– Сабина! – хрипит она, и по ее щеке скатывается слеза.
Но она смотрит не на меня. А куда-то вдаль. Она вновь вздыхает и несколько раз моргает.
– Сабина? – Аилесса слегка качает головой. – Где она?..
Ее глаза вновь сосредотачиваются на окружающей обстановке. А потом на мне. Слезы свисают с ее ресниц
– Бастьен? – с отчаяньем произносит она мое имя.
И тут я осознаю, что стою на коленях рядом с ней, а наши пальцы переплетены. Ее хватка так же крепка, как и моя. Так же крепка, как в тот момент, когда я вытаскивал ее из ямы.
– Все в порядке? – спрашивает Жюли.
Я вздрагиваю. И мы с Аилессой отпускаем руки друг друга.
– Просто проверяю ее веревки, – выпаливаю я. И старательно затягиваю узел на запястьях Аилессы. – Она дергалась. – Лицо пылает от этой лжи. – И немного бредит. – А вот это правда. – Думаю, она ударилась головой, когда упала в пропасть.
Аилесса приваливается к каменной стене, словно обдумывает мои слова. У нее действительно огромный синяк на лбу.
Жюли ничего мне не отвечает. А я не могу встретиться с ней взглядом, когда поднимаюсь на ноги. В комнате стоит пугающая тишина, когда я подхожу к подруге, замершей у двери. Но стоит мне протянуть руку к ведру с водой, которое она принесла, Жюли отступает на шаг.
– Понятно, – немного резко говорит она.
А затем пожимает плечами и подходит к брату. Я вздыхаю. Как же раздражает это напряжение между нами. Жюли не обрадовалась, когда я вытащил Аилессу из пропасти. Но разве у меня оставался какой-то выбор, кроме как спасти ее? Я провожу обеими руками по волосам и подхожу к стопке книг Марселя. Схватив первую попавшуюся из них, я присаживаюсь на табурет и пытаюсь отыскать что-то полезное. Хотя даже не представляю, что искать.
– И что теперь? – спрашивает Жюли, как обычно озвучивая мои мысли, хоть мы и не в ладах. Она обмакивает носовой платок в миске с отстоявшейся водой и осторожно промокает рану Марселя. – В следующий раз нам вряд ли удастся провести королеву. А катакомбы практически не ослабили ее.
Марсель кивает, наблюдая за руками Жюли.
– Думаю, понадобится чуть больше времени – возможно, несколько дней, – чтобы сила Костяных волшебниц ослабла здесь. Взять, к примеру, Аилессу. Она не сразу лишилась своей энергии.
– Согласен, – отвечаю я, украдкой бросая взгляд на Аилессу.
Если она и слушает наш разговор, то не подает вида. Она просто смотрит на свои опущенные руки.
– По крайней мере, королева теперь знает, что ей противостоят не какие-то слабаки, – говорит Жюли. – Мы не менее опасны, чем она.
Я в этом не так уверен, но не пытаюсь переубедить подругу. Хотя именно она не успела перерезать веревку, прежде чем королева выбралась из пропасти. Ей повезло, что та не стала искать ее укрытие. Когда обвалилась вторая часть туннеля, королева сбежала вместе с остальными Костяными волшебницами.
– Как думаешь, она скоро вернется? – Жюли снова смачивает платок.
– Она не вернется, – бормочет Аилесса.
Мы дружно поворачиваемся к ней и видим, как дрожит ее подбородок.
Взгляд Жюли ожесточается.
– Ты умеешь читать мысли других Костяных волшебниц?
– Мать пришла сюда не за мной, – тихо признается Аилесса.
И в ее голосе не слышится и капли вызова.
Жюли усмехается.
– А зачем же еще?
Глаза Аилессы мерцают. И она отворачивается.