Глядя на первого человека, созданного самим Творцом, я понимал, что никогда еще не видел ничего подобного. И этот совершенный образец мужской красоты, был отличным свидетельством совершенного, эталонного чувства прекрасного, коим обладает наш Создатель.
Однако, скоро события в этом дивном саде, покатились по уже известному сценарию, и закончилось это тем, что Бог уничтожил в глобальном катаклизме все живое на земле, оставив лишь восемь человек, и полный набор образцов фауны, которые пережили весь этот грандиозный водный потоп, в большом таком, деревянном ящике.
Фильм четвертый озаглавленный как:
Больше был похож на одно большое слайд-шоу. Честно говоря, многое из увиденного здесь, было мне попросту непонятно. Возможно удели в свое время больше исследованию этой величайшей книги, все эти картинки, мелькавшие передо мной, были бы легко и просто идентифицированы, а так, я лишь попросту наблюдал за сменяющимися лицами, событиями и эпохами.
Я узнал в одном из отрывков, Египет с его пирамидами, затем, очертания какого-то древнего города с двойными стенами, напомнившим Вавилон. Очень много здесь было военных сражений. На некоторых картинках виднелись целые поля из трупов людей и животных. На других, бесконечными шеренгами уходящими вдаль, шагали чьи-то воинства. И по убранству, и по оружию, я с трудом мог что-либо определить, но кое-что из увиденного напомнило мне, прочитанные однажды истории Израильского народа с его храмом, жертвенником и прочими атрибутами той эпохи.
Закончилось это фото-шоу, событиями очень хорошо знакомыми по различным книжкам, и попадавшим неоднократно мне в руки журналам. Правда, лица тут были совсем другие, но происходящее на снимках легко идентифицировалось. Здесь я сразу узнал рождение младенца Иисуса. Явление ангелов пастухам. Приносящих дары волхвов. Дальше замелькали новые кадры. Какой-то воин с обезглавленным младенцем в руке. Рыдающие женщины. Затем красивый еврейский юноша, выходящий из воды с голубем на плече. Толпы народа. Еще фото, похоже, с исцелением больных. Какие-то утлые суденышки на озере. Этот же юноша, идущий по воде к большой лодке заливаемой волнами. Надо сказать, что эти картинки не отличались яркостью красок, но понравились мне особенно сильно. Была в них некая внутренняя глубина что ли. Я просматривал их не раз, и в один из долгих вечеров случайно обнаружил, что картинки эти можно останавливать и даже перелистывать назад, поэтому я довольно подробно успел рассмотреть все эти последние события.
Я, конечно же, отлично понимал, что этот юноша с явно семитскими чертами лица, был ни кем иным как тем самым Иисусом из Назарета, которого называли Христом или Миссией. На отдельных фото, он был в окружении своих учеников. Одеты они были по-разному, и поначалу я не мог понять, как такое внешнее различие вообще могло быть среди его апостолов. Но позже я вспомнил, что только после смерти и воскресении Христа, его последователи объединились в одну большую группу, а до этого, некоторые из них очень явно отличались сановитостью от прочих, явно обычных трудяг, из Иудейских трущоб. Картинок здесь было, в общем-то довольно много, и хотя описывать все я не стану, скажу лишь, что виденное здесь на этом чудо экране, не расходилось с тем, что я когда то прочел в евангелиях. И воскресение несчастной девочки, и сына вдовы, и Лазаря. И исцеление множества народа. И ночной суд в их синедрионе. И солдаты какого-то местного правителя, Пилата кажется, истязающие юношу в красной накидке. И казнь Христа. И табличка с надписью на трех языках. И все прочее, что успел я в свое время прочитать на досуге. Последним кадром в этой серии, был вид на голубое, в белых облаках небо, где на одном таком же белом, странной формы облаке, возносился высь сын Бога, А внизу, маленькой кучкой стояли его будущие апостолы.
