18
Встречали нас как героев. В главный зал нашего отдела набилось больше тысячи народу, собравшегося со всех ближайших уровней. В примыкавшем к залу фойе, нас приветствовали работники отдела. Среди толпы, в самых первых рядах, с мокрыми от слез глазами переминались в ожидании появления своих героев наши девчонки. И когда мы всей бравой командой, под предводительством досточтимого Притория, вошли в битком набитое, ярко освещенное помещение, нас едва не затоптали.
Я и не понял, как у меня на шее оказалась плачущая Шерри, которая вцепившись в меня так, словно я вот-вот мог исчезнуть, тихо приговаривала:
— Живой! Вернулся! Живой!
Такая бурная встреча, очень тронула. Придерживая ее за талию, я растерянно бормотал:
— Ну что ты! Все нормально! Все хорошо. Перестань!
За последнее время, точнее с той памятной скамеечки под деревом, мы с Шерри очень сблизились. Так что, она теперь не стеснялась показывать свои чувства. И хотя наши отношение, еще не перешли за заветную черту, я все же, воспринимал эту девчонку как нечто родное. И не раз ловил себя на мысли, что очень может быть, именно такая девушка мне и нужна. Преданная, искренняя, светлая.
А Шерри, тем временем, взахлеб рассказывала как они все здесь испереживались, не зная, что и думать, когда по дому прошло объявление о том, что четвертый уровень заблокирован в связи с бунтом, и что через 90 минут, начнется полная зачистка непокорных секторов.
— Когда оказалось, что вы так оттуда и не вышли, — лопотала, утирая слезы моя помощница, — мы здесь чуть сума не сошли! А кое-кто так и вообще решил вас похоронить! — сверкнула она недобро мокрыми глазами. — Знаешь, чего этот гад — Серж тут говорил? Мы с девчонками его чуть не придушили!
— Ребята справились, Шер! Все хорошо! Перестань реветь! Я так и утонуть могу! — успокаивал я свою не на шутку взволнованную помощницу.
Вокруг было шумно. На глазах встречающих блестели слезы. Тут и там, на еще не совсем пришедших в себя героев, изливался неудержимый поток эмоций.
В главном зале нам долго аплодировали. А когда шум понемногу стал стихать, На трибуну вышел глава отдела, и коротко уведомил присутствующих обо всем что произошло в этот день на четвертом уровне. Все слушали затаив дыхание, поскольку слухи ходили разные, а достоверной информацией поначалу не владел ни кто, даже сам Приторий.
Затем, мы по одному были приглашены на сцену, и представлены слушателям, со всеми регалиями, и наградами совета.
А когда настал черед представлять мою кандидатуру, Приторий, не имея что сказать обо мне примечательного, просто объявил:
— И еще! Наш новенький! Совсем недавно ставший патрульным! Алекс Некий!
После чего, на сцену вышел чуть смущенный Лукьян, и слегка запинаясь, начал:
— Мне предоставлена честь говорить от имени патруля! Да, сегодня произошел бунт. И целый уровень, где проживают около двух тысяч жителей, в течение часа с лишним, подвергался серьезной опасности. И если бы не героические действия группы подавления, а в особенности некоторых ее членов, все могло бы закончиться не так благополучно! Бунтовщики Сергея Ершевских, подготовились основательно! Не ожидавшие подобного, патрульные первой группы, посланной для улаживание некоего конфликта с которого все и началось, в полном составе угодила в расставленные ловушки. Большинство из этих ребят сейчас находятся в медицинском уровне. Многие из них, очень сильно пострадали. И хотя, здешняя медицина справляется с любыми травмами, все же, эти смелые ребята заслуживают уважения! Ведь большинство из них, могли бы сейчас валяться, к примеру, на пляже, или нюхать цветочки на какой-нибудь полянке. Но эти отважные парни, встали на вашу защиту. Давайте поблагодарим их за эту непростую службу!
