«Ваня Коммунист»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Падают с чугунных тумб толстые канаты. Медленно, словно нехотя, погружается в воду первая плица...

Уплывает назад берег с огромными купеческими амбарами. Перед носом корабля — простор Волги. Впереди — манящие красные и белые огоньки бакенов.

— Отбой боевой тревоги!—доносится с мостика.

— Можно, Всеволод, к Ефиму? — спрашивает Василий.

— Иди.

Ефим Гвоздь — комендор носового орудия. Он любит позубоскалить, высмеять человека — для него плевое дело. Но стеснительному Василию это даже нравится. Он считает, что именно таким — насмешливым, дерзким, решительным — и должен быть красный военмор. Кроме того, Всеволод Вишневский и Ефим Гвоздь вместе служили на миноносце на Черном море. Вместе и ушли с корабля, чтобы защищать революцию. Только сюда в разное время прибыли. А раз они приятели, то и Василий тянулся к Ефиму.

— Смирно! — негромко, чтобы не слышало начальство, командует Ефим и, тараща глаза, рапортует:— Товарищ поверяющий салажонок! Во вверенном мне орудийном расчете пять человек. Из них семь в бане, а двенадцать ушли к Мане! Прикажете начальству докладать, али пока обождать?

По неписаным правилам игры Василий должен сказать «вольно» и небрежно поднести руку к бескозырке, но он спрашивает:

— Ефим, а кто такой Маркин?

Перестает гоготать братва. Ефим Гвоздь сдвигает бескозырку на затылок, удивленно смотрит на Василия, потом говорит:

— Ты, конечно, салага, но любой настоящий моряк знает, что Маркин был избран заместителем председателя первого съезда моряков Балтфлота! Ясно тебе или нет, какая ему честь была оказана? А за что? За верность делу народа, за борьбу с эсерами и прочей контрреволюционной сволочью... Был он делегатом первого Всероссийского съезда Советов. Чуешь? Потом во ВЦИК его выбрали! Во ВЦИКН Сам Ленин знает нашего Николая Григорьевича, за ручку с ним здоровкался!.. По приказу самого Владимира Ильича он сюда и прибыл. Секретарем наркома иностранных дел был, да бросил все, чтобы здесь создавать флотилию!

Ефим Гвоздь сплюнул в желтую волжскую воду и закончил уже более спокойно:

— Вот какой человек Маркин...

Молчит Василий Никитин. Выходит, был товарищ Маркин рядом с самим товарищем Лениным, с наркомами запросто, как с ним, Васькой Никитиным, разговаривал...

Что ж, большой, государственный человек Маркин — большое, государственное ему и дело поручили: создать и повести в бой красную военную флотилию. А легко ли создать флотилию? Легко ли воевать с белыми? Как говорил Всеволод Вишневский, белым разные империалисты пушки скорострельные и простые, броню, обмундирование и все

прочее эшелонами везут, а что есть у товарища Маркина? Мандат от Советской власти, что он уполномочен создать в Нижнем Новгороде флотилию. Да желание всего народа построить новую жизнь!

Вот поэтому, хотя не прошло еще и двух месяцев с начала формирования флотилии, часть ее уже дерется с белыми под Казанью. Вот поэтому, чтобы ускорить подготовку кораблей к боям, военморы даже отчислили часть своего полуголодного пайка в пользу рабочих, готовящих флотилию к боям.

Остановилась канонерская лодка около высокого яра. На кромке яра выстроились тополя. Солнце еще не взошло, и зелень темная, тяжелая. А нежные нити облаков уже наполнились лучами солнца и розовели на чистом голубом небе.

Вода — без единой морщинки, будто твердая и полированная. Кажется, становись на нее и шагай, куда тебе надо! Но Василий видит, что весь верхний пласт воды неумолимо, все быстрее и быстрее скользит к огромной воронке, прикрывшейся желтоватой шапкой пены. Вот к воронке подошло бревно, бешено закружилось, встало торчком и исчезло.

— Силища! — восхищается Василий.

— Плохие, подлые дела — как эта суводь, засасывают, — тихо говорит Вишневский. — Совершит человек одну подлость, вторую, а потом и сам не заметит, как окажется на дне жизни. Среди отбросов, в грязи... Понимаешь меня, Вася?

А птицы поют в лесу, заливаются в кустах островка, который разделил Волгу на два рукава.

Макар Петрович высвистывает на боцманской дудке сигнал «Слушайте все!» Смолкают разговоры, по стойке «смирно» становятся моряки.

— Сегодня, товарищи, у нас решительный день, — говорит Маркин с мостика. — Сегодня мы проверяем нашу артиллерию. Орудия... товсь!

Лязгают замки орудий, заглотив снаряды.

— Все орудия на «товсь!» — докладывает начальник артиллерии.

Василию боязно: еще не слыхал он выстрела пушки, а солдаты, вернувшиеся домой с войны, бог весть что насказали. Дескать, как ахнет — сразу оглохнешь. Одно спасение — шире рот открывай. Вот и разевает рот Василий, таращит глаза.

А Маркин молчит. Он стоит на мостике, теребит бородку и думает: «Можно ли стрелять из этих пушек? Ведь сами их устанавливали и крепили. Ни один инженер не проверил расчета креплений. Саботируют!»

Однако опробовать пушки надо...

— У пушек остаться только комендорам, — говорит Маркин. — Всем прочим — укрыться на берегу.