Общее впечатление от данного лубочного шоу, было очень странным. Во-первых, никак в голове моей не укладывалось, и не ассоциировалось христианство, и тот жуткий, в своей аморальности мирок, в котором я оказался. Во-вторых, где в таком случае, та самая пресловутая настойчивость христианских проповедников? Ведь похоже, за все время существования дома, а это по хронометру сети, почти тысяча лет, один лишь Алекс, непоседа и задира, случайным образом раскрыл секрет сего, дающего поистине грандиозные знания чемоданчика. А что же будет с остальными? Они как? Не уж то Достигшее таких высот общество, утратило христианский гуманизм, и все покрывающую любовь?
Однако, после долгих и мучительных ночей, проведенных в тяжких размышлениях, я пришел к некоторым выводам. И главное, что я осознал: отныне, узнав обо всем этом, Алекс некий, не имеет права молчать.
Пятая серия этого супер кино, была, так скажем, не в моем вкусе. В ней так же в виде большего слайд шоу, рассказывалась вся история человечества, от Христа до наших дней и далее. Историю я почему-то всегда переносил очень плохо, даже в минимальных, гомеопатических дозах. Ну, а в таком подробном калейдоскопе, я и не пытался разбираться. Главное я уяснил, все что сейчас тут мелькает, застывшими мгновениями человеческого прошлого, является самой мрачной, на мой взгляд, страницей в этой книге. Лишь когда на экране появлялись рыцари в сверкающих доспехах, да орды диких племен мчащихся на врага, я слегка начинал припоминать даты, века и их особенности. Ну а когда в пороховых дымах замелькали Наполеоновские треуголки, и бравые французы начинали штурм русской столицы, я наконец оживал совсем. Вскоре после этого, на экране начинали то и дело появляться огромные железные линкоры, со своими многотонными пушками. Мелькали морские сражения, воздушные бои, сухопутные, и прочие военные баталии. По отдельным снимкам, я узнал и события первой мировой, и революцию в России, и рождение рейха в Германии, и первые Немецкие бомбы, падающие на головы несчастным Полякам. И гигантскую поганку, вырастающую над Японскими городами. И многое-многое другое, что так часто в детстве видел в кино и по телевизору. Очень подробно здесь освещалась вторая мировая, я правда не во все вникал, поскольку дальше начиналось совсем интересное. Да, следующую часть я просматривал с особенной тщательностью, по нескольку раз перелистывая туда-сюда красочные картинки, с изображениями каких-то невиданных машин, городов, летательных аппаратов и прочего. В самом начале, я обратил внимание на то, что в заголовке этого фото ряда, значилось сперва:
А уже примерно после первой мировой, сменился на:
Я плохо понимал, что все это значит, но глядя на ужасное перенаселение, на все эти гигантские мегаполисы, раскинувшиеся чуть ли не на полконтинента. На отвратительный желтый смог, висящий над ними. На гигантские пустыни, где росли лишь дикие кустарники да колючки. На залитые какой-то дрянью моря. На высохшие, и заваленные мусором реки и озера, обмелевшие каналы и водохранилища. Глядя как по бесчисленным магистралям и автобанам, опутавшим всю планету, мчаться куда-то, мириады разноцветных букашек, я понимал, каких «высот» достигло человечество за последующие века.
А затем, я увидел как на все это опускается страшная тень, и огромный мегаполис, в один миг превращается в бушующий океан огня.
Это было видно, начало какой-то величайшей катастрофы на земле, поскольку тут же замелькали кадры новостей, показывающих охвативший планету хаос.
Глядя на взволнованные лица политиков, вещающих о чем-то с огромных, во всю улицу мониторов. На искаженные гримасами ненависти лица громящих какие-то здания людей, на гигантские толпы, сметающие все на своем пути, я все больше и больше осознавал, в какой грандиозный тупик в итоге, загнало человечество само себя. Бесконтрольная рождаемость, безответственное разрушение и уничтожение экосистемы, грязные технологии производства и прочая человеческая глупость, привела всех живущих на земле к естественному в таком случае финалу.
Последние кадры этой фотохроники, показались мне чем-то схожими со вторым фильмом, где земля только пробуждалась к жизни. На последних картинках была заснята наша планета целиком, видно какой-то станцией или спутником с высокой орбиты. Наш, некогда такой красивый шарик, единственно на ближайшие сотни световых лет пригодный для жизни, неожиданно, во многих местах одновременно, вздулся страшными смертельными нарывами, а затем, милую голубую планету, окутало, заволокло непроницаемым черно-коричневым месивом.
