, нежели мужчины, разумеется, прав и привилегий у первых имелось значительно больше. Меня до сих пор злит подобная несправедливость и лицемерие. Жизнь в том мире привила мне крайне твёрдую позицию патриархата и, возможно даже, немного сексиста с очень высокими требованиями к женщинам. Поэтому я не сильно переживал по поводу любовницы, но, все же, чувствовал вину перед Теруми…

Она была тем идеалом, в который можно было влюбиться без оглядки. Пускай даже у неё были свои минусы и желания побыть сверху, но она мне нравилась такой, какой являлась. И изменять такой девушке было грешно, особенно когда видишь все её эмоции, словно открытую книгу. Но и отказываться от Югао мне не позволяла банальная жадность. Тот самый грех, что уже не единожды проявлял себя во всей красе: когда мне выпала возможность переписать секретные техники Тумана, я взял и переписал всё, несмотря на то, что знал необходимое время для их изучения. Так и произошло, я выучил несколько техник, сделавших меня сильнее, в то время как большая часть свитков просто лежит балластом, дожидаясь своего часа в ледяном мире. Точно такая же ситуация сложилась и в Конохе с их секретными техниками.

Размышляя о своей личной жизни, я продолжил свой путь из госпиталя по Киригакуре. По дороге к резиденции Мизукаге многие шиноби и гражданские приветливо здоровались со мной, выражая благодарность и еще большее почтение, нежели раньше. Я поначалу не понимал, почему моя репутация в их глазах взлетела так высоко. Но, после, воспользовавшись глазами, я быстро понял, в чем дело. Кисаме считался сильнейшим шиноби нашего селения, и выживание в битве с ним, особенно, после которой он отступил, можно считать большой победой для меня.

Мир слухами полнился, и я не счел нужным своего внимания разбираться в них всех, поэтому просто принял как данное свою новую репутацию, которая взлетела еще выше. Меня считали едва ли не сильнее владельца Самехады и это несколько раздражало, память о проигранном бое все еще отдавала горечью. Не слушая, о чем говорят гражданские, я поспешил к резиденции Мизукаге, а уже войдя в неё, незаметно для себя, быстро пронёсся по коридорам, оказавшись прямо перед дверью в кабинет Мей.

"И как мне ей в глаза смотреть?" Пронеслась глупая мысль от совести, но силой воли я выкинул её куда подальше, постучавшись в дверь.

— Я войду?

— Хаку? — На мгновение полдесятка Мей скрестили на мне свои взгляды, после чего продолжили свою работу. Все, кроме одной. — Как ты себя чувствуешь?

— Удивительно хорошо, особенно учитывая то, с кем мне пришлось сражаться. — Отвечаю настоящей Мей, которая, отложив бумаги, подошла поближе ко мне, нежно обнимая. Мельком осмотрев кабинет, понимаю, что работы у неё нисколько не убавляется.

— Сама как пережила перезапечатывание биджу? — Интересуюсь, стоило только объятиям разомкнуться.

— Это могло быть куда проще, если бы ты остался с нами… — Вспоминает момент, когда к нам прибежал ниндзя-посланник и объявил о приближении Акацки. В это время мы со специально собранной командой как раз перезапечатывали Трёхвостого в Узумаки. Действовать нужно было крайне быстро. Предложив разделиться, я оставил Мей с командой, отправившись один отражать атаку шиноби-отступников. Команда запечатывания тоже понесла потери при операции.

— Но не будем об этом, все закончилось хорошо. Твоя репутация в кратчайшие сроки стала крайне высока в Киригакуре. Ты уже почти также популярен, как и я, несмотря на все мои усилия. — Намекает на свои ежедневные речи и активную пропаганду в массы.

— Тебя это беспокоит? — Задаю вопрос девушке. Ожидавшая этого вопроса, она положила руки на мои плечи, уперевшись в меня своей грудью. Её зелёные глаза встретились с моими.

— Ну, у моего мужа обязана быть прекрасная репутация. — Ласково улыбнулась Мей, заставляя сердечко ёкнуть.

— О свадьбе нужно думать после завершения конфликта с Кумо. — Тяжело вздохнув, отвечаю мигом загрустившей девушке. Она несколько преувеличила свою обиду, но я все-таки решил утешить её, покрепче обняв и не думая отпускать.

— Я хочу поговорить о Карин.

— Она хорошо себя чувствует?

— Я бы сказал прекрасно, Югао… вполне справляется со своей миссией но девочке необходим хороший учитель. — Вдыхаю манящий запах волос. — Мне потребуется немного времени, чтобы поднять на ноги Мису Валмет, а после, я хотел бы уделить побольше времени на тренировки ученицы. Ей требуется индивидуальная программа обучения.

— Миса? Её тела не было среди погибших, да и среди выживших она не присутствовала. Неужели ты успел спасти её? — Озадаченно интересуется Мей, которая, ни много ни мало, уже успела похоронить свою лучшую подругу. На слезы и горе у Мизукаге попросту не было времени.

— Успел. Я забрал её в ледяной мир, она тогда была едва жива. Сейчас она в криостазисе, и ей ничего не угрожает, поэтому мы можем обсудить все, никуда не торопясь. — Аккуратно беру за руку свою невесту, подводя к столь удобно расположенному дивану, что стоял рядом всё это время. Нам необходимо было многое обсудить…

***

Резкий тяжелый вздох отразился от зеркальных стен комнаты.

— Тише-тише, не паникуй, всё в порядке, ты жива и в безопасности. — Услышала только что воскрешённая Миса Валмет знакомый голос. Он принадлежал молодому красавчику-ирьенину, который за короткое время стал не последним человеком в Киригакуре.

Открыв глаза, Миса увидела зеркальный потолок, в котором отражалось её покрытое кровью и шрамами тело. Она лежала полностью нагишом, чувствуя сильный голод и ломоту во всём своём теле. Но сейчас это волновало её в последнюю очередь. Осознав, что не чувствует боли от собственных ран, непонимающе проводит рукой по животу, нащупывая лишь шрам от раны, послужившей её поражением. Но, если она умерла, как возможны эти чувства, этот холод, эта головная боль, тошнота и столь знакомый запах юноши. Осмотрев комнату в поиске ответов, она увидела медицинские приборы, зеркальные стены, в которых отражалась, и своего знакомого Юки Хаку. Но как такое могло быть? Последним воспоминанием девушки была битва с бесхвостым биджу, а после — холод и темнота…

— Я… жива? — Не веря собственным чувствам с большим трудом произносит Миса, наблюдая за тем, как тяжело дышит её отражение, что шокированными глазами смотрело прямо на неё.

В поисках ответов, она перевела свой взгляд разноцветных глаз на постоянно что-то делающего с её телом Хаку. Руки мужчины светились светом, одна — зелёным, другая — красным, он то и дело ощупывал шрамы, из которых всё еще текла кровь. Миса не чувствовала своего тела, словно её накачали какими-то химикатами. Впрочем, обдумав ситуацию еще раз, она поняла, что проснулась совсем не вовремя.

— Живее всех живых, правда, пока не все раны я успел залечить. — Не особо отвлекаясь от своего дела, отвечает Юки. — Знаешь, при таких травмах и дозах снотворного, люди обычно не просыпаются посередине операции. У тебя крайне большая устойчивость к ядам и сильное тело, полное жизни.