Глебка с завистью смотрел на банку с надписью «Фруктэкспорт» по сверкающей жести.
— Сейчас и у меня будет. Только не улетайте.
Он понёсся домой, а мы стали ждать.
— По-правильному без дублёра нельзя, — сказал я.
— Интересно, где это он возьмёт снаряжение, — вертя свою банку, продолжал Серёга.
У нас с ним была придумана полная программа.
Серёга должен был лететь и кричать, как его самочувствие и что он видит, а я — принимать его сигналы. Потом я ему — дать команду приземляться, а он — катапультироваться и спускаться на парашюте. Тут я его — искать и найти, а он мне — докладывать. Серёга ещё собирался в бочке петь. В общем, всё по-настоящему. Но теперь он заскучал.
— Вот и жди этого малолетку.
Но тут как раз прибежал Глебка. Он был в водоотталкивающей куртке своего брата, с завёрнутыми рукавами. На ногах красные лыжные штаны и ботики. В руках у него сиял новенький серебристый горшок. Мы догадались — это был «скафандр».
— Во, видали? Бабушка вчера купила. Дюралюминиевый! — Глебка надел горшок на голову.
— Открытый слишком, — навёл критику Серёга. — Можно и ниже.
Глебка надвинул «скафандр» на лоб.
— Поехали на космодром, — сказал я.
Мы сели на старую покрышку от грузовика и помчались на космодром. Космонавты молчали. Я фыркал, как мотор.
— Приехали, вылезайте! Сейчас будут проверять пульс.
Глебка торопливо вскочил на ноги. При этом он тряхнул головой. Серебряный «скафандр» наехал ему на лицо и закрыл Глебкину голову до самой шеи.
— Вот ненормальный! — прогудел он из горшка и хотел его сдвинуть назад, на затылок. Но горшок не сдвигался. Наверное, зацепился за Глебкин подбородок.
— Погоди-ка, дай! — Серёга решил помочь дублёру. Он стал запрокидывать Глебкин «скафандр». Но тот никак не запрокидывался. Что-то там мешало в Глебкиной голове, за что-то зацеплялось. Тоненькая шея жёрдочкой торчала из-под горшка.
— Вверх надо тянуть, — предложил я.
Вместе с Серёгой мы стали поднимать горшок вверх.
— Ой, больно! . . — загремело оттуда. Мы стали тянуть медленно.
— Ой, не так!
Мы с Серёгой поднажали.
— Ой, ой! . . Голову сорвёте!
Мы стали опять тащить потише.
— О-о-й! . . Не могу! . . Стойте! — выл Глебка из горшка.
Как мы ни старались, а «скафандр» не поднимался дальше Глебкиного подбородка. Непонятно было, как это он так легко наделся. Мы с Серёгой даже устали с ним возиться. И надо же было этому Глебке всунуться! Но что было делать — не оставлять же его с дюралевым горшком на голове.
— Надо с мылом, — сказал Серёга. — Моя мама, когда кольцо не снимается, намажет палец мылом — оно и слезает, как по маслу.
Он сбегал домой, принёс хозяйственного мыла и мисочку. Мы развели мыла побольше.
— Видишь чего-нибудь? — кричим Глебке.