Да, как ни предупреждали, как ни вещали книжные Оракулы фантастики, «не поверили, не сберегли, не удержали». Все сгинуло в один миг в ядерном апокалипсисе. И этот грязный, в воронках смерчей и ураганов шар, совершенно непохожий на ту нашу милую землю, как очевиднейшее доказательство вины всех живущих на земле, как свидетельство преступной беспечности и величайшей глупости человечества, и был последней картинкой этой серии.
31
А на семнадцатый день этого эпохального открытия, я оказался в лапах Леона. И началось все с невинной посиделки в моем модуле. Как-то в один из вечеров в мою каморку робко постучали, и открыв дверь, я увидел на пороге, скромно потупившуюся Вальку. Она смущенно — так спросила, не занят ли я, а войдя, достала из-за спины небольшой сверток. Усадив ее за стол, памятуя обо всех местных реалиях касающихся питания, я выложил перед смущенной девчонкой целую гору принесенных на днях мне фруктов. Валька долго отказывалась, но, в конце концов, не выдержала, и взяв со стола огромный спелый томатин, любовно обтерев его полой своего балахона, впилась крепкими зубками в сочную мякоть. Она жмурилась, аккуратно откусывая по маленькому кусочку, и чему-то улыбалась. А когда наконец, эта несчастная доела ярко красный плод, и утирая губы глянула осторожно на стол, а затем на меня, я кивнув мол: «бери не стесняйся», — спросил:
— Валь, Ты по делу, или так просто?
Девушка, проглотив не жуя очередной кусок, замотала головой:
— Неа. Так просто зашла. Ты помнится, приглашал! — и она как-то искоса глянула на меня, — Я вот тут тебе гостинец принесла. Наша Клавка такие штуки умеет готовить, просто пальчики оближешь! — затем развернув свой сверток, достала от туда пяток, приятных на вид пирожков.
— Ух ты! Сколько лет! Сколько зим! Спасибо! Валька, ты просто исполнительница желаний! Я ведь не ел таких уже лет почитай… В общем много лет! А с чем они? — беря в руку один, до боли знакомый по той старой жизни пирожок, спросил я.
— С картошкой и с мясом. Мне самой нравятся. Клавка у нас настоящий шеф повар. Она ведь в той жизни работала в солидном ресторане. Жаль здесь нет всего что нужно. Ты ешь-ешь. Я их еще с чаем люблю. Давай закажем по стаканчику?
— Давай! — ответил я с набитым ртом.
И Валька, открыв блок управления доставщиком, нажала там какие-то кнопки. Через минуту раздался короткий зуммер, и за стеклянной крышкой появился поднос с двумя прозрачными пластиковыми стаканами, наполненными коричневатой жидкостью. Чай, здесь, как впрочем, и все остальное, был лишь жалким подобием известного напитка, однако выбирать не приходилось.
Проглотив «угощение», я какое-то время беседовал с Валькой, как вдруг почувствовал, что веки мои отяжелели, а в голове нет ни одной мало-мальски связной мысли. Я открыл было, рот намереваясь спросить о чем-то свою собеседницу, но тут меня совсем развезло. И с трудом пробормотав невнятно извинения, едва успев понять, что отключаюсь, завалился без сознания на свой топчан.
Очнулся я от легких похлопываний по щекам. А когда с трудом открыл глаза, увидел над собой криво улыбающуюся рожу Гришки Костоправа. За его спиной маячили два черных амбала, а справа у изголовья, стоял сосредоточенный и собранный, как тигр перед броском — Леон.
Я лежал на своей койке, довольно профессионально связанный по рукам и ногам. И хотя в голове еще немного шумело, я отчетливо понял: «Меня накормили какой-то дрянью. И сделала это моя новая знакомая — Валька Босая. Вот уж действительно, от добра-добра не жди!»
А тем временем, грозная физиономия Гришки пропала, и на ее месте появилось серьезное лицо верховного. Он некоторое время вглядывался в меня, затем, поняв, что я окончательно очнулся, заговорил вежливо и как-то даже опасливо.