Кружевной мачо (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вадик как раз попытался (господи, какое там «насадить»!) проткнуть кусок мяса шампуром, но загляделся на раздувающего огонь в мангале Агеева. Жарко стало как в аду, ибо выглядел Агеев в таинственных всполохах пламени демоном-инкубом. Вадик раззявил варежку и задел локтем банку с аджикой. Банка жахнулась об пол, Вадик дернулся и напоролся на шампур, заорал и перевернул ногой бутылку с жидкостью для розжига.

— Так. — Агеев отвел от разрумянившегося лица непослушную волнистую прядь, бережно принял у Вадика шампур с одиноким куском мяса и склонился провокационно низко. — Вадим, с тобой все хорошо?

«Никакого секса!» — напомнил себе Вадик и кивнул. Воспоминание о мягком трикотаже, ласкавшем жопу, слегка остудило.

— Давай-ка ты пока слегка… — начал Трипл Эй, подталкивая Вадима к высокому барному стулу. Поискал глазами вокруг и, выудив из горы вымытых свежих овощей большой крепкий огурец, вручил его Вадику. — Подразомнешься!

Вадик жадно посмотрел на огурец. Потому что не огурец, а фаллический символ какой-то, ей-богу! Даже некоторое несовершенство и легкая кривизна и те подозрительно напоминали о члене Агеева, который был настолько рядом, что если бы Вадик протянул руку, то наверняка смог бы сграбастать в горсть все, что пока покоилось под черными обтягивающими джинсами. Вадик цапнул огурец и медленно облизнулся. Агеев посмотрел своими невозможными глазами и понимающе усмехнулся.

«Гжданьские труселя!» — тоненько заистерило у Вадика в мозгу. Воспоминание о сиреневой клубнике-мутанте реально подействовало. Вадик выдохнул и нервно захрустел огурцом. А Трипл Эй, убедившись, что разрушения минимизированы, вернулся к готовке. Если он и находился в некотором зажиме, то собой владел гораздо лучше Вадика, который сгрыз огурец с хвостиком буквально за несколько секунд, и, пошарив взглядом, взялся за фаллической же формы морковку. А впрочем, вокруг все буквально орало о сексе: и овощи, и бутылки, и даже упаковка кетчупа с нарисованным на этикетке острым перцем. Но сильнее и громче всего о сексе напоминал сам Агеев, который уже успел ловко водрузить на мангал шампуры с мясом и теперь махал над ним глянцевым журналом, окутанный клубами дыма, как рок-звезда на концерте. Закат мягко ласкал его фигуру, ложился таинственными тенями на лицо и повышал градус возбуждения Вадика, который умудрился сожрать половину овощей, предназначенных для салата.

— Можешь нам пока вина налить! — бросил Агеев, делая шаг назад от мангала и берясь за край джемпера. — Жарковато!

«Жарковато?!» — мысленно взвыл Вадик, наблюдая, как медленно, словно в чертовом клипе и замедленной съемке, тянет вверх тонкую ткань Трипл Эй. Как задирается надетая под низ футболка, обнажая подтянутый пресс и блядскую дорожку черных волос, уходящих прямо под пряжку ремня. Как рассыпаются черные волосы, приведенные в беспорядок слишком узкой горловиной, как напрягаются мышцы на сильных смуглых руках. Агеев отбросил джемпер в сторону и встряхнулся как пес. Сверкнул в сторону Вадика беспечной, молодящей его улыбкой.

«Да тут жарища!!! — Вадик жадно раздул ноздри, невольно вспоминая терпкий древесный запах одеколона, вкус разгоряченной кожи, дрожь, неизменно прошивающую Агеева, когда Вадик играючи проходился вечно ледяными пальцами по выступающим позвонкам. — Гжданьские труселя!!! Ну почему, когда нельзя, так хочется?!»

— Почему нельзя? — отозвался Агеев, снова берясь за журнал и указывая на бутылку красного сухого на стойке. — Ты же взрослый мальчик. Мне ли не знать…

Вадик прикусил язык и, грузно соскочив на пол с высокого стула, отправился искать бокалы. В паху основательно ломило. Отвернувшись и убедившись, что Агеев его не видит, Вадик мстительно сграбастал пятерней все притаившееся в клубничной грядке хозяйство, сжимая до боли. Но было уже поздно. Даже чертова боль екнула где-то в мозжечке мазохистским кайфом, да так, что Вадик тихонько застонал. Тут же воровато обернулся, но Агеев придирчиво разглядывал мясо и, казалось, был полностью увлечен этим процессом.

