— Я всего лишь шутил, Юнги, — с издевкой и веселой улыбкой произносит Чон.
— Я бы хотела пройти в свою комнату.
— Мисук, проводи Госпожу в комнату, — произнес Юнги, исчезая с поле зрения.
Хосок направился за ним, попутно подмигивая девушке. Бель не успела даже осознать, что осталась одна, как из-за стены показалась невысокая женщина лет шестидесяти.
Седина, тронувшая некогда смоляные волосы, ничуть не портила ее. Пухлые щеки, добрые глаза и тихий, нежный голос.
— Госпожа Ынбель, меня зовут Мисук, рада видеть Вас здесь, — произнесла она, поклонившись.
— Госпожа Мисук, не стоит… Я… Я Ынбель, можете называть меня Бель, но только не Госпожа, — поклонилась она в ответ.
— Бель, я покажу Вам комнату, — с тёплой улыбкой заключила она, поднимаясь по ступенькам.
Бель поспешила за ней. И, кажется, Хосок был прав, потому что идти пришлось в самую глубь дома. Бель с интересом рассматривала картины в еле освещённых коридорах, а у одной даже остановилась ненадолго.
— Как красиво. Мисук, не знаете, кто автор? — заворожённо прошептала Бель, подойдя к ней ближе.
Учитывая ее любовь к растениям, цветам, неудивительно, почему именно эта зацепила взгляд. Но дело не только в цветах, а в энергетике, которая исходит от полотна. Веет чем-то ужасающим и одновременно привлекательным. Будто за этими линиями на холсте стоит какая-то загадочная история. Ореховые глаза рассматривают каждый стебель, каждый цветочек.
— Автор неизвестен. Но, говорят, что она написана кровью самого художника, — с таким же интересом произносит женщина.
Бель сквозь стекло проводит кончиком указательного пальца по полотну, по надписи внизу. Цветы миндаля, что так часто она видела в парках и садах, сейчас выглядят по-особенному. И даже «краски», которыми она написана, не пугают ее.
Голос женщины вывел Бель из «транса».
— Бель…
— Ах, да. Нам стоит добраться скорее до моей комнаты, — оторвав взгляд, она последовала за Мисук.
В конце коридора послышался звук открывающейся двери. Просторная комната в темно-фиолетовых и белых тонах. У стены большая кровать с белым шёлковым бельём, две небольшие тумбочки по обе стороны, из того же светлого дерева шкаф, письменный стол с креслом в углу. Чуть подальше дверь в ванную комнату и небольшой балкончик. Окна в пол позволяют свету наполнять комнату солнечным теплом.
— Вам нравится, Бель?
— Да, здесь будто уютнее, чем во всем остальном доме, — честно призналась она, а затем прикрыла глаза, понимая, что сказала лишнего.
Мисук лишь искренне засмеялась, наблюдая за реакцией смущенной девушки.
— Отдыхайте. Я буду внизу, — добавила она, покидая комнату.
***
Бель не заметила, как задремала, совсем позабыв о том, где находится. Отсутствие сна вымотало ее настолько, что ей стало неважным все вокруг.
Огляделась, потирая глаза и пытаясь пригладить выбившиеся из заплетенной косы пряди волос.
Хосок не соврал. Все вещи аккуратно сложены, чемоданы все здесь, а горшки с цветами стоят у двери. Кажется, она спала слишком крепко и совсем не заметила ни шума, ни людей, вносивших это все.
Мигом поднявшись, она принялась болтать с растениями. Это своего рода медитация, чтобы успокоиться. Привычные вещи и действия могут помочь быстрее освоиться. В глубине души она все же надеется, что жить здесь будет недолго.
Телефон вибрирует в сумке. Бель прислушивается, пытаясь понять, откуда идёт звук, а потом все же догадывается. Роется в белой сумке и находит, наконец, гаджет.
— Тэтэ?
— Бель, я приехал.
Ей хватило этих слов, чтобы мигом побежать на встречу к брату. Она пыталась запомнить дорогу и запомнила ее правильно, выбравшись из лабиринта коридоров и пространства. Этот дом будто в состоянии поглотить безвозвратно. Спустившись по той самой лестнице, она огляделась в поисках женщины, но та будто сама ее нашла.