И вообще за все это время, за весь сегодняшний о-о-очень долгий день – в Момбасе, на Мадагаскаре, и теперь здесь, на Занзибаре, я не видел ни безвозвратно одержимых, ни гончих. Ни одной твари, как будто разбежались все. Более того, я ведь даже практически не видел темной растительности – ни похожих на черных змей лиан отвратного вида, ни даже черной травки.
Может быть это как-то связано с тем, что все эти места – территория протекторатов? И здесь зона, свободная от магии? Вполне себе версия, кстати.
Пока я об этом размышлял, летающий танк приземлился перед крыльцом виллы Николетты. Второй, как и полагается, облетал здание, освещая его и окрестности.
– Возвращайтесь на базу, доложите о произошедшем, – обратился я к штамп-вахмистру перед тем, как покинуть кабину. – После возвращайтесь сюда, в составе… полуэскадрона, – подумав, обозначил я численность. – И организуйте здесь, на этом самом месте, пункт наблюдения.
– Jawohl, – кивнул вахмистр.
Попрощавшись с пилотом – по привычке, как с живым человеком, я вошел в здание виллы. Прикинув, что время близится к вечеру, задумался, где переходить на светлую сторону – в спальне или в гостиной? Выбирал между этими двумя помещениями, потому что помню расположение в них мебели. И нет опаски шагнуть прямиком из темного мира в какой-нибудь шкаф.
Сделал выбор в пользу спальни. Потому что в гостиной может быть не только Валера или Модест, но и мало ли что, лишние люди. И как бы мне не удивить никого в момент перехода. В спальной же, надеюсь, сейчас никого нет.
Переходя границы миров, понял, что ошибся: в спальне была Николетта. И почувствовав за спиной постороннего, она испуганно вскрикнула. И моментально развернулась в мою сторону, машинально вскинув руки, прикрываясь платьем.
Только что, судя по всему, снятым платьем.
Николетта находилась в спальне одна. В нижнем белье. Перед ней, на кровати, стоял открытый контейнер с бронекостюмом «Ghosthunter», с трилистником Некромикона на открытой крышке. Рядом, также на кровати, лежал уже вынутый из контейнера деловой корпоративный костюм.
И бронекомбинезон, и деловой костюм Николетты были в иной, отличной от моей расцветки: у меня – черно-зеленая, у Николетты – бело-зеленая. А белый, традиционно, один из цветов высшего корпоративного руководства.
– Привет, – поздоровался я, убирая кровавый клинок в пространственный карман.
– Массимо! – выдохнула Николетта и бросилась вперед. – Массимо, я так волновалась! – всхлипнула девушка, крепко обнимая меня. Но тут же отпрянула – потому что из-под пиджака раздалось возмущенное шипение.
– Ой, а кто это? – увидела Николетта выпрыгнувшего у меня из-за пазухи котенка. – Массимо, как ты здесь оказался? Что случилось? – тут же задала она следующий вопрос, почувствовав мои эмоции. В которых, кроме всего прочего, Николетта ощутила явные расстройство и разочарование.
Я же только вздохнул, не зная даже на какой именно вопрос отвечать сначала.
– Массимо… – чуть испуганно, не понимая отчего я расстроился, протянула Николетта.
– Ники. Я, когда уходил, сказал, что тебе грозит опасность. Ты сейчас, когда чувствуешь за спиной чужое присутствие, делаешь что?
Николетта моментально покраснела.
– Ты хватаешь платье, и стараешься прикрыться. Вместо того, чтобы схватить хотя бы оружие, – укоризненно произнес я.
Оружие, как я уже заметил в открытом контейнере, в комплекте поставки ее бронекомбинезона «Ghosthunter» присутствовало – сразу два пистолета, и компактный пистолет-пулемет.
Николетта после моих слов совсем зарделась, опустив взгляд.
– Это еще не считая того, – продолжил я, – что ты обладаешь великим магическим потенциалом. А ты, почувствовав чужое присутствие, даже не сделала импульса потянутся к силе, которая может тебя спасти. Но я не на тебя злюсь, не переживай. Тебя учу я, и эта реакция – моя ошибка. И вообще, я тоже рад тебя видеть, – прижал я расстроенную девушку к себе.
Николетта вздохнула, и вдруг смутилась еще больше – вспомнила, что она совсем не одета. Отстранившись, она застыла, не зная, что делать – или пытаться разобраться с бронекостюмом, который явно видела в первый раз, либо надеть платье и только потом разбираться с ним, либо…
– Массимо! Ты ранен? – вдруг заметила она мой частично порванный костюм, сквозь прорехи которого виднелся также потрепанный бронекомбинезон.
– Да все в порядке, – только отмахнулся я.
– А кот откуда? – показала Николетта на котенка.
– Оттуда, – также неопределенно ответил я. Неопределенно, потому что перед взором уже расцветило красным отсветом важных сообщений. Максимальной срочности – требующей от меня, если я сейчас жив, в сознании, и не бегу по канату над пропастью, при этом отстреливаясь от полчищ врагов, сообщения эти моментально прочитать и дать на них ответ.
Сообщений максимальной срочности было два, и оба от Доминики. В первом она требовала меня объяснить, что именно в данный момент происходит. Этот запрос был отправлен, когда мы с провожатым Валерой только-только из замка Холдена в Момбасу полетели. Во втором сообщении говорилось, что мне немедленно, как только появится возможность, необходимо явиться пред очи Доминики. Это сообщение, судя по времени, было отправлено, когда над Момбасой уже падали конвертопланы британских корпоратов.
Подтвердив получение обоих сообщений, я запросил локацию, куда мне нужно явиться для отчета. Ответ пришел практически моментально – Доминика ждала меня дома, на своей вилле.
– Я к начальству, срочно ждут на доклад, – сообщил я Николетте. – Котенка не забудь покормить, – показал я в сторону кровати, из-под которой уже слышалась возня. Как бы зверь не нагадил там – вряд ли его в Момбасе к туалету приучили.