— В любом случае, я привёл тебя сюда не просто так.
— Ты хочешь даровать мне его жизненную силу? — Догадалась Мей, смотря на пленного жутковатым взглядом.
— Да. Я устал смотреть, как ты изматываешь себя, тебе не идет усталый вид и вялость. А с мешками под глазами надо что-то делать… — Он подходит ближе, проводя рукой по её щеке. В этом жесте было столько мягкости, а взгляд Хаку переполнился нежностью и заботой, словно подобным действием он хотел показать, насколько дорога ему Теруми.
— Я всё равно собирался предложить тебе опробовать эту технику. А как вошел в твой кабинет, сразу понял, что сейчас самое время поведать тебе об этом моём секрете. С помощью этой техники ты всегда будешь на пике своих сил, позабудешь о старости и проблемах, связанных с ней… Всегда прекрасная, вечно молодая… — Словно змей искуситель, начал шептать на ушко Хаку, описывая все больше и больше плюсов данной техники, даже не скрывая своего желания иметь вечно молодую и красивую женщину возле себя. Вечная молодость с бессмертием и постоянно растущим резервом чакры, тело, что будет всегда на пике сил. И для всего этого ничтожно малая цена нескольких жизней врагов, которых в любом случае придется убивать.
— В общем, как ты к этому относишься? — Закончив искушать девушку, он внимательно заглядывает в её глаза, не видя отказа.
— Его смерть принесёт пользу, это намного лучше как для нашей страны, так и для меня в частности… — Задерживается, вспоминая о предлагаемой вечной молодости. После чего продолжает уже более серьёзным тоном. — Однако у меня возникли кое-какие вопросы. — Задумчивый взгляд Теруми пронзил её избранника. Она нисколько не кривила душой над его предложением вытянуть все жизненные силы из пленника. Враг остаётся в первую очередь врагом, а жалости к врагам у неё никогда не было. Пятая Мизукаге была, конечно, доброй и мягкой девушкой, но воспитание Кровавого Тумана сказывалось.
— Хорошо, задавай их.
— Ты так хорошо описал положительные стороны… — Улыбнулась, с лаской смотря на мужчину. — Но я достаточно опытна в ниндзюцу, чтобы знать простые истины. У каждой техники имеются свои слабости и недостатки, идеальных техник на все случаи жизни попросту не существует.
— Я понял тебя, да, эта техника имеет ряд недостатков. Как ты уже успела заметить, я отнимаю чужую жизнь, дабы продлить свою или другого человека. Таким образом можно лечить даже смертельные раны, но это не техника бессмертия, меня всё еще можно убить. Так же я стал куда быстрее расти, и не думаю, что это предел. Скорей всего, изменения в моём теле будут происходить еще полгода-год, пока я не достигну пика своей силы. Но с тобой будет по-другому, тебе необходимо лишь поддержание своей лучшей формы, которая у тебя уже есть благодаря хорошему питанию и интенсивным тренировкам. — Закончил перечислять Хаку изменения и недостатки данного способа бессмертия, ведь вечная молодость — это один из путей вечной жизни, если твою долгую жизнь не захотят прервать. Они оба это понимали, поэтому Мей не стала задавать глупых вопросов.
— И никаких последствий для тела? Зависимость? Мутации? Или какие-либо другие побочные явления? — Все еще сомневалась Теруми, ожидая каких-нибудь ужасных вестей. Но их не было, совсем.
— Нет, во всяком случае, я активно пользуюсь своими способностями и не ощущаю никаких последствий уже довольно длительное время. — Устало наклоняет голову набок, после чего продолжает говорить. Этот разговор стал утомлять Юки, но он все еще пояснял подробности своих сил. Пускай это и противоречило здравому смыслу, доверять такие секреты кому-либо было для него непривычно.
— Касательно изменений в моей внешности, то я уже говорил тебе, что мне делали переливание крови Узумаки, это последствия от них. Так… — Хаку делает драматическую паузу, внимательно осматривая собеседницу. — Ты согласна?
— Да, я полностью полагаюсь на тебя, доверяя свою жизнь в твои руки. — Она тянется к его губам, секунда, и они их уста сливаются в нежном поцелуе. — Мне нужно что-то сделать? Раздеться? Или, может, лечь поудобней?
— Нет, я приступаю, приготовься, ты почувствуешь большой прилив энергии и чакры. — С усмешкой проговорил Хаку, радуясь, что Теруми не стала кривить душой и читать ему нотации. Его избранница полностью разделяла его точку зрения касательно жизни врагов.
— Так вот каким образом ты так быстро стал сильнее?
— Именно. — Отвечает Хаку, проникая рукой сквозь лёд, касаясь тела пленника. Стоило его руке приблизиться к мужчине, как ладошка засветилась красным светом, а мощная фигура человека с хорошо выделяемыми мышцами стала иссыхать прямо на глазах.
Мгновение, после еще одно, прошло всего пару секунд, а от тела человека осталась лишь жалкая мумия, что через еще секунду превратилась в кучку праха. Ледяная глыба стала пустой и растаяла за ненадобность. В то время как Хаку подошел к Теруми, положив одру руку ей на сердце, другую на живот. Мгновение, алое свечение охватывает руки мужчины, а девушка почувствовала прилив сил. Хаку наполнял её своей чакрой и жизненной силой. По её расслабленному лицу можно было понять, что подобная процедура приносила удовольствие.