«Выпить! Срочно!» — решил Вадик и щедро плеснул себе и Агееву в бокалы. Торопливо выдул половину своего и снова долил. Сзади металлически загремели о блюдо шампуры, и через пару секунд Вадика со спины накрыло знакомым теплом.

— Вадюша, может, ну его, мясо? — Горячая ладонь ловко нырнула под ремень в таинственную темноту, где скрывался Вадиков клубничный позор, и ласково тиснула крепкое полупопие, прикрытое ягодой-монстром. Голос Агеева хрипло, рвано дохнул в ушную раковину. — Ты сегодня как-то особенно сексуален. Даже не знаю, в чем дело…

«В гжданьских труселях, судя по всему», — подумал Вадик и похолодел, вспоминая ужасный бабский серо-белый трикотаж и экстравагантность принта. Трусы были не просто ужасом, способным убить любой сексуальный порыв, они еще и психику неподготовленному человеку могли повредить. Они так хорошо тянулись, что при надевании изображенную на них клубнику разносило в разных направлениях и она больше не была похожа ни на ягоду, ни на фрукт, ни на овощ, ни даже на тест Роршаха. Вадик мгновенно пришел в себя.

— Ну как же так! — пискнул он, невольно охая, когда рука в опасных, но пока, слава богу, невидимых труселях провокационно приласкала между половинками. — Оно остынет и станет невкусным!

— Вадюша? — рокотнул Агеев. — Ты же весь вечер ешь меня глазами, облизываешь свои невозможные губы, провоцируешь меня овощами и стонешь, словно вот-вот кончишь…

— Я просто голодный был, — буркнул Вадим и пихнул слегка локтем, высвобождаясь. — Вина?

Агеев перевел взгляд с бокала, который протягивал ему Вадим, на накрытый стол и вздохнул:

— Да, такое мясо не попробовать, это преступление.

Но стоило Вадиму выдохнуть, он ловко прихватил его за подбородок и заглянул в глаза:

— Но потом ты у меня получишь по полной!

Ужин прошел в томлении, вздохах и страстных взглядах. Вадим запивал вино вином, забывал про мясо и медленно таял под огнем Агеевских черных глаз. Под этими жгучими взглядами отходила на второй план даже грядущая перспектива клубничного бесславия. Поскольку вопрос уже стоял не как избежать секса: и Вадима, и Агеева от того, чтобы слиться в объятиях, удерживала только ширина стола, а в том, выдержит ли агеевская эрекция испытания гжданьской клубникой. Как вариант можно было попробовать потушить везде свет, залезть под одеяло и сделать вид, что Вадим выпускница Смольного и девственница. Или смотаться в уборную и там избавиться от трусов целомудрия, однако взгляд распаленного Агеева пришпиливал к стулу и ясно говорил о том, что любое движение Вадика будет расценено как провокация. Поэтому он сидел тихо, дышал редко и мучился стояком и глухим раздражением на Лису-Алису и ее блестящие идеи.

Агеев не выдержал гляделок первым и грохнул вилкой об тарелку. Вадик вздрогнул и застыл как трепетная лань. Их разделяли несколько метров, и еще можно было совершить спасательный бросок в сторону коридора, а потом и в сортир, если бы мужчина не парализовал своим взглядом Василиска.

— Вадюша-а-а-а — прорычал он, огибая стол, словно черная пантера. — Иди ко мне-е-е…

— Я должен предупредить! — выставил руку вперед Вадик, машинально кладя вторую на ширинку, чем выиграл секундную заминку. — У меня там…

— Очередной сюрприз? — хищно прищурил глаза Агеев.

«Господи, ты не представляешь какой!» — взвыл про себя Вадик, но фора закончилась. Агеев настиг его словно похотливый демон и вжал телом в стену. Застонав от удовольствия, мазнул губами по скуле, подбородку и кадыку, воюя с пряжкой Вадиковского ремня. Вадик отчаянно уперся затылком в стену, пока властная рука ныряла к нему в джинсы.

— Предупреждаю, надолго меня не хватит! Ты меня чертовски завел! — прорычал Агеев, вдруг бухаясь на колени.

«Только не это!» — молча взвыл Вадик. Вообще, губы Агеева на его члене выносили почище самой забористой дури, если бы не обертка, в которую сегодня были упакованы изнывающие причиндалы. Но его немая отчаянная просьба услышана не была. Молния вжикнула, резинка белья подперла яйца, и головку обожгло горячим дыханием.

— Р-р-р-р-р-р-р! — донеслось снизу, где растрепанный Агеев уже ритмично насаживался на возбужденный член.