— Кофе, пожалуйста, — улыбнулась она помощнице по дому.
Мия, облачённая в форму, женщина лет сорока, улыбнулась в ответ, передавая чашку горячего кофе. С самого первого дня работы в этом доме она заметила, что брат с сестрой отличаются друг от друга даже в мелочах: Тэхен, ненавидящий запах кофейных зёрен, каждое утро терпит его ради сестры, в свою очередь наслаждаясь мятным чаем.
— Я собираюсь поехать в магазин, поэтому, если Тэтэ все же приедет, передай ему мое местоположение. Я буду работать до вечера.
— Конечно, Госпожа.
Допив, Бель поспешно вышла из-за стола, на ходу прожёвывая кусочек сыра. Собравшись быстрее, чем обычно, она внимательно осмотрела себя в зеркале: длинные тёмные волосы, отдающие на солнце рыжиной, заколоты на затылке; кожа с тёплым оттенком; орехового цвета глаза; пухлые губы, потрескавшиеся от нежелания использовать бальзам или помаду; на шее сверкает звёздочка, а мешковатая одежда скрывает формы девушки. На 25 году жизни она все ещё ненавидит своё тело: округлая грудь, бедра, тонкая талия и мягкий живот. Ей всегда хотелось выглядеть по-другому. Всякий раз ловя на себе взгляды мужчин, похотливо рассматривающих ее с ног до головы, ей становится тошно. Хочется быть совсем незаметной и непривлекательной для них.
Одернув край свободной рубашки, Бель принялась обуваться. Вскоре попрощалась с Мией и, расположившись на заднем сидении автомобиля, поздоровалась с водителем, попутно расписывая дела в ежедневнике. Однако на полпути к цветочному магазину машина с водителем резко затормозила. Бель даже стукнулась носом о переднее сидение.
— Что такое?!
— Нам загородили дорогу. Кажется, это чужой клан, — волнение водителя передалось и девушке. Та съёжилась от предположений. Учитывая, кто ее семья и чем они занимаются, это нормальное явление, хоть она и не может к этому никак привыкнуть. В такие минуты она явственно чувствует своё отношение к миру мафии и беззакония.
Выстрелы, звуки разбитого стекла, железа заставили закрыть уши ладонями. В голову пришло лишь набрать смс брату. Она не помнит, не знает, написала ли одно единственное «спаси» правильно, ведь чужие руки уже подхватили ее. От неожиданности она распахнула янтарно-ореховые глаза, немного потемневшие от страха и шока, и взглянула на мужчину. Кажется, он высокий. Точёные скулы, мелкие, но мужественные черты лица, глаза, такие улыбчивые и яркие, что и не догадаешься о роде деятельности владельца, пепельно-белые волосы оттеняют загорелую медовую кожу.
— Я поведу сам, — отдал приказ водителю, пристегивая девушку на пассажирском.
Бель вжалась в сиденье. Тёплая красная кожа салона почему-то вызвала не очень приятные ассоциации. Короткий вздох позволил почувствовать запах. Помимо пороха она узнала пряный запах розмарина, кардамона, сладковатой туберозы и грубой замши.
— Кто вы такие? — дрожащим голосом спрашивает она, с широко раскрытыми глазами.
— Коллеги твоего братика, — с напущенной важностью проговорил он. Бель не смогла ничего ответить, лишь опустила голову перебирая в пальцах пуговицы пальто. Это она и сама знала, но боялась признавать. И как бы она не хотела, но машина остановилась у высоких чёрных ворот. Готический стиль особняка, вернее замка (она бы выразилась больше так), поражал своей красотой, одновременно отпугивая.
— Пошли, нас ждут внутри, — мужчина открыл ей двери автомобиля, стаскивая прилипшую к сиденью девушку, спешил вместе с ней внутрь.
Она даже не успела рассмотреть интерьер дома, но ясно почувствовала вездесущий запах мандарина, грейпфрута, жасмина и, кажется, пачули. Чем ближе они подходили к закрытой комнате, тем яснее становились запахи, смешиваясь с древесными и морскими нотками.
— Господин, она здесь, — отчитался мужчина, отпустил ее руку, но не отошёл, оставшись стоять совсем близко.
— Госпожа Ким Ынбель, рад видеть Вас у себя дома, — произнёс стоящий к ним спиной мужчина. Любопытство вдруг овладело ею: что такого он увидел в окне, не желая поворачиваться в их сторону.
— Но Вы не видите меня, — с усмешкой произнесла она. Почему-то страх перед ними хоть и усилился, но не поглощал ее. Колкий ответ заставил уголки чужих губ поползти вверх.
— Похоже, у вас с братом один язык на двоих.
Бель замерла от повернувшегося к ним мужчины. Холодные, отталкивающие глаза цвета ночи рассматривали ее собственные. От этого хотелось спрятаться, но она лишь стойко выдерживала его «нефизический»натиск.
— Где он? Где Тэхен?
— Скоро приедет, — улыбнулся он холодно, — А пока присаживайся.
Хосок подтолкнул ее к мягкой мебели, заставляя сесть в обитое чёрным бархатом кресло. Немного успокоившись, она смогла осмотреться. Высокие потолки, стены тёмного винного цвета, пол из тёмного дерева и такого же цвета стол с множеством бумаг, главное кресло хозяина из чёрной кожи, пару картин на стенах и окна в пол с тяжелыми шторами бежевого цвета – единственное светлое пятно во всем кабинете.
Она невольно сравнила с этим местом свой уступающий по размерам, но такой светлый и уютный дом, и сжалась. Ей бы не хотелось жить в таком угрюмом месте, что полностью соответствует его хозяину.
— Нравится? — заметив ее интерес, спросил он.
— Не совсем. Слишком неуютно, — пробурчала она.
Юнги сделал знак рукой распаляющемуся от раздражения Хосоку. Тот сжимал и разжимал кулаки, поглядывая на сидящую к нему спиной девушку.
— Привыкай.
Звуки примчавшейся на огромной скорости машины заставили Юнги снова отвернуться к окну.
— А вот и «Тэтэ».