— Как самочувствие? — Поинтересовался Хаку, внимательно наблюдая за всеми изменениями, происходящими с его невестой. Последняя словно засияла внутренней энергией, сонливость и вялость исчезла, мешки под глазами разгладились. А сами глаза заблестели от прилива сил и желания действовать.
— Это приятно, так бодрит, чувствую себя, словно хорошенько выспалась. — Вытягивая руки вверх, тянется всем телом до приятного хруста костей, одновременно внимательно обдумывая всё, что она почувствовала в процессе передачи жизненной энергии и чакры.
— Вижу, сила этого джоунина смогла не до конца восстановить твои силы и чакру, продолжим? — Закончив осматривать Теруми своими красными глазами, что слегка поблескивали от вливаемой в них чакры, предлагает Хаку.
— С удовольствием!
После того, как подобным, не самым приятным способом, было убито еще два человека, резерв чакры Мей полностью восстановился, и даже больше — он был переполнен. А переполненный резерв ниндзя S Класса — это не мало, далеко не мало. Ей самой приходилось прикладывать усилия, чтобы не прыгать на месте от переполняющей всё тело энергии. Подобный процесс пожирания жизненных сил был весьма приятен, но, после того, как они закончили, Мизукаге серьёзно поговорила с Хаку касательно этой техники.
Она, как лидер страны и скрытой деревни, не потерпит принесения в жертву невинных и обычных гражданских ради подобной техники, пускай даже если она и состарится в итоге, в то же время, будет не против казнить пленных других деревень или собственных отступников подобным образом. Так сказать, с некой пользой для собственного селения. Хаку полностью поддерживал её моральные принципы, а после он повёл её в другое место, желая рассказать о еще одном важном секрете. Касающемся биджу и джинчуурики.
Глава 71: Беспомощный мертвец
Показать Мей я решил только Ягуру, поскольку на Наруто с его девятихвостым и запечатанными чакрами Кушины и Минато у меня были свои планы. Она была крайне сильно удивлена, что помимо воскрешения я еще и пленил такого сильного ниндзя, попросту не давая ему проснуться и лишив какой-либо возможности шевелиться, засадив парочку себонов в позвоночник.
Даже если Ягура проснётся, преодолев постоянно вводимое ему через капельницу снотворное, то будет некоторое время полностью беспомощным и истощенным. Настолько беспомощным, что с ним сможет справиться и один джоунин, пока сам поехавший четвёртый не решит выпустить своего биджу погулять. Но этого я хотел бы не допустить. Для удержания джинчуурики я задействовал все известные мне методы, не смотря на моральные принципы или что-то еще. Это успокоило Теруми, и мы смогли серьёзно поговорить о дальнейшей судьбе Ягуры.
Я желал, чтобы следующим джинчуурики трехвостого стала Карин. Мизукаге нашла множество контраргументов для этой идеи: и недостаток верности, и подозрения, и не подходящее военное время, и много чего еще… Но на всё я выдвигал свои аргументы: что девочка со временем станет считать это место своим домом, что Узумаки — идеальные джинчуурики, в особенности, чистокровные, что из-за сложившегося военного конфликта нужно было укрепить свои позиции с помощью джинчуурики. А Карин с минимальными усилиями стала бы в кротчайшие сроки ниндзя S класса, заполучив в своё распоряжение бесконечный запас чакры, что утвердило бы Кири как одну из Великой Пятёрки.
После небольшого спора, я всё-таки убедил Мей в необходимости именно этих действий. Она пообещала подготовить группу для распечатывания с последующим запечатыванием трехвостого в Узумаки в ближайшую неделю. Пускай как Мизукаге она прекрасно понимала необходимость подобных действий, особенно в эти времена, но как добрая девушка, которой она, несомненно, и являлась, ей были не понраву столь жестокие меры. Запечатать демона внутри ни в чём неповинной девочки… Я и сам, скрепя сердцем делал это, а ведь на меня еще давили знания будущего. Ведь, если я не справлюсь, Карин убьют Акацки, а биджу вырвут из её тела. Но заиметь верного лично мне джинчуурики было слишком выгодным предложением, а из Карин я смогу сделать очень мощного носителя хвостатого, зря, что-ли, мангёко Фугаку попал в мои руки?
Обговорив подробности, мы пришли к согласию о необходимости подобных мер. Но спешить не стали, сперва надо было узнать мнение самой девочки. Мей рассказала мне о втором джинчуурики Кири. Утаката… Ему не понравилось, что с ним сделали, и он стал отступником, уйдя из страны. Никому не известно сейчас, что с ним стало. Однако эта ситуация с ним заставила Теруми настоять, что если Карин не захочет становиться джинчуурики, то этого не произойдет. Не хватало еще повторения этой истории.
Проводив Теруми до её резиденции, а именно, телепортировав её туда с помощью все того же зеркала, что находилось в её кабинете уже давно. Мы расстались на позитивной ноте, укрепив доверие друг к другу, напоследок поцеловавшись на зависть её клонам. У Мизукаге еще было полно работы, а у меня имелась парочка часов свободного времени до очередного патрулирования. И их я собирался использовать с пользой.