Я фыркнула.
— Я над этим работаю, но на это потребуется время. Даже у вас были годы тренировок.
— Верно, — согласился он.
Виолетта воодушевлённо замахала рукой.
— Вы должны заняться тренировками Джесси.
— Нет.
Я в ужасе на неё уставилась. Она что головой ударилась, пока отбивалась от огра?
— Почему нет? — она жестом обвела их всех. — Их шестеро, верно? Кто лучше их научит тебя сражаться?
Я бросила на неё предостерегающий взгляд. Я ни за что не буду тренироваться с Лукасом и его парнями. Я едва могу находиться с ними в одном помещении.
— Ты права, — сказал ей Лукас. — Мы займёмся тренировками Джесси.
Я повернула голову и уставилась на него.
— Нет, не займётесь.
Он улыбнулся.
— Это не предложение. Ты начинаешь завтра.
— Нет, — заявила я, ещё больше заупрямившись. — Я вполне довольна своим нынешним тренером, и не нуждаюсь в вашей помощи.
— Как пожелаешь, — любезно ответил он. — Мы будем следовать за тобой, чтобы обеспечить тебе безопасность, пока ты не будешь в состоянии сама об этом позаботиться.
— Нет, — я прожигала его злобным взглядом, но с таким же успехом могла разговаривать с полом.
Он посмотрел на Фаолина.
— Не желаешь взять на себя первую смену?
Я скрестила руки.
— Не знаю, как вы ведёте дела в своём мире, но следовать за кем-то против его воли, называется преследованием. И это незаконно.
— Я уведомлю Агентство, что мой страж будет обеспечивать тебе временную защиту, — сказал Лукас. Уголки его рта подёрнулись, выводя меня из себя. — Вряд ли это будет представлять тебе угрозу.
— Скажи это моей психике, — пробормотала я себе под нос.
Конлан откровенно рассмеялся, и даже губы Фаолина подёрнулись в улыбке.
— Тогда решено, — сказал Лукас, словно обсуждать больше нечего «и точка».
От раздражения мне хотелось топнуть ногой.
— Всё потому, что Фарис считает, что чем-то обязан мне? Сегодня вы более чем оплатили этот долг.
— Долг моего брата — его долг, и никто из нас не сможет оплатить его, — сказал Фаолин. — Но он станет спокойнее, если будет знать, что ты под защитой.
Прищурив глаза, я пригвоздила его взглядом.
— А теперь ты прибегаешь к эмоциональному шантажу.