В зале раздались громкие аплодисменты, и долго еще собравшиеся хлопали стоя, выкрикивая:
— Слава Приторию! Патрульным Слава!
А когда зал приутих, уже свыкшийся со своей ролью дежурного оратора Лукьян, продолжил:
— Так же хочу особо отметить главного героя сегодняшних событий. Этот необычный юноша, едва вступив в наши ряды доказал, что смелость и находчивость может вытащить из самой безнадежной ситуации. Подобно первым ребятам, наша группа тоже угодила в хитро расставленные ловушки. Среди Зеленых, скажу я вам, есть гениальные инженеры. Так вот, нас обезоружили, и заперли в каком-то техническом секторе. Связь не работала, время текло неумолимо, и прекрасно зная что последует за неудачной попыткой подавления бунта, многие из нас приготовились умереть. Все вы прекрасно осведомлены из примеров прошлого, как действует военная организация досточтимого Леона. Но сегодня, когда в доме установился относительный мир и порядок, подобные их методы кажутся не адекватными. Поэтому, как я уже и сказал, многие из нас приготовились к мучительной смерти.
Но произошло нечто удивительное. Наш стажер, не участвовавший раньше ни в одной серьезной операции, проник в одиночку на взбунтовавшийся уровень, и гуляя там как у себя дома, освободил всех нас, а затем подал идею как можно одним ударом разрубить этот Гордиев узел. Этот отважный юноша находиться здесь, среди нас, и зовут его — Алекс Некий! Хочу пригласить еще раз сюда на сцену, этого замечательного парня!
Смущенный таким вниманием, я вышел, и под громкие аплодисменты, Лукьян пожал мне руку со словами.
— Ты настоящий герой, Ал! Спасибо тебе за ребят!
Совершенно не ожидая такой публичной рекламы, и преувеличенных, по-моему, похвал в свой адрес, я краснел и бледнел как первоклашка на линейке. Мне почему-то казалось, и не без оснований, что такого рода операции не должны широко освещаться. И что подобный детальный разбор событий, присущ лишь закрытым начальственным кабинетам. Но в чужой монастырь… Так что я просто глупо улыбался всем, словно один из дебильных ГГ какого-нибудь дешевого кино.
Ко мне подходили ребята. Трясли руку, заглядывали в глаза, с официальными минами произносили стандартные предложения. Но я отлично видел, большинство из них, откровенно недоумевают: «Как этот сопливый стажер умудрился в первой же операции так прославится?» Одним из последних ко мне подошел наш многоуважаемый шеф, и сжав мою ладонь железными тисками, пробасил:
— Поздравляю Алекс! Ты спас не только своих товарищей, но и около двух тысяч граждан четвертого уровня! Я думаю, там вскоре будет стоять мемориальная доска с вашими фото, и упоминанием твоих личных заслуг! Так держать патрульный!
И он заглянул мне, своим стальным, вечно сощуренным не то лукаво, не то из-за близорукости взглядом, куда-то в сам мозг. Будто насквозь просветил. У меня мурашки по спине побежали от этих его изучающих глаз. На секунду показалось, что на меня в упор смотрит терминатор. Тот самый железный дровосек из фильма. Будто какая-то огромная неизвестная машина, щелкая своими электронными мозгами глядела на попавшеюся на пути козявку, просчитывая ее дальнейшую траекторию движения. Честно скажу, в тот момент я впервые, за все время здесь в доме, по-настоящему испугался. Это был какой-то безотчетный, животный страх, означающий крайнюю степень опасности. Однако это ощущение, уже через миг улетучилось, так что, я даже и не понял спускаясь в зал, от чего весь так взмок, будто в самом крутом спарринге с Лукьяном. По лбу стекали струйки пота, а форменная рубашка просто прилипла к спине.
Умница — Шерри, заметив неладное, потянула меня, не дожидаясь окончания церемонии, прочь из зала.
— Что происходит Ал? На тебе лица нет? — заглянула она мне в глаза, волоча меня за собой по